И брюки превращаются...

Итак, настала пора итожить наши наработки, как говорил незабвенный последний генсек Михаил Сергеевич Горбачев. "Искусственная жизнь" представляет из себя почти еженедельный обзор протекающей действительности по системе "Еду лесом - лес пою, еду полем - поль пою..." А я придерживаюсь концепции, что художества существуют лишь для художественных критиков, посему и ссылки давать буду опять-таки на "Искусственную жизнь".

Выводы такие:

На сем обзор обзоров можно закончить и перейти к проблемам остроактуальным. На арену вышли новые игроки - Stella и Ruarts. Деньги за ними стоят очень серьезные, казалось бы можно и восторжествовать - случилось то, чего так долго ждали. Но проблема в том, что приход новых игроков серьезно изменил общую конфигурацию художественного поля. "Новая галерея стала рождественским посланием, которого современные художники не ждали. Это сигнал из мира новых богатых: Галерея актуального искусства не ограничена в средствах и не склонна принимать правила существующей московской "арт-тусовки". И она может делать выставки музейного уровня, не рассчитывая на продажи или публичный успех" (Михаил Сидлин, "Видео вместо бриллиантов", "Независимая газета" от 24.12. ).

Подмечено очень верно - старослужащие художественной части как-то расслабились, уверились в своей непогрешимости настолько, что в какой-то момент можно было подавать запрос в антимонопольный комитет. И дедовщину, как прежде, не устроишь - уж больно накачаны салабоны.

Так что приятный междусобойчик закончился. Мне, конечно, гораздо приятней после вернисажа в XL бегать за в соседний киоск за добавкой, чем стоя пить шампанское в Ruart'e. Там критиков за водкой не посылают, но очень даже лелеют и ценят. Шутки шутками, однако серьезные проблемы для ветеранов уже начались. Перед написанием годового обзора пробовал набирать слова XL, "Риджина", "Крокин" и т.д. в "Новостях Яндекса". Картина обнаружилась печальная - выставки в ветеранских галереях почти не вызывают критических откликов.

Но упоенные собой старожилы перемен не замечают, полагая по привычке девяностых, что все беды - от этих несносных критиков, которые пишут какую-то белиберду. А критики, если кому неизвестно, тоже люди. Начальство с трудом принимает очередной непонятный опус о непонятной выставке непонятного художника в непонятной галерее. А сами духоподьемные мастера искусств, то есть художники и галерейщики, прочитав очередное потом и кровью выстраданное сочинение, брюзгливо ворчат о допущенных ошибках и слишком вальяжном, на их взгляд, тоне критика. Возможно, это их личное дело, а такие представления о взаимоотношениях критиков и производителей проистекают из моих собственных фобий.

И несмотря на все эти фобии, я предполагаю несколько изменить формат "Искусственной жизни", свести к минимуму обзор статусно-официальных событий, о которых преимущественно пишут достойнейшие коллеги. И отдать свои силы оповещению читателей "РЖ" о собственно событиях в собственно искусстве - примерно так, как это делает Дмитрий Барабанов на "Артинфо".

А начну следующий год с печальной повести о том, как товарищ Анатолий Осмоловский продался крупному капиталу, а также о различных способах сопротивления на новом историческом этапе.