ВЫШЕ НЕКУДА

БОЛЕВАЯ ТОЧКА

«Новая» ведет расследование обстоятельств бесланского теракта уже год. Это расследование не раз пересекалось и даже совпадало с расследованиями и северо-осетинской парламентской комиссии, и комиссии Совета Федерации А. Торшина.В прошлом...

«Новая» ведет расследование обстоятельств бесланского теракта уже год. Это расследование не раз пересекалось и даже совпадало с расследованиями и северо-осетинской парламентской комиссии, и комиссии Совета Федерации А. Торшина.

В прошлом номере «Новой» мы опубликовали и сравнили предварительные результаты расследований двух комиссий. Мы подчеркиваем, что официальных докладов с печатями, подписями и особыми мнениями членов комиссий пока еще не существует. Такой доклад североосетинской комиссии появится только в конце сентября, а что касается комиссии Торшина, то, возможно, результаты работы этой комиссии общественности будут представлены еще не скоро.

Но по черновым, рабочим материалам и особенно по многочисленным интервью глав обеих комиссий Торшина и Кесаева можно и нужно делать выводы, так как после бесланского преступления прошел год. Эти выводы и были сделаны «Новой». Сравнение позиций двух комиссий по ключевым вопросам бесланского теракта получило большой резонанс не только в Беслане, но и в Кремле.

Целый год мы собирали доказательства того, что при штурме школы, где находились 1128 заложников и не более сотни террористов, снайперами ЦСН ФСБ РФ были использованы огнеметы РПО, а 58-я армия перекинула в Беслан танковый взвод и БТРы и передала эту тяжелую технику в подчинение начальнику ЦСН ФСБ РФ генералу Тихонову, который и руководил боем.

Применение огнеметов удалось доказать с большим трудом. Официальное следствие признало этот факт только тогда, когда жители Беслана с подачи североосетинской комиссии и журналистов «Новой газеты» сами принесли следствию найденный после штурма тубус использованного огнемета. После чего следствие приобщило этот вещдок к материалам уголовного дела и признало очевидный факт.

Александр Торшин, руководитель федеральной комиссии по Беслану, несколько раз публично заявил, что «со «Шмелем», переданным через «Новую газету», проблема… Он — левый» (интервью «Эху Москвы» от 02.08.05.).

Мы понимаем, почему Александр Торшин это делает, и не понимаем одновременно. По-человечески все ясно: жители Беслана при посредничестве «Новой» в буквальном смысле слова заставили комиссию участвовать в передаче РПО следствию. Причем вопрос сначала ставился бесланцами иначе: не доверяя прокуратуре, они хотели передать важные вещдоки именно комиссии Торшина. Но комиссия месяц отказывалась от такого предложения.

Однако Александр Порфирьевич Торшин не изменил свою позицию и по-прежнему говорит о том, что огнемет, найденный жителями Беслана, — «левый».

Это мне непонятно. Потому что даже Генпрокуратура давно уже признала очевидный факт — потому что комиссия Торшина нашла три огнемета на одной из крыш пятиэтажек, но, по словам члена комиссии В. Федорова, номера этих огнеметов были неправильно переписаны, и выяснить их «историю» не удалось. В том числе и потому, что прокуратура скрывает от комиссии эти вещдоки.

Разбираясь с тремя собственными огнеметами, Торшин напал на «публичный» тубус огнемета РПО, найденный и бережно сохраненный бесланцами.

После интервью на «Эхе Москвы», где также прозвучали двусмысленные намеки в адрес жителей Беслана, «Матери Беслана» написали Торшину открытое письмо. Мы его полностью цитируем.

«После Ваших последних интервью газете «Комсомольская правда» от 5 августа 2005 г. № 122 и радиостанции «Эхо Москвы» стало окончательно ясно, чьи интересы Вы представляете и защищаете. У Вас на руках показания очевидцев о применении огнеметов «Шмель», о пожаре, о применении танков. Если, по Вашему мнению, террорист Кулаев выполняет свое задание на суде, то на кого работают бывшие заложники, которые в один голос свидетельствуют о том, кто, как и каким образом их уничтожал. В своем интервью Вы указали, что один представленный тубус огнемета «Шмель» является «левым». Зачем же мелочиться? Назовите все обнаруженные тубусы огнеметов «Шмель», гранатометов и поддоны танковых снарядов «левыми». Мы предусмотрели и такой ход событий и придержали еще один тубус огнемета «Шмель» и несколько тубусов от гранатометов. Может, Вам кажется, что в Беслане налажено производство этого вооружения или матери Беслана пекут их на кухне? Чего же стоят в таком случае Ваши обещания об объективности расследования и заверения, что Вам будет не стыдно смотреть нам в глаза. Похоже, мы мешаем Вам в Вашей пресыщенной жизни. Вас, наверно, устроило бы, чтобы мы покинули эту страну. Но даже в этом случае мы будем добиваться правды, используя международные инстанции.

Не может быть, чтобы за уничтожение стольких людей были только поощренные и награжденные и не было ни одного наказанного».

Г-н Торшин не ответил пока на это обращение.

На защиту бесланцев встала, как это не раз уже было, североосетинская комиссия и ее руководитель Станислав Кесаев. Именно эксперты этой комиссии проверили «биографию» скандального огнемета и выяснили, что партия РПО, куда входил и огнемет, обнаруженный жителями Беслана, поступила в Чечню на вооружение расквартированного там спецназа МВД. Во время прошлогодних сентябрьских событий эти спецназовцы были переброшены в Беслан и принимали участие в штурме.

Г-н Торшин должен знать об этом факте. Но продолжает настаивать на своем. Это упорство привело к тому, что федеральная комиссия теряет доверие жителей Беслана.

Впрочем, более важные вещи происходят в Верховном суде Северной Осетии, где потерпевшие продолжают давать показания. Некоторые свидетельства очевидцев уже можно назвать сенсационными, так как они дают большую надежду на то, что природа первых взрывов, прозвучавших 3 сентября и приведших к силовому исходу, будет все же раскрыта.

Так, на одном из последних заседаний потерпевшими, находившимися около школы третьего сентября, были подтверждены и конкретизированы следующие факты: одновременно с первым взрывом над крышей спортзала поднялось вертикально вверх дымовое облако правильной (что чрезвычайно важно!) формы, а куски шифера разлетелись на расстояние до 100 метров от спортзала. По мнению ведущих экспертов-взрывотехников, чья независимая экспертиза будет опубликована «Новой» после того, как потерпевшие представят ее на заседании суда, и дымовое облако правильной формы, и раздробленное шиферное покрытие спортзала — это следствия обстрела крыши здания извне. Об этом факте также свидетельствуют характер очагов и картина распространения пожара в спортзале. Первоначально пожар возник в 13.05 после первого взрыва в 13.02 в чердачном помещении крыши, охватил потолочные деревянные перекрытия и пластиковую обшивку потолка спортзала. После чего тлеющая обшивка и горящие перекрытия начали обрушиваться на раненных и контуженных после взрывов людей. Также это следует из показаний многих заложников, которые из-за контузии не смогли услышать второй взрыв, зато почувствовали воздействие яркого обжигающего пламени, спровоцировавшего объемный пожар внутри спортзала. Это пламя и могло стать причиной детонации одного из больших пластидных самодельных взрывчатых устройств. Именно этот — третий — взрыв был самым сильным.

Также на суде над обвиняемым в терроризме Нурпашой Кулаевым продолжают выясняться обстоятельства подготовки к захвату первой школы. Так, есть показания о том, что ДО захвата в чердачных помещениях школы были подготовлены лежбища для снайперов, сконструированные по всем правилам диверсионной науки: из кирпичной кладки, обложенные изнутри мешками с песком. Эти лежбища (не менее шести) были обнаружены спецназовцами и местными жителями, принимавшими участие в бое, 3 сентября, после активной стадии штурма школы. Есть основания полагать, что снайперские позиции были подготовлены ДО захвата школы, так как, по показаниям свидетелей и потерпевших, с первых минут захвата с чердаков школы стали прицельно работать снайперы.

Также следствием были отработаны аудиоматериалы прослушки, зафиксированной 1—3 сентября группой Р Главного управления МВД РФ. Были осуществлены 1054 перехвата эфирных сообщений. Из них Центром по борьбе с терроризмом МВД РФ совместно с УБОП ГУВД Москвы на территории Московского региона были отработаны четыре абонента, которые были зафиксированы либо в контактах с террористами, либо с их пособниками. К сожалению, их дальнейшая отработка результатов не принесла. Такова, по крайней мере, официальная версия.

P.S. «Новая газета» продолжает свое расследование.