Бладхаунд как контрреволюционная сила

25 марта 2005 г. на сайте АПН.Ру опубликована статья Егора Холмогорова "В поисках "Кровавой собаки"", посвященная грядущей революционной опасности и способам борьбы с ней.

"Наш Майдан будет с "раскосыми и жадными очами"", - уверен Е. Холмогоров. Им не будут управлять российские оппозиционеры. "В реализации сценария тотального внешнего управления, как выяснилось, совсем не обязательно нужна организованная оппозиция, ни даже масштабная народная поддержка. Достаточно небольшой агрессивной толпы люмпенов ..., достаточно опереточной оппозиции, общающейся с иностранными журналистами, и все уже будет сделано". Милиция не сможет противостоять толпе из-за тотальной коррупции, а применение армии заблокировано "псевдогуманистической и антиправовой догмой...: "мы никогда не применим силу против собственного народа"". Власть тоже не может применять силу против своего народа, но по совсем другой причине, — те, против кого она применяют силу, перестают считаться народом, считает Холмогоров. "Формула "мы никогда не применим силу против собственного народа", — это символическая формула отречения от власти". Значит, отказавшись от применения силы, российская власть "досрочно подписала себе смертный приговор".

Повторение бишкекских событий в России неизбежно, и "единственным шансом на сохранение России в том формате, который сохранит хотя бы какую-то возможность реванша, являлась бы контролируемая революция, наподобие той, которая произошла в 1918 году в Германии". Следовательно, возникает необходимость в силе, подобной например, такому лидеру, как Густав Носке, более известному по прозвищу "кровавая собака". "Кровавая собака" — это бладхаунд, — одна из древнейших пород собак, именуемая также "собакой святого Губерта", - объясняет Холмогоров [заметим, что правильный перевод названия породы бладхаунд - кровяная гончая или гончая по кровяному, т.е. свежепроложенному следу никак не связано с кровавой охотой, а означает чистопородную гончую - ред.].

"В условиях крушения старой власти и ее неспособности выполнить роль "кровавой собаки" самостоятельно, единственным шансом на хотя бы частичное спасения страны и сохранение в ней порядка и суверенитета, является встречная революция, то есть создание новой власти, процесс формирования и укрепления которой войдет в противоречие с революционным потоком, которая будет не защищаться, а наступать, и которая не будет связана формальными и неформальными ограничениями прежнего режима. Именно в процессе создания "фактора власти" встречная революция [то есть контрреволюция - ред.] способна раздавить революцию первоначальную и снять хотя бы самые острые ее симптомы, - утверждает Е. Холмогоров. - Революция сталкивается не с разлагающимся, а напротив, - с учреждаемым государством. ... В столкновении с таким учреждаемым государством шансы "революции", особенно "оранжевого" класса, то есть революции, использующей системные дыры в распадающейся недогосударственности, исключительно малы".

Государство должно уйти со сцены и передать власть новой контрреволюционной силе либо применить силу против собственного народа и найти "кровавую собаку", поскольку "поле битвы, на котором нет "кровавых собак", принадлежит мародерам", - заключает автор.

Источники

• Холмогоров Е. В поисках "Кровавой собаки" // АПН.Ру. 2005. 25 марта.