Дата
Автор
Марина Карасева; Доктор Искусствоведения; Профессор Московской Консерватории
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Эдит-пиар
В сентябре правительство очередной раз обсуждало вопросы культуры. Доклад Александра Соколова вновь возбудил у кабинета министров смешанные чувства. Неоднозначность восприятия продукта культуры обычно идет на пользу самому продукту. Правда, чаще в исторической перспективе. Но правительство не филармония и не институт искусствознания, потому оно больше интересуется делами насущными. Однако характерно, что разногласия на заседании выявились не столько по пунктам предложенной программы, сколько по личным стратегиям главного докладчика и стилю его презентации.
Циклон смешанных чувств надвинулся этой осенью и на СМИ -- за прошедший период осадками выпало столько противоречивых трактовок "культурного" заседания, сколько в данной области уж давно не случалось. Поскольку нет гарантий, что в следующих сериях заседаний такая картина не повторится, впору разобраться с ситуацией, чтоб урок пошел впрок.
В развитии культуры так или иначе заинтересованы все -- хотя бы потому, что она является частью социальной, в том числе межнациональной, коммуникации, на которой сегодня, если бы и захотелось, сэкономить уже не удастся -- времена «железного занавеса» прошли. Однако когда дело доходит до выделения на культуру конкретных бюджетных средств, возникает ряд специфических проблем. В частности, у ответственных лиц возникает понятное стремление узнать, что же все-таки можно будет в масштабе страны с этой культуры иметь.
С конкретикой ответов на такие вопросы дела всегда обстоят сложно. На память приходит интеллигентный слоненок, который передает мартышке привет, а та начинает изводить его вопросами: "Где он, этот привет, и почему я -- прямо здесь и сейчас -- не могу его съесть?"
У героев мультика случился конфликт научных парадигм, или, попросту говоря, языка описания. Разрешают такие конфликты обычно путем более детального рассмотрения вопроса (например, с учетом рекомендаций междисциплинарных экспертных советов). Однако кое-где у нас порой -- и чаще всего именно в области культуры -- его предпочитают решать в любимом национальном формате: переходе на личность. "Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст", -- вновь пеняют одному. "Страшно далеки они от народа", -- продолжают сокрушаться о других.
Между тем общество ждет от своих культуртрегеров вовсе не подобия их личностных характеристик -- по большому счету ему вообще нет дела до конкретных фигур в конкретном отрезке времени -- общество ожидает по возможности равного представительства идей, делегированных различными социально-культурными слоями в культурную политику страны.
Поднимая сегодня градус общественных дискуссий о личных качествах экс-министра и министра культуры -- кто из них предприимчивее, а кто академичнее (кстати, для руководителя оба качества совсем не лишние, если понимать их адекватно), упускают обсуждение главного стратегического диссонанса в нынешнем госкультурном менеджменте. Его составляющие в целом известны:
а) условием успешности любого коллегиального управления (каким -- по структуре -- оказался теперь комплекс Минкультуры) является баланс интересов;
б) у руля культуры стоят две крупные фигуры (кто бы и что ни писал иначе), с различным видением того, куда и как следует направить бюджетные деньги (сконцентрировать ли их в главных культурных центрах или поднимать культурные ячейки на местах).
Меньшая проблема здесь в том, что концепций больше одной -- обе они достойны развернутого представления и внимательного рассмотрения, и при грамотном просчете политических последствий теоретически могут быть совмещены.
Бульшая проблема в установлении на государственном уровне баланса интересов высокодоходной массмедийной и дотационной классической культуры.
Почему встрепенулись широкие круги неблагоразумно-честных людей в России, когда президент утвердил на должность министра человека принципиально неаппаратного, однако изнутри знающего ту часть культуры, которая, будучи отделена от прибыльного шоу-бизнеса, оказалась сама себе предоставленной? Госбюджетным рабочим лошадкам -- творческим работникам, музейщикам и прочим выдали немного надежды на то, что будет восстановлен прежде всего их общественный статус (с логически вытекающим из него достойным финансированием).
Доклад Соколова на заседании правительства говорит о том, что надежды эти могут быть и небезосновательны. В качестве ядра культурной концепции заявлено формирование позитивного миросозерцания. Разумеется, миросозерцание сложно потрогать, лизнуть или выгодно вложить. Однако если откинуть всплывающие в памяти ассоциации с "болтологическими" лозунгами времен социализма, станет понятно, что речь идет о важнейшем условии морального выживания общества. Внесенные Соколовым предложения нацелены не на психологическое отвлечение общества от его проблем путем периодического соприкосновения с развлекательным сектором шоу-бизнеса, а на оздоровление этого общества через внутреннее проживание им корневых традиций культуры (русской и мировой). С последним тезисом нельзя не считаться хотя бы потому, что он реально отражает настрой большой части общества, которой самой за себя по нынешним реалиям постоять сложно.
Для реализации этого тезиса и нужен веерный, а не точечный, подход к определению культурных приоритетов госфинансирования. По всей борозде: от сельских библиотек до Большого театра.
Сказанное вовсе не означает, что спецприз правительства "За туманность формулировок", присужденный спичрайтерам Минкульта, заработан ими так уж незаслуженно. Правило любого общения известно: если в данной аудитории тебя не понимают, найди способ выразить это проще.
Что же до позитива нашего мышления, то о нем задумался даже метрополитен: там изначально родилась идея вместо табличек: "Нет выхода" развесить: "Выход рядом". Осталось теперь вместе с этим выходом найти еще и деньги на все остальное, прописав брезжащую надежду нации на достойное отношение государства к своей культуре в экономических графах. Посчитать культуру, находясь внутри нее, всегда было делом почти безнадежным, поэтому межведомственная помощь, предложенная Германом Грефом министру Соколову, кажется одним из здравых шагов на пути постепенного разрешения проблем культурного ведомства, скопившихся там не за год и не за два.
Личные предпочтения в сфере культуры и искусства -- дело почти такое же интимное, как религиозные верования. Вероятно, поэтому отладочные работы на культурной стройке происходят, как нигде, трудно. Вместе с тем, говоря словами из любимого фильма, "сегодня наступило такое время, когда договариваться уже нужно всем". Иначе не исключено, что культуру будет самовластно редактировать пиар.