Синди в Кроуфорде

Вот уже третью неделю близ техасского ранчо президента Буша в Кроуфорде идет "вахта мира" - там разбили лагерь противники войны в Ираке, требующие немедленного возвращения американских солдат домой. Предводительница протестующих, 48-летняя мать погибшего в Ираке солдата Синди Шихан, обвиняет президента во лжи и считает, что именно он чуть ли не собственноручно убил ее сына.

В прежние времена советская пресса раздула бы историю до вселенских масштабов. Нынешняя российская в основном помалкивает: ни к чему популяризировать солдатских матерей, хотя бы и американских. Но те немногие публикации, которые все же появились, создают, мягко говоря, превратный образ и мероприятия, и его главной героини.

Складывается впечатление, что палаточный лагерь возле ранчо вырос как "инициатива снизу" - в ответ на спонтанные и эмоциональные действия убитой горем матери. Это не совсем так. Если бы поступок Синди был реакцией на смерть сына, она помчалась бы в Кроуфорд или в Вашингтон тотчас после получения похоронки. Но ее сын погиб почти полтора года назад.

Она выросла в семье набожных католиков, вышла замуж за свою первую школьную любовь и работала сперва на общественных началах, а потом за жалованье в церкви - несла слово Божие молодому поколению. Один за другим появились на свет четверо детей. Жила семья небогато. Детство старшего сына, Кейси, тоже прошло в лоне церкви - он был алтарным служкой. Родители прочили ему поприще священника. По этой причине он оставался девственником. После школы он поступил в коммьюнити-колледж - дешевое двухгодичное училище, дающее среднее специальное образование: он учился на театральном отделении и писал в студенческой газете рецензии на спектакли.

В 2000 году Кейси неожиданно для всех записался в армию. Как утверждает Синди, вербовщик обещал ее сыну, что он будет помощником капеллана и что в бой его никогда не пошлют. Но в итоге определили его не по духовной части, а по технической - механиком в Первую бронетанковую дивизию. В марте 2004 года Кейси Шихан добровольно отправился в Ирак и погиб на пятый день - его патруль нарвался на засаду, из 20 солдат семеро сложили головы.

Синди была безутешна. Похоронив сына, она стала участвовать в бесконечных траурных бдениях, перезжая из города в город. Она горевала так сильно, что потеряла работу. Синди стала членом сообщества таких же, как она, солдатских матерей и отцов Америки.

В июне прошлого года супруги Шихан вместе с 16 другими семьями погибших получили приглашение на личную встречу с президентом Бушем на военной базе Форт-Льюис, штат Вашингтон, - президент приезжал туда подбодрить солдат. Сегодня Синди говорит, что встреча ей не понравилась, что главнокомандующий совершенно не интересовался ее ребенком и уклонялся от вопросов о том, для чего понадобилась эта война. Но сохранился текст ее интервью местной газете, в котором она рассказывает, что они с мужем долго обсуждали, о чем будут говорить с президентом, и в конце концов решили вести себя так, как, по их мнению, хотел бы от них Кейси. "Теперь я знаю, - заявила в том интервью мать солдата, - что президент искренне хочет принести свободу иракцам. Я знаю, он скорбит о нашей утрате. Я знаю также, что это человек действительно верующий".

В какой момент и по какой причине произошла метаморфоза? Трудно судить с уверенностью, но, кажется, из скорбящей матери в Немезиду Синди Шихан превратилась не без помощи профессионалов пиара. В ноябре она стала публиковать обличительные открытые письма президенту и вице-президенту Чейни, называя их запросто "Джордж" и "Дик". А в январе вместе с другими товарищами по несчастью основала общественную организацию "Семьи золотых звезд за мир". (Золотая звезда - знак, который в Вооруженных силах США прикрепляют к флагу, покрывающему гроб погибшего солдата. Организация с похожим названием - "Матери золотых звезд Америки" - была основана еще в 1928 году; недавно она поместила на своем вебсайте извещение о том, что не имеет никакого отношения к кампании Синди Шихан и вообще не занимается политикой.)

В апреле г-жа Шихан публично назвала Джорджа Буша "крупнейшим в мире террористом". 5 августа она выступала на ежегодном съезде организации "Ветераны за мир" в Далласе. На сей раз президент страны удостоился таких определений, как "лживый ублюдок" (lying bastard) и "маньяк". Воспламененная ненавистью ораторша потребовала от президента "вывести Америку из Ирака и Израиль из Палестины", пригрозила ему импичментом и отказалась платить налоги.

В тот же день она села в рейсовый автобус и отправилась в Кроуфорд добиваться встречи с президентом, который проводит на ранчо свой отпуск. Но "ублюдок", ясное дело, не пожелал подвергнуться помимо словесных оскорблений еще и физическим. Синди Шихан добралась до контрольно-пропускного пункта, с которого начинается режимная зона. Здесь ее вежливо выслушали, но дальше пропустить отказались. К непрошеной визитерше вышел советник президента по национальной безопасности Стивен Хэдли. Синди назвала разговор с ним "бессмысленным" и осталась ночевать в чистом поле в палатке. На месте происшествия - конечно же, совершенно случайно - оказалась толпа журналистов.

С тех пор палаточный городок на техасском проселке разросся. Он называется "лагерь Кейси" (вот ведь скверная ирония судьбы: фамилия генерала, командующего силами коалиции в Ираке, тоже Кейси). Дело мира оказалось в надежных руках. У Синди Шихан теперь свой вебсайт, аж два пресс-секретаря. Видеоклипы ее обращений к президенту показывают десятки телеканалов по всей стране; тех, кто отказывается показывать, команда миротворцев пригвождает к позорному столбу. Быт протестантов налажен. Из Кроуфорда к палаткам и обратно ходит автобус. Организовано трехразовое горячее питание. На лужайке устроено подобие кладбища: врыто к землю 1874 могильных креста по числу погибших в Ираке воинов. Но тут, правда, вышла неприятность: отец одного из солдат специально приехал в Кроуфорд, чтобы вырвать крест с именем своего сына. И объяснил, что не хочет, чтобы его сын посмертно участвовал в политических шоу. Препятствовать ему никто не посмел.

Так вся страна и живет на два лагеря. Каждой матери-пацифистке тут же отвечает мать-патриотка: мол, не знаю как ваш, а мой сын погиб за правое дело. Есть семьи, в которых погибло двое сыновей: видимо, их мнение надо считать за два голоса. Один местный житель бабахнул ночью в воздух из ружья, чтобы угомонить назойливых демонстрантов, - его кузен взял да и предоставил им кусок собственной земли; может, у родственников застарелая вражда, как знать. В субботу президент катался на велосипеде с семикратным победителем Tour de France Лэнсом Армстронгом. В воскресенье в "лагере Кейси" пела Джоан Баэз, прославившаяся выступлениями еще против вьетнамской войны. Грустный анекдот: огромную палатку, в которой размещается штаб лагеря, до этого брал напрокат президент Буш для какого-то своего мероприятия. Городишко крохотный, выбирать прокатчика не приходится.

Покуда Синди митинговала в Техасе, ее муж Патрик подал на развод. На прошлой неделе ее мать слегла с сердечным приступом. Синди провела у одра болезни несколько дней и в среду вернулась на свою вахту. Порицать ее очень трудно. Она пережила ужасную трагедию. И все же в ее действиях видится моральный дефект. Она сделала из своего горя профессию. Профессиональные вдовы. Профессиональные солдатские матери. Профессиональные жертвы террора. Вот до чего мы дошли. Это называется "все на продажу". Она не может не понимать, что ее бедой кормятся десятки, если не сотни прилипал. Да и она сама не святым духом жива. Произошла банальная коммерциализация трагедии.

Есть такая пьеса Бертольта Брехта - "Мамаша Кураж и ее дети". Нас научили воспринимать ее как антивоенную сатиру (хотя смешного в ней, как, впрочем, во всякой политической сатире, мало). Как иллюстрацию марксистско-ленинского рассуждения о том, как война губит тех, кто думал на ней заработать. Но это очень поверхностный взгляд. В эпоху, о которой повествует пьеса, - во времена Тридцатилетней войны - у невоюющего населения выбор был невелик: или околевать, или пытаться худо-бедно выжить торговлишкой; мародерствовали что свои, что иноземные армии одинаково. Но смертью своих детей бедная маркитантка не торговала.

Для пущего равновесия надо бы сказать, что от трескучей риторики профессиональных патриотов воротит не меньше, чем от безответственной демагогии профессиональных борцов за мир. Нет ничего гаже политикана, призывающего народ проявить гражданскую доблесть. "В хорошей стране, - говорит по этому поводу мамаша Кураж, - добродетели ни к чему, там можно быть обыкновенными людьми, не шибко умными и, по мне, даже трусами".