| Ашхабад и Баку вновь вступили в схватку за нефть На днях президент Туркмении одобрил намерение канадской компании Buried Hill Energy принять участие в освоении двух нефтяных месторождений. Речь идет о каспийском участке «Сердар» и месторождении «Тахтабазар» в Марыйской области Туркмении.
В этой новости не было бы ничего экстраординарного, если бы не одна деталь. Дело в том, что на каспийское месторождение «Сердар» претендует также и Азербайджан, где оно носит другое название -- «Кяпаз». Вместе с двумя другими морскими месторождениями -- «Азери» и «Чираг» -- «Кяпаз» с 1997 года является причиной острейшего территориального спора между Баку и Ашхабадом.
Эта пограничная проблема остается одной из основных причин напряженных отношений между Туркменией и Азербайджаном и препятствует достижению консенсуса всех пяти каспийских государств (к ним относятся также Иран, Казахстан и Россия) по выработке нового юридического статуса Каспийского моря. Первый саммит каспийской пятерки в апреле 2002 года в Ашхабаде закончился провалом в результате острого конфликта, разгоревшегося между Туркменбаши и ныне покойным президентом Азербайджана Гейдаром Алиевым. Фраза туркменского вождя «на Каспии запахло кровью» облетела тогда весь мир.
Сегодня официальный Баку избегает комментировать сообщения из Ашхабада. Как заявил «Времени новостей» высокопоставленный представитель МИД Азербайджана, там «пока изучают информацию». Однако весьма резко уже отреагировал руководитель пресс-службы Госнефтекомпании Азербайджана (ГНКАР) Мамед Мирзоев. «Пока не готова конвенция о статусе Каспийского моря... Туркменбаши не имеет права заявлять, что это его месторождение, -- цитирует слова Мирзоева бакинская газета «Эхо». -- И пока вопрос делимитации (морской границы. -- А.Д.) не решен положительно, никаких заявлений, подобных туркменскому, в расчет приниматься не будет». Пресс-секретарь ГНКАР напомнил, что в середине 90-х годов Азербайджан заключил соглашение об освоении «Кяпаза» с российскими компаниями ЛУКОЙЛ и «Роснефть», но после резких протестов Туркмении Москва аннулировала это соглашение, а Баку в свою очередь приостановил все работы до разрешения пограничного спора. По мнению Мамеда Мирзоева, лучшим решением спора стало бы разделение «Кяпаза» поровну: «Восточная часть туркменская, западная -- наша».
В подобной конфликтной ситуации ни одна серьезная мировая компания не рискнула бы согласиться на инвестиции в освоение спорного месторождения, чья принадлежность не закреплена юридически. Как удалось выяснить «ВН», канадская Buried Hill Energy не только совершенно неизвестна экспертам-нефтяникам, ссылки на нее оказались неспособны найти даже поисковые интернет-системы. Кроме одного упоминания: в сентябре прошлого года в Ашхабаде состоялась встреча Туркменбаши с главой МИД Омана и экс-премьером Канады Жаном Кретьеном (ныне возглавляет компанию Bennett Jons LLP), которого сопровождал президент Burried Hill Energy Роджер Хайнс. Вот тогда Ниязов и «пригласил оманских и канадских бизнесменов к участию в масштабных проектах в Туркмении, в том числе и на шельфе Каспийского моря».
Видимо, Туркменбаши забыл предупредить доверчивых канадцев, что он еще не успел оформить документы на собственность того участка шельфа, куда пригласил их вложить деньги. Однако они не первые, кто клюнул на сказочное «планов громадье» туркменского вождя, а потом бесследно исчез, обнаружив, что ввязался в рискованную аферу. Аркадий ДУБНОВ |
