Андрей Ковалев. Политическая смерть искусственного
Андрей Ковалев
Дата публикации: 21 Января 2005
С кажу сразу: в Россию-2 я не верю, равно как и в другую литерную Россию. Вот Арзамас-16 - реальное место; чтобы поверить в существование этого места, не нужно быть Тютчевым, поэтом-государственником. Конечно, идея купить фанеры и улететь из этого дурацкого колхоза к чертовой матери выглядит очень привлекательно. Но возникает все ж неприятное дежа-вю, такое, что выть хочется от тоски и безысходности, - опять колхоз, этическая эмиграция и прочая слизь. Хотя Гельман ведь правду говорит: "Резкое понижение статуса творческой, художественной и научной деятельности (место искусства сводится к праздничному концерту после партийного съезда; статус ученого и художника очень низок); фаворитизм ("комплекс Медичи" у Лужкова); упразднение Министерства культуры как самостоятельной институции и превращение Федерального агентства по культуре и кинематографии в бухгалтерию без культурной политики; художников судят за выставки, писателей - за художественную литературу" (" Марат Гельман о "России 2 ". Журнал-каталог "России 2", 19.01.).
Чистая правда, борьба невозможна, пора отделиться и заняться своими внутренними проблемами. Но тут приходит на ум, что строительство параллельных реальностей для Марата Гельмана есть бизнес, унаследованный от достойнейшего родителя, Александра Гельмана . Приятно наблюдать за возрождением хорошо отработанной старинной технологии. Тут и мягкая апелляция к некоему "Западу" (барин приедет и во всем разберется) - вовсе не случайно выставка "Россия-2" приурочена к 1-й Московской биеннале. Добрый Марат сразу проговаривается: "Может, высокий международный статус привлечет внимание публики к современному искусству, и художников перестанут держать за радикалов" (" Иная Россия ", "Российская газета" от 19.01.). Либералы советской античности тоже ведь неизменно апеллировали к "цивилизованному миру", где допускается многообразие форм творческого самовыражения.
И конечно, не обошлось без намеков на безумную оппозиционность и грядущие идеологические репрессии, причем намеки сформулированы в таких нонконформистских изданиях, как "Российская газета" и сайт "Кремль.Орг". В интервью последнему изданию Гельман сообщил, что "Россия-2" - это проект, который будет длиться долго. У нас скоро пройдет фестиваль под этой маркой. В этом проекте мы пытаемся как-то объединить всех тех, кто тоже хочет такого расширения пространства для своей деятельности" (19.01., " Марат Гельман: "Мне нет места в пространстве "России-1 ", беседовал Алексей Диевский).
А вот официозу Гельман гордо говорит: "Я никогда не идентифицировал себя как политтехнолога. А сейчас политика у нас вообще кончилась. Она превратилась в литературу. Последние президентские выборы были какой-то булгаковщиной: исчезающий Рыбкин, охранник в качестве кандидата. Созидательная деятельность ушла из политики и вновь перешла к искусству" (Ирина Кулик, "Марат Гельман перезагрузил Россию", "Коммерсантъ" от 20.01.).
Все же Марат - человек истинно государственный, как и его высокодуховный родитель; он отлично понимает, что вновь возвратились времена, когда Государство - "единственный безотказный спонсор. В этой ситуации самая простая позиция - юродство: говорить притчами и знаками, лежать на спине, размахивать ручками-ножками и выкрикивать изысканные ругательства в никуда и ни о чем. Лежачего, как известно, не бьют" (Сергей Соловьев, " Не бей лежачего ", "Новые известия" от 21.01.).
Было бы наивно искать непосредственного заказчика, проплатившего "Россию-2". Не так все на этом свете просто. Да и новый официоз ведь - дело до крайности тонкое. Смотришь - и ты уже там, хотя декларировал исключительную независимость мышления и широту творческих подходов. "Протестующий Гельман не менее полезен, чем восторгающийся. Поскольку все его политически ангажированные эмоции имеют один источник. Поэтому и художники - лучшие современные художники, - попадая в эту орбиту, оказываются абсолютно бескрылым официозом" (Юрий Арипишкин, " Кремлевский прожектор ", "Московские новости" от 21.01.).
Вот в этом-то и суть случившейся беды. Несчастное наше искусство опять оказалось на какой-то странной развилке: "В сам о м делении России надвое наблюдается... известный синдром интеллектуального "распутья", растерянности уважаемого и талантливого человека, который так и не выбрал для себя окончательно, кто же он - политтехнолог или галерист" (Сергей Хачатуров, " Гельман надвое сказал ", "Время новостей" от 20.01.). Обозреватель добавляет в утешение: "Парадокс в том, что сама по себе выставка как выставка очень даже получилась. Она не стала несущей конструкцией нового проекта, но позволила собрать хорошие произведения хороших художников на актуальные для страны темы" . Хачатурову вторит Николай Молок: " Если рассматривать "Россию 2" не как провокационную политическую акцию, а как сугубо художественный проект, как собственно выставку, то можно сказать, что она удалась" (" Марат Гельман открыл глаза ", "Известия" от 20.01.).
Что до художников, которых в очередной раз грубо использовали, то им не привыкать. Гельман предается этому общественно-полезному занятию уж, почитай, целое десятилетие. "Ubi patria, ibi Gelman - это уже как-то само собой. У Гельмана отличные авторы, зритель ничего не потеряет, если проигнорирует политический контекст и займется чистой рефлексией" (Константин Агунович, " Россия как галерея Гельмана ", Afisha.Ru, 20.01.). (От себя замечу, что художников, которые работают с Гельманом, я нежно люблю. Но мне их почему-то совсем не жалко.)
Получается, что Марат Гельман в высшей степени убедительно доказал: никакого такого особого политического искусства нет и не может быть, из одной и той же звездной команды можно сварганить коллаж на любую тему. Вовсе не случайно Ирина Кулик (см. выше) вспомнила про славные времена соц-арта, сразу же подвергнув тонкой деконструкции всех новейших деконструктивистов: "Россия-2" почему-то напоминает порядковый номер сиквела - наподобие "Матрицы-2". Тем более что в интерпретации участников выставки "Россия-1", как и Советский Союз для соц-артистов, предстает этаким топорно сработанным мороком, из которого нужно вырваться, разоблачив его бутафорскую суть. Правда, в той же "Матрице" вторая серия была еще не "революцией", случившейся только к третьему сиквелу, а "перезагрузкой". Перезагружать программу соц-арта имеет смысл только в том случае, если уже создана операционная система, аналогичная "совку" .
А "Матрица", я вам доложу, и есть едва ли не единственный на свете фильм, где хотя бы намекнули на истинное положение дел, рассказав не только о том, кто виноват, но и снабдив инструкциями о том, что делать. Однако вот беда - от столь убедительно выстроенной России-2 меня почему-то подташнивает. Конечно, не так сильно, как в древние времена, когда я пытался понять, в чем заключается свободомыслие пиесы "Премия", за которую Александр Гельман получил (в рифму) Госпремию СССР. Кстати, Арзамасом-17 саровское население называет местное кладбище, где нашли вечное упокоение ядерщики, облучившиеся на Арзамасе-16.
К нумерологическим игрищам следует относиться осторожно. Марат ссылается на книгу Владимира Паперного "Культура-2". Кажется, он это исследование не читал вовсе, - там речь о том, что Культура-2 и есть сталинский соцреализм в полном соку, задушивший авангардную Культуру-1.