"У народа Тайваня должен быть выбор"

Исторический визит в КНР председателя тайваньской партии Гоминьдан Лянь Чжаня, состоявшийся в апреле-мае этого года, породил надежду на ослабление опасного противостояния между Пекином и Тайбэем. Материк считает Тайвань неотъемлемой частью Китая и настаивает на воссоединении расколотой страны, но власти Тайваня упорно называют остров «суверенным и независимым государством». Примирение противников важно для всех стран Дальнего Востока, включая Россию, опасающихся перерастания конфронтации в Тайваньском проливе в полномасштабную войну с участием Китая, США и Японии.

Гоминьдан и Компартия Китая были союзниками в начале 20-х годов, потом они поссорились и лишь во время второй мировой войны с трудом согласились сообща бороться с японской агрессией. После 1945 года сотрудничество вновь сменилось враждой. Гражданская война завершилась в 1949 году победой коммунистов и поражением гоминьдановцев, которым вместе с их лидером Чан Кайши пришлось бежать на Тайвань под защиту американских войск.

Если бы апрельская встреча председателя Гоминьдана с китайским партийно-государственным руководством состоялась в 1980-е или даже 1990-е годы, она могла бы стать поворотным пунктом в истории Китая и всей Восточной Азии. Однако гоминьдановцы стали жертвой развернутого ими в конце 80-х годов процесса демократизации Тайваня, уступив власть Демократической прогрессивной партии (ДПП), нацеленной на превращение Тайваня в независимое от Китая государство. Лянь Чжань побывал в Пекине в качестве лидера оппозиции, а не партии власти.

Визит на материк стал кульминацией политической карьеры 69-летнего политика. Лянь Чжань родился на материке, в городе Сиань в годы войны с Японией. Эпоха отразилась в его имени -- оно переводится как «череда сражений». Главные вехи карьеры Ляня приходятся на период перехода Тайваня от однопартийной диктатуры Гоминьдана к демократии. В 1980-е Лянь был министром транспорта, вице-премьером и главой МИДа, в 1993-м стал премьером, а в 1996 году вместе с Ли Дэнхуэем победил на первых в истории острова прямых президентских выборах, заняв пост вице-президента. Однако президентские выборы 2000 года обернулись для него горьким поражением -- Гоминьдан оказался на третьем месте. В том же году Лянь встал во главе партии, а в 2004 году вновь пошел на выборы в паре с лидером Партии близости к народу Сун Чуюем. Оппозиция опять проиграла, но отрыв от ДПП составил всего 0,2%.

В августе Лянь Чжань покинул пост главы партии, став почетным председателем Гоминьдана. А в конце сентября он отправился в поездку по Европе, которая началась с посещения России. Лянь еще в 1999 году получил степень почетного доктора Санкт-Петербургского университета, однако возможность посетить Россию и выступить перед студентами у него появилась лишь теперь. О том, каким образом можно было бы наладить диалог между Тайбэем и Пекином, «Времени новостей» рассказал почетный председатель партии Гоминьдан ЛЯНЬ ЧЖАНЬ.

-- После вашей поездки в Пекин прошло уже почти полгода. Есть ли продвижение по планам сотрудничества, которые вы обсуждали с китайским руководством?

-- Моя поездка делится на два уровня. Первый уровень -- это двусторонний мир, политические отношения, в том числе обсуждение мирного договора, создание механизма военной безопасности. Сюда же входит стимулирование экономического сотрудничества, обсуждение того, каким образом Тайвань мог бы участвовать в международной деятельности. Нужно, чтобы с этими вопросами работало правительство. Мы сейчас оппозиционная партия, власть должна взять ответственность за реализацию этих планов на себя.

-- А в чем состоит второй уровень сотрудничества с материком?

-- Это экономика, торговля, технологии -- всего 12 направлений. Тут наблюдается активное движение вперед. Еще в начале года были новогодние прямые чартерные рейсы между островом и материком -- гражданские самолеты могли летать между различными городами в обоих направлениях без промежуточной посадки в Гонконге. Обе стороны согласились провести стандартизацию в информационной отрасли, это очень важно для ее будущего развития. Тайваньские фрукты уже продают на материк, хотя и не слишком успешно.

А еще мы зовем китайских туристов на Тайвань. Хотя у правящей Демократической прогрессивной партии есть на этот счет оговорки, мы уверены, что это необходимо, ведь это будет большая помощь экономике Тайваня. Мы надеемся на открытие прямых регулярных пассажирских и грузовых авиарейсов между островом и материком. Однако требуется, чтобы всеми этими вопросами на административном и техническом уровне занималось правительство. Будет взаимодействие с властью -- будет и решение проблем.

У ракеты нет глаз

-- Но многие тайваньские политики уверяют, что КПК верить нельзя, поскольку материк постоянно наращивает число ракет, нацеленных на остров. А в марте в Пекине приняли закон о противодействии расколу страны. Политики от ДПП утверждают, что этот документ оправдывает агрессию против Тайваня...

-- Программа правящей партии провозглашает целью независимость Тайваня. В последние годы правительство говорило, что «по разные стороны Тайваньского пролива расположены разные государства», призывало «исправить имена» (кампания по исключению из названий тайваньских организаций упоминаний о Китае, нацеленная на переименование непризнанной Китайской республики на Тайване в Республику Тайвань. -- Ред.), «избавиться от китаизации». И самое пугающее: в 2006 году обещано составить новую конституцию, а в 2008-м ввести ее в действие.

Обо всем этом сказали наши правители. Правда это или нет, знают только они сами. Но слушают их очень внимательно: как за рубежом, в том числе в США, так и в материковом Китае. Грустно, что все развивается по принципу «око за око». Вы хотите независимости -- они добавят ракет. Вы хотите «исправить имена» -- они еще добавят ракет. Хотите в 2006-м составить конституцию -- они вам закон о противодействии расколу.

На Тайване идеи независимости придерживается лишь часть населения. И неважно, составляет их доля 20, 30 или даже 35% -- это заведомо не 100%. Но если по острову будет нанесен удар, пострадают все. Ведь у ракеты нет глаз, она не разберет, кто сторонник ДПП, а кто Гоминьдана: если попадет -- всем конец. Мы не думаем, что это разумный или подходящий образ действий, но таков фон происходящих событий.

-- Так на что же вы надеялись, когда ехали в Пекин на переговоры с коммунистами?

-- Мы пришли к выводу, что если не обнародовать альтернативные взгляды и программы, конфликт между двумя сторонами пролива будет весьма возможен. Опросы общественного мнения на материке показывают: примерно 70--80% людей полагают неизбежным решение тайваньской проблемы силой оружия. Так было еще до моей поездки.

Почему я туда поехал? Сам я не был на материке уже 60 лет. И еще я полагаю, что у народа Тайваня непременно должен быть выбор. Не обязательно думать, что единственный путь -- это конфликт и взаимное противостояние. Поэтому я отправился на материк и сказал им: если отныне мы сможем действовать разумно, уважать историю и смотреть в будущее, то сотрудничество двух сторон сможет стать мирным, взаимно благоприятным и приносящим выгоду обеим сторонам. Если же мы продолжим сводить счеты 50--60-летней давности, будущего у нас не будет.

-- И вас услышали?

-- Надо очень внимательно отнестись к тому, что руководители материка согласились с этой точкой зрения. Мы договорились о важных вещах: нам нужны мирный договор, механизм военной безопасности, двусторонний экономический механизм, включая общий рынок, участие Тайваня в международных организациях, официальные переговоры с материком. В прошлом Тайвань акцентировал эти вопросы лишь в одностороннем порядке. В ходе проведенных мною переговоров руководители материка открыто и официально дали соответствующие обещания. Это совсем иное дело, совсем другая атмосфера.

Я считаю, что наше правительство должно воспользоваться этим шансом. В договоренности пять пунктов -- так возьмите любой, хотя бы один! Используйте благоприятную возможность, пойдите на сближение с материком, решите хотя бы часть проблем! Но движения нет никакого. Хотя американцы очень хотели бы, чтобы два правительства начали переговоры, они много раз об этом говорили.

А что ракеты? Для начала острову и материку нужны механизм безопасности и меры взаимного доверия -- кстати, такой опыт есть у России и США. Например, создание горячей линии связи и центра разрешения кризисных ситуаций, взаимные визиты военного персонала. А потом возможен и демонтаж ракет. Это целая цепочка, международных прецедентов тут очень много.

С Ху Цзиньтао можно общаться открыто

-- В Пекине вы встречались с китайским руководством, поговорили с самим Ху Цзиньтао. Какое он произвел впечатление?

-- Я встретился с г-ном Ху 29 апреля. Мне кажется, что это человек искренний и сердечный, с ним можно общаться открыто. Он владеет ситуацией, уверенно ориентируется в проблемах. При этом у него широкие взгляды. С такими способностями и решимостью он может решать вопросы.

-- За последние десятилетия Гоминьдан изменился и перешел от авторитаризма к демократии. Есть ли после поездки впечатление, что КПК пойдет по тому же пути?

-- Дэн Сяопин в 1978 году начал политику реформ и открытости, проявив дальновидность, способность увидеть ситуацию в целом и большую напористость. Он потребовал не менять эту политику сто лет. Прошло четверть века, а ее влияние на материк очень велико -- они все дальше уходят от плановой экономики. Я говорю, что они движутся к свободной экономике, они называют это «социализмом с китайской окраской», но речь об одном и том же. Доля свободной рыночной экономики становится все больше, плановой -- все меньше.

Их политика ставит на первое место экономическую открытость. Но это дело очень сложное, такая открытость затрагивает много вертикальных и горизонтальных связей в политике, обществе и культуре. Тайвань уже прошел этот путь. От политического авторитаризма мы сначала перешли к экономической либерализации, а за ней пришла политическая демократизация. Сейчас материк движется путем экономической либерализации. Но он столкнется со множеством других проблем, которыми придется заниматься, придется вносить улучшения. Я верю в этот путь и намерен их поощрять.

Надо решить экономические проблемы Тайваня

-- Недавно президент от ДПП Чэнь Шуйбянь призвал Гоминьдан отказаться от «мифа об одном Китае». Он явно не одобряет политику вашей партии в отношении материка. Какое тут взаимодействие с властью, если у вас расхождения по таким важным темам?

-- Гоминьдан свою политику не менял. Еще в 1992-м мы провели переговоры с КПК, в итоге появился известный «консенсус 1992 года». Он основан на принципе «одного Китая», но его определение каждая из сторон дает по-своему. Мы на это согласились и изменений в «консенсус 1992 года» не вносили. С этим мы поехали на материк. Все мои переговоры строились на этом. Перед поездкой я провел телефонный разговор с властями и ясно сказал: основа для моих переговоров в Пекине именно такова, я ничего не добавлю и ничего не прибавлю, ничего не изменю.

-- Неужели идеологические разногласия оппозиционного Гоминьдана и правящей ДПП так велики, что успешные результаты вашего визита в Пекин так и не будут востребованы партией власти?

-- Я полагаю, что для властей от ДПП самый важный вопрос -- найти для Тайваня выход и решить экономические проблемы. А это, по сути, проблемы политические. Сейчас Тайвань стал самым последним из «четырех драконов» (Гонконг, Тайвань, Сингапур и Южная Корея. -- Ред.). За последние десять месяцев у нас появилось пассивное сальдо во внешней торговле. Раньше мы про такое читали в учебниках, но никогда с этим не сталкивались. По доходам населения Тайвань отстал от Южной Кореи, это для нас раньше тоже было немыслимо.

В чем источник проблем? Многие предприятия переехали на материк, возникла серьезная проблема с безработицей, тайваньские товары все труднее продавать. Продукция нашей электронной промышленности сократилась в этом году на 31%. Это очень важные вопросы, идеологические склоки тут вообще ни при чем.

-- Если ситуация столь серьезна, почему власть и оппозиция не могут договориться?

-- Проблема не в том, кто стоит у власти -- тут у нас претензий нет. Проблема в том, кто и как сможет восстановить устойчивость и рост тайваньской экономики. Наша конкурентоспособность упала, национальная валюта обесценилась, рынок акций катится вниз. Идеологические конфликты продолжаются уже почти шесть лет, а убытки лишь нарастают. В этой ситуации мы полагаем, что скорейшее возобновление "трех связей" (транспортных, почтовых и торговых. -- Ред.) между двумя сторонами пролива, прежде всего прямое авиасообщение, уменьшит наши экономические издержки и повысит нашу конкурентоспособность.

Так что я не думаю, что у нас с ДПП есть какие-то принципиальные разногласия по политике в отношении материка. Ведь и ДПП подчеркивает "три связи", а также оздоровление финансовой структуры острова, спокойный тон общения между политическими партиями, безопасность в обществе. Тут все одинаковы. Мы открыли «форточку» в сторону материка и надеемся, что власти будут взаимодействовать с нами. А это обязательно поможет экономике Тайваня.

Гоминьдан стал прозрачной политической партией

-- Создатель Гоминьдана Сунь Ятсен прочно ассоциируется с материком и появлением там в начале ХХ века Китайской республики. Однако ныне Тайвань проходит процесс националистической локализации, многие отторгают все китайское как «чужое» или «иностранное». Что будет делать ваша партия -- сохранит верность китайцу Сунь Ятсену или будет искать ему замену среди героев тайваньской культуры?

-- Да, у нас в правительстве поговаривают о декитаизации. Но думаю, что это неосуществимо. Мы не согласны с этой политикой. Нас объединяют китайский язык и общий опыт. Сунь Ятсен не только основал нашу партию, он был великим политиком Китайской республики. Основа его идей -- это национализм, народовластие и народное благосостояние. Он говорил об этом сто лет назад в иных исторических условиях, однако его мысли имеют значение и для нашей эпохи.

Национализм -- это мир для обеих сторон Тайваньского пролива, когда все сотрудничают на благо друг друга, чтобы китайская нация могла поднять голову и воспрянуть духом. У членов Гоминьдана и сочувствующих нам точка зрения одинаковая -- последние триста лет мы были угнетаемой и унижаемой нацией. Люди, обладающие достоинством, обратят на это внимание.

Теперь народовластие. На Тайване еще много проблем с демократией: правосудие, администрация, образование и СМИ нуждаются в совершенствовании. Есть немало вопросов с соблюдением прав человека. Я не считаю нужным говорить об этом за границей, но этот холст также надо заштопать.

А народное благосостояние катится вниз. При нашем правлении годовой доход на душу населения превысил 14 тыс. долл. США, за последние годы он снизился до 12--13 тыс. Нищих все больше, растет разрыв бедности и богатства. Так дело не пойдет. В целом идеалы Сунь Ятсена правильны, только надо привести их в соответствие со временем. То, что он уроженец материковой провинции Гуандун, никакого значения не имеет.

-- Все это прекрасно, но для реализации идеалов Сунь Ятсена Гоминьдану надо вернуться к власти. Это возможно? Не тяготит вашу партию наследие вековой политической истории?

-- Да, история у нас длинная и глубокая. Однако Гоминьдан стал ныне одной из самых демократичных партий в мире. Ее председателя выбирают прямым голосованием члены партии, таких прецедентов очень мало, на Тайване такая партия лишь одна. Межпартийное соперничество на острове очень острое. А народу нужны спокойная жизнь, стабильное общество, хорошие отношения между двумя берегами Тайваньского пролива. Думаю, что все это может обеспечить только Гоминьдан.

Ну если ДПП изменится, если отношения между сторонами пролива станут мирными, если будут установлены "три связи", если экономика оживится, если столь почитаемые ими права человека получат всеобщее уважение, тогда может быть и по-иному. Но посмотрите -- осталось всего два года (президентские выборы пройдут на Тайване в 2008 году. -- Ред.), и я не верю, что все так изменится. Так что у Гоминьдана перспективы светлые. При этом нам надо стараться -- мы в оппозиции, у нас нет властного и материального ресурса для равного соперничества. Надо признать, что демократическая правовая система на Тайване еще не идеальна. Поэтому, с одной стороны, я верю в Гоминьдан, но с другой -- призываю к дальнейшим усилиям.

-- Помнится, пока Гоминьдан стоял у власти, оппозиция много говорила о незаконном богатстве вашей партии, наличии у нее собственного бизнеса, нелегальных фондов. Эта проблема решена?

-- Теперь Гоминьдан стал очень прозрачной политической партией. Правда, часть имущества еще осталась, но от него будем избавляться, чтобы обеспечить старость наших партработников, выходящих на пенсию. Когда шесть лет назад я стал председателем партии, у нас было 3,6 тыс. сотрудников, теперь осталось 1,6 тыс. В итоге, думаю, штатных работников останется 600--700 человек, в том числе для работы в центральном аппарате человек 200--300, остальные будут работать на местах. Этого хватит.

В будущем партработой будут заниматься добровольцы, а не оплачиваемые сотрудники, образующие бюрократическую структуру. Эту работу мы уже ведем, так что, надеюсь, в будущем партии будут соперничать на равных. Только пока такого соперничества недостает -- у ДПП богатые ресурсы и людей много.

Беседовал Александр ЛОМАНОВ