| Газета "Время новостей" попросила политиков, политологов, экономистов прокомментировать последствия приговора по делу Ходорковского--Лебедева--Крайнова для России.
Александр ШОХИН, глава наблюдательного совета компании «Ренессанс Капитал»:
-- Это не окончательный приговор. Будут еще, видимо, протесты адвокатов, кассации, апелляции. И окончательный приговор теоретически может отличаться от этого. Хотя маловероятно, что кардинально. Вряд ли суды высшей инстанции перейдут на позицию оправдательного приговора с обвинительного. Речь может идти об учете некоторых смягчающих вину обстоятельств. Поскольку подсудимые, теперь осужденные, вину свою не признают, вряд ли смягчающие вину обстоятельства откроются.
Это не очень удачное решение для российского правосудия и для России в целом. Суд пошел на поводу у обвинения, символически продемонстрировав свою самостоятельность -- скостив на год запросную позицию прокурора. Это большой удар по российской судебной системе.
Что касается последствий для бизнеса, то они будут тяжелыми. Обвинения, которые инкриминированы Платону Лебедеву и Михаилу Ходорковскому, могут быть предъявлены любому крупному, среднему и даже мелкому предпринимателю: использование трансфертных цен и оптимизационных налоговых схем. И конкретное решение суда перечеркивает инициативы Владимира Путина, связанные с трехлетним сроком давности по приватизации, с нормализацией налогового администрирования, с возвратом капиталов, которые им были заявлены в последнее время. В том числе в послании Федеральному Собранию. Безусловно, это решение усилит те негативные тенденции, которые складывались в последнее время, -- снижение инвестиционной активности, отток капитала.
Евгений ЯСИН, научный руководитель Высшей школы экономики:
-- Все экономические последствия приговора уже налицо, и они будут продолжаться: снижение темпов экономического роста, повышение инфляции, отток капитала за рубеж и сокращение иностранных инвестиций. Все это уже есть. О политических последствиях пока говорить сложно. Но приговор -- свидетельство того, что серьезных шагов в направлении демократизации при нынешнем режиме не будет. Сейчас уже совершены такие действия, которые при свободе слова и ухудшении ситуации в судебной системе вызовут обвинения, адресованные власти. В гораздо более жесткой форме.
Станислав БЕЛКОВСКИЙ, директор Института национальной стратегии:
-- Теперь Ходорковский стал полноценной политической фигурой, внесистемной политической фигурой в современной России. Политиком, который ничем не обязан Кремлю, не должен координировать и согласовывать свои действия с Кремлем. Это уникальная позиция, и располагает она к тому, чтобы стать центром консолидации внесистемной оппозиции. С другой стороны, сегодня доказано, что дело ЮКОСа -- это раздел собственности, а не политическое дело. Потому что с политической точки зрения такой приговор Кремлю абсолютно невыгоден, он ведет к падению политических акций.
Нельзя исключать, что Путин попытается несколько отыграть эту ситуацию и помиловать Ходорковского. Вполне возможно, что в ближайшие дни некоторые либералы в окружении Путина заговорят о помиловании, Ходорковский должен будет написать прошение, в котором формально признает свою вину, и милостивый государь помилует узника. Такой большой срок, который определил суд, -- еще один мотив просить помилования. Если бы суд приговорил к трем-четырем годам, Ходорковский мог бы и перетерпеть. А с таким гигантским сроком нужно выходить из тюрьмы любой ценой, в том числе и посредством признания собственной вины.
Теперь стало окончательно ясно, что никакая конвенция, предложенная президентом в послании Федеральному Собранию, реализована не будет. Никто не будет вводить деньги в страну и ни о чем с нами договариваться. Уровень взаимного доверия равен нулю. И сегодня в крышку гроба этого доверия вбит последний гвоздь.
Сергей МИРОНОВ, спикер Совета Федерации:
-- Я не вижу никаких вредных последствий сегодняшнего решения Мещанского суда. Судебная власть является независимой и выносит независимые решения. Для тех, кто с ними не согласен, есть возможность апелляции. Для меня, напротив, было бы неприятной неожиданностью, если бы суд оправдал Ходорковского. Тогда возникло бы много вопросов к Генпрокуратуре. Суд на то и есть суд, и у суда есть все основания считать вину руководителей ЮКОСа доказанной.
Александр КОНОВАЛОВ, президент Института стратегических оценок:
-- Последствия уже видны. Может, это не только последствия дела Ходорковского, но в 2003 году Россия была в преддверии очень мощного экономического рывка. У нас складывалась исключительно благоприятная конъюнктура, потому что было много неожиданных денег от повышения цен на нефть. При этом бизнес был готов эти деньги поглощать, трансформировать в экономический рост. И если бы все развивалось нормально, сейчас мы имели бы и 8, и 10% ежегодного роста, а получится в лучшем случае 5%. Потому что дело Ходорковского снизило деловую активность. Бизнес не знает, это показательная порка или начало процесса. Были попытки трактовать это как начало если не реприватизации, то пересмотра результатов приватизации. Были очень серьезные налоговые претензии к «Вымпелкому», к ТНК-ВР. В таких условиях бизнес вкладываться в нашу экономику не будет, капиталы будут убегать.
Можно ждать попытки выгнать нас из «большой восьмерки». Также возникает вопрос и о независимости нашего суда. Любой бизнесмен, который приходит к нам в страну, задается вопросом: если у меня возникнет конфликтная ситуация, я могу рассчитывать на какое-то правосудие? Сейчас он может дать себе совершенно однозначный ответ.
Павел КРАШЕНИННИКОВ, председатель комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, член фракции «Единая Россия»:
-- Судебный процесс с вынесением приговора закончен не будет -- адвокаты вряд ли оставят данный вопрос без внимания, и действующий Уголовно-процессуальный кодекс предусматривает возможность обращения в апелляционные и надзорные инстанции. Девять лет -- это достаточно серьезный приговор. Не могу вдаваться в суть дела, но для человека, который находится в расцвете сил, имевшего проблемы с законом, этот срок -- серьезный удар. Да и Россия за девять лет серьезно изменится. Я считаю, что решение Мещанского суда будет иметь очень широкий общественный резонанс как в России, так и за рубежом.
Иван МЕЛЬНИКОВ, первый заместитель председателя ЦК КПРФ, депутат Госдумы:
-- Дело не в количестве лет, которые получили обвиняемые. Дело в политике власти, в судебной системе страны, которая -- от Мещанского суда до суда Верховного -- стала политическим инструментом этой власти. Политическим, потому что закон применяется выборочно. У нас в стране не два и не три олигарха. Но вместо того, чтобы спокойно, системно и в рамках закона расследовать все нарушения, власть предпочитает одних олигархов сажать в клетку, а других приглашает в Кремль пить чай и обсуждать «текущую ситуацию». Или, как Чубайсу, разрешает наживаться на энергетической системе страны в ущерб безопасности всех граждан. Это не просто непоследовательность. Озвученные в послании президента шаги по упрощению процедуры легализации накопленных капиталов и по ограничению срока на пересмотр приватизационных сделок с десяти до трех лет -- это политика в интересах нынешних олигархов. Именно такие предложения, а не девять лет Ходорковскому, показывают отношение власти к олигархическим группировкам. А дело ЮКОСа служит прикрытием для такой антиобщественной политики.
Дмитрий РОГОЗИН, руководитель фракции «Родина» в Госдуме:
-- Я неприятно удивлен сроком, который огласил судья. По логике следствия Ходорковскому должны были дать не больше пяти лет. Это еще раз подтверждает, что Ходорковский, ничем не выделяющийся из когорты других олигархов, стал козлом отпущения. На нем был проведен образцово-показательный процесс с целью продемонстрировать, как мы наказываем олигархов. Этот факт образцово-показательности не стеснялись демонстрировать сами власти, что делает всю эту историю еще более неприятной. Если бы власть действительно захотела избавиться от коррупции, навести порядок в плане итогов приватизации, выстроить отношения с олигархическими структурами, объяснить им, как нужно вести себя в рамках закона, она не устраивала бы такой образцово-показательный процесс, а выработала бы общие правила для всех олигархов. Этого не произошло, поэтому я грустно смотрю в будущее и не предвижу никаких перемен в плане наведения порядка. Те олигархи, которые держат нос по ветру и прогибаются под власть, будут оставаться на плаву. А те, кто высказывает критику и поддерживает оппозицию, будут жестоко и несправедливо наказаны. Все это вызывает пессимизм в отношении политических последствий процесса по делу ЮКОСа для страны.
Владимир ЖИРИНОВСКИЙ, лидер ЛДПР, вице-спикер Госдумы:
-- От имени ЛДПР, а также от имени наших семи миллионов избирателей я выражаю протест против такого мягкого приговора Платону Лебедеву, Михаилу Ходорковскому и Андрею Крайнову. Это мошенники, финансовые махинаторы, которые вывели из страны огромные средства, нанеся тем самым непоправимый ущерб нашей экономике. Тысячи и тысячи людей пострадали от этих аферистов. Безработица, плохие социальные условия уходят корнями в многомиллионные преступления этих злодеев. Это настоящие убийцы! Когда в результате взрывов гибнет по 30--40 человек, мы приговариваем террористов к пожизненному заключению, а тут из-за политики олигархов погибли миллионы людей! Миллионы! Именно олигархи не давали развиваться нашей экономике. Нужно требовать отставки генерального прокурора и продолжения рассмотрения дела. Кремль и Генеральная прокуратура -- вот из-за кого приговор неоправданно мягкий. Если сейчас им дали девять лет, то на повторном процессе Ходорковскому и всей его команде нужно дать пожизненное заключение. А потом ФСБ и прокуратура должны привлечь к ответственности следующую группу мошенников.
Встретившись только что с президентом Белоруссии, я могу сказать, что в такой республике свой Ходорковский просто невозможен. Слишком эффективно действуют правоохранительные органы и КГБ, нет места никакой коррупции и экономическим махинациям.
Владимир РЫЖКОВ, независимый депутат Госдумы:
-- Девять лет -- это не случайная цифра. Ровно столько у нас шли рыночные реформы -- с 1991 по 2000 год, до прихода Путина к власти. Все так называемые преступления, которые инкриминированы Ходорковскому, -- это были обычные бизнес-дела 90-х годов: векселя, взаимозачеты, бартер, инвестиционные конкурсы при приватизации, перепродажа пакетов акций, использование внутренних офшоров. Это все было легально и имело массовый характер, в этом участвовали сотни тысяч предпринимателей и чиновников. Фактически все 90-е годы признаны преступными, и все, что государство считало тогда легальным, сегодня признано беззаконным. Это означает, что завтра любого предпринимателя страны можно арестовать и посадить на девять лет. Это означает, что приговор, который вынесен Ходорковскому и Лебедеву, породил еще большую атмосферу страха, неуверенности и недоверия. Это означает, что рекордное бегство капитала, которое мы имели в прошлом году и имеем в первом квартале нынешнего, только усилится. Россия по-прежнему будет местом, куда опасно инвестировать, а экономический ущерб дела ЮКОСа, который я оцениваю в 100 млрд долл., будет еще больше. Я не считаю этот приговор справедливым и законным. Он нанесет огромный ущерб России в краткосрочной и долгосрочной перспективе. Надежды на справедливую апелляцию у меня нет. Единственное, на что я надеюсь, это Европейский суд по правам человека.
Аркадий ВОЛЬСКИЙ, президент Российского союза промышленников и предпринимателей:
-- Главный итог процесса в том, что от этого приговора особо никто не выиграл. На макроэкономическом уровне мы имеем снижение темпов роста ВВП и отнюдь не радужные перспективы в экономике, замедление реформ и решения социальных вопросов, а также снижение инвестиционной привлекательности страны. В обществе, которое от приговора Ходорковскому тоже ничего не выиграет, возродились настроения «бей богатых» -- причем от столицы до маленьких деревень. Такое впечатление, что этот процесс дал сигнал региональным наездам на бизнес. О налоговом терроризме даже сказал президент России Владимир Путин. Это возросшее давление на предпринимателя ощущают и крупные предприятия, и малый и средний бизнес, о чем регулярно сообщает, в частности, организация малого бизнеса «Опора России».
Серьезный ущерб нанесен имиджу страны, который огромными усилиями власти и бизнеса в предшествующие годы начал выправляться. Сейчас события на Северном Кавказе и дело ЮКОСа -- две главные темы новостей о России за рубежом. Новостей совсем не положительного характера.
Процесс сказался на продуктивности деловых связей РСПП с западными коллегами, что выразилось в их осторожности к ведению бизнеса в нашей стране, меньшей продуктивности переговоров. Он также негативно повлиял на качество диалога бизнеса и власти как на федеральном, так и на региональном уровне.
Всего за два года мы увидели разрушение далеко не худшей компании, увольнение персонала -- это тоже печальный итог процесса. Разрушение, ставшее своеобразным назиданием «всем оступившимся». Компании не помогли при этом ни стремление стать прозрачной и эффективной структурой, ни благотворительная деятельность, ни участие в образовательных проектах. Записали Ксения ВЕРЕТЕННИКОВА, Михаил ВОРОБЬЕВ, Дарья ГУСЕВА |
