24 ноября 2004, 15:38 От редакции

Присяжная манипуляция

«Газета.Ru» ФСБ заинтересована не столько в строгой защите гостайны, сколько в использовании этого понятия в репрессивных целях. Это вновь продемонстрировал второй процесс над физиком Даниловым.

Обвинительный приговор, вынесенный Красноярским краевым судом 53-летнему физику Валентину Данилову, — уже второй случай, после дела Сутягина, столь жесткого решения с участием присяжных по шпионским делам. Ситуация выглядит странно. Напомним, первый состав присяжных большинством голосов (восемь против четырех) полностью оправдал Данилова. Верховный суд отменил этот приговор, сославшись на процессуальные нарушения, допущенные защитой. Несмотря на то что аргументы обвинения в кассационной жалобе на первое решение выглядят весьма сомнительно (по сути, обвинение жалуется на то, что защита была более убедительна и указывала присяжным на подтасовки в представленных обвинением доказательствах). При повторном процессе присяжные единогласно вынесли обвинительный вердикт. Никаких дополнительных данных в деле не появилось.

Получается, что решение стоимостью в 14 лет жизни есть результат буквально рулетки — состава и настроения присяжных?

От состава присяжных многое зависит (в частности, например, российское законодательство по «недосмотру» не запрещает сотрудникам спецслужб быть присяжными). Однако дело не только в этом. Дело в том, что присяжные вердикта о виновности Данилова вообще не выносили.

Проблема в том, что в отличие, скажем, от рассмотрения присяжными дел об убийствах, где «судьи из народа» отвечают на вопрос «убивал или не убивал», в делах об измене Родине они не решают вопрос «изменял или не изменял». Вопрос о том, содержалась ли в переданных Даниловым китайцам сведениях гостайна, решает суд, причем на основании крайне размытых критериев — фактически, заключения соответствующих органов.

После оглашения приговора представитель УФСБ прокомментировал его так: «Суд пришел к выводу, что физик передал китайцам сведения, которые были необходимы им для осуществления оборонного проекта». Согласитесь, крайне невнятное определение. Собственно, деяние в такой формулировке явно не может инкриминироваться человеку в уголовном порядке. Ведь совершенно не факт, что всякие сведения, необходимые для осуществления оборонного проекта, являются гостайной. Между тем этот вопрос является ключевым.

ФСБ вот уже несколько лет ведет упорную борьбу с адвокатами, судами, правозащитниками по так называемым «шпионским процессам», полезшим как из рога изобилия после прихода к власти Владимира Путина — представителя этого ведомства. Решение о проведении таких процессов принимается на самом верху. В частности, по сведениям самого Данилова, после первого оправдательного приговора руководитель ФСБ Патрушев вызвал к себе и устроил разнос начальнику Красноярского УФСБ Субботину, потребовав добиться пересмотра дела и обвинительного приговора.

При этом каждый раз предметом раздора является трактовка понятия гостайны, которое остается крайне неопределенным, ведомственным и закрытым.

Фактически органы ФСБ выступают с позиции, согласно которой определение того, что является, а что не является гостайной, есть их безусловная прерогатива. Более того, о том, что он передал гостайну, человек может узнавать задним числом от ФСБ.

Имеет место парадокс.

Казалось бы, для предотвращения утечек ФСБ должна была бы с привлечением законодателей разработать четкие правила относительно содержания понятия гостайны и обращения с ней.

<1>В реальности все устроено несколько иначе. ФСБ заинтересована в максимальной неопределенности его трактовки и трактовки содержания статей об измене Родине, чтобы иметь возможность применять их по своему усмотрению в отношении максимально широкого круга лиц. Именно поэтому она ведет столь отчаянную борьбу и требует драконовских сроков в двузначных цифрах по случаям, в которых вина обвиняемого по меньшей мере неочевидна и которые — при самой доброжелательной для ФСБ трактовке — могут рассматриваться не более как пограничные.

Именно это и свидетельствует о том, что целью ФСБ является не столько собственно защита гостайны, сколько сохранение механизма репрессии, основанного на ее вольном толковании. И именно это позволило на днях в телеэфире нобелевскому лауреату академику Виталию Гинзбургу сравнить суды над учеными, в том числе над физиком Даниловым, с показательными процессами 1937 года.