Миссия за государственный счет

Закончились XIII Международные Рождественские чтения, пожалуй, самые масштабные и продолжительные (с 23 по 28 января) за все годы их проведения. Зал Кремлевского дворца съездов в день открытия был забит до отказа, а программа работы этой ежегодной конференции, которую проводит Отдел религиозного образования и катехизации РПЦ при участии Министерства образования и науки РФ, МГУ и прочих светских и церковных учреждений, по всем направлениям и секциям составила объемистую книжечку почти в 200 страниц.

Как всегда, на форуме обсуждались самые разные темы — это и образование (православное и не только), и социальное служение Церкви, и работа с молодежью и трудными подростками, и функционирование СМИ, и отношения христианства с наукой, и развитие традиционных ремесел и искусств. Совершенно очевидно, что православное сообщество становится все более активным, не только успешно обустраивая жизнь внутри «тусовки», но и находя все новые возможности

. Даже с пресловутым курсом «Основы православной культуры», за введение которого в школы Церковь продолжает отчаянно бороться, дела обстоят совсем не так плохо.

Точной статистики распространения ОПК нет, но в Минобразе утверждают, что почти не осталось регионов, где бы предмет не преподавали в той или иной степени. Да и сами Рождественские чтения свидетельствуют о том, что необходимая для обучения инфраструктура уже сформирована. На конференцию приезжают учителя, в большинстве своем отзанимавшиеся кто год, а кто и два на курсах при местных институтах повышения квалификации, которые, как правило, организуются при содействии местных же духовных школ. Год от года на чтениях все меньше случайной публики, растет научный уровень докладов (часто они посвящены проблемам вполне отвлеченным, например: «Промысл Божий по учению Игнатия Брянчанинова»). Так что представители патриархата лукавят, когда жалуются на противодействие злокозненных чиновников. Пока точно известен только один чиновник, который решительно сопротивлялся введению ОПК — это глава Департамента образования Москвы Любовь Кезина. Но у нее были на то веские основания: национальный состав столицы столь разнообразен, что преподавание, даже факультативное, одной «традиционной» религии может привести к межконфессиональной напряженности.

В провинции, где национальный состав более однородный, на дело смотрят проще. Учитель русского языка и литературы Татьяна Белоусова из самарской средней школы № 118 рассказала мне, что несколько лет назад в школу пришло предложение из Института повышения квалификации направить кого-нибудь на курсы переподготовки. Вызвалась она, поскольку всегда интересовалась православной культурой. Отучилась два года, получила соответствующую квалификацию и вот уже год ведет в школе факультативные уроки ОПК. В первом классе от занятий отказались всего двое родителей — по малолетству детей переговоры вели с ними. А вот ребята из 6-7-8-го классов уже сами решали, будут ходить на факультатив или нет. Записались 18 человек (все родители подтвердили свое согласие заявлениями), приблизительно пятая часть учеников, и все занимаются с интересом. Пользуются учебником «Основы православной культуры и этики», изданном в Смоленске. Правда, имеется он только у учителя, и ребятам приходится много конспектировать. «Но ничего, они не жалуются, — сказала Татьяна Николаевна. — Теперь многие к нам просятся, а я не могу их взять, сил не хватает, а другого учителя ОПК в школе нет». На Рождественские чтения она привезла с собой приятельницу из поселка Красная глинка на окраине Самары. Там тоже хотят наладить какое-нибудь православное обучение, может быть, открыть кафе, где регулярно проводить с молодежью беседы или читать лекции.

Приятельница надеется поднабраться на чтениях опыта, завести знакомства.

Конечно, не во всех школах ситуация с ОПК столь же благополучная, в некоторых регионах закон откровенно нарушается и детям читают курс в рамках основной программы. Но ведь на то и существуют правозащитные организации, чтобы отслеживать такие случаи. Да и при министерстве есть Госинспекция, которой надлежит фиксировать нарушения заложенного в российской Конституции принципа светского образования. Надо только, чтобы она работала.

Почему же, однако, церковное руководство продолжает выражать недовольство положением с ОПК? Тут, как мне кажется, есть две причины. Во-первых, как мы

, перемены в Министерстве образования и науки выбили отношения патриархии с этим ведомством из накатанной колеи. Бывший министр Владимир Филиппов и в еще большей степени замминистра Леонид Гребнев в своем воцерковлении дошли до таких глубин, что разослали по школам в качестве примерного — факультативного, заметим — курса ОПК программу духовной семинарии (потом, правда, отозвали ее). Новый министр Андрей Фурсенко, кажется, не готов во всем уступать Церкви. Даже работа Координационного совета по взаимодействию министерства и РПЦ пока не возобновлена. Руководители патриархии нервничают по этому поводу.

Ну а, во-вторых, иерархи все-таки надеются, что предмет ОПК рано или поздно сделают обязательным и потому периодически требуют включить «знания о наследии и традициях отечественной духовной культуры, прежде всего культуры Православия» в государственные образовательные стандарты. Такое требование содержится и в принятом участниками чтений

к руководству страны. Зампредседателя Отдела внешних церковных связей протоиерей Всеволод Чаплин на одном из проходивших в рамках

честно признался, что приходские священники имеют влияние всего на 2-3 млн. жителей России, и ликвидировать неведение о Церкви большинства населения они просто не могут. Выходит, что с помощью ОПК пастыри надеются организовать себе удобный миссионерский канал за государственный счет.

Выступавший под закрытие форума

произнес страстные слова о том, что все наши беды проистекают из-за того, что в обществе «отсутствует ощущение целой нации». «Мы не народ — мы электорат! Мы не страна — мы территория!» — подытожил он, адресуя свои упреки в первую очередь членам правительства, которые «не знают страну».

Но я бы не стала ограничиваться членами правительства. Сегодня, кажется, ни одна из социальных групп не только «не знает страны», но и не хочет ее знать, преследуя лишь свои узкокорыстные интересы. К сожалению, это относится и к представителям патриархии. Они, похоже, держат своих соотечественников, среди которых есть и атеисты, и люди других вероисповеданий, за дикарей, каковых надо немедленно обратить. Может показаться, смешной упрек: церковь на то и церковь, чтобы проповедовать и миссионерствовать, и это уж дело светского государства вводить ее проповедь в законные рамки. Но стоит вспомнить, что даже дикарей успешно обращали лишь в том случае, если умели разглядеть в их ценностях что-то положительное и достойное уважения. В начале XXI века неправославному россиянину в этом уважении отказано.