«Газпром» и партия едины

О своем месте в строю первый стихами заговорил Владимир Маяковский. С мыслью о том, что поэт - тоже пролетарий, а с него, как с буржуа, требуют «пятьсот в полугодие и двадцать пять за неподачу деклараций». С легкой руки поэта выражение вошло в оборот и в советскую эпоху значило стать одним из многих - полезным и скромным членом общества. Так что Владимир Путин, конечно, слукавил, когда объявил народу, что, покинув Кремль, «свое место в строю найдет». Он-то имел в виду, что уходит из президентов, но хотел бы остаться моральным лидером российской нации. И что пора уже приступать к выборам. В стране началась предвыборная кампания - дело деликатного свойства, как сказал бы классик футуризма. Спецоперация «Путин уходит в тень».

Что будет в 2008 году? Кто сменит Путина? Где это его место в строю? Сам он сознательно уходит от четких ответов на эти волнительные вопросы. И мы еще долго не будем знать, кто станет следующим российским президентом. Но время берет свое, и представления Путина о системе власти после 2008-го и о своем в ней месте постепенно проявляются как изображение на фотографии, помещенной в растворитель. На позапрошлой неделе «Газпром» купил «Сибнефть». А в прошлый понедельник в Думу из Кремля поступил законопроект, разрешающий партиям предлагать кандидатов в губернаторы. С большой вероятностью Путин возглавит «Газпром», говорят собеседники Newsweek. И к тому же может получить от «Единой России» до сих пор вакантный партбилет номер один.

Функционеры «Единой России» президентский законопроект о губернаторах комментируют с оживлением. Роль парламента растет, объясняет глава комитета Совета федерации по конституционному законодательству Юрий Шарандин. «У нас один путь, - продолжает депутат Игорь Игошин, - вводить демократию сверху, и в перспективе, наверное, президент возглавит партию». По этому закону партия, победившая на региональных выборах, получит право предложить своего губернатора. Одобренная областным парламентом кандидатура отправляется на утверждение к президенту, у которого все равно остается право прислать на регион кого-нибудь еще. Он этим своим правом пользоваться не будет, полагает помощник президента Владислав Сурков. Но другие партии недовольны и особой демократии тут не видят. Скорее наоборот. По мнению первого зампреда ЦК КПРФ Ивана Мельникова, Кремль таким образом просто усиливает позиции своей партии на местах.

Похоже, что так и есть. Newsweek уже писал, что на местных выборах губернаторы-назначенцы норовят списки всех партий составить из своих людей с расчетом, чтобы «ЕР» не получила большинства. С такими разнородными заксобраниями им потом удобнее иметь дело. Теперь губернаторам послали четкий сигнал: поддержите «ЕР» - она поддержит вас. В пяти регионах партия Путина уже проиграла выборы. Это исключения, но перед выборами 2007 г. Кремлю лишние сюрпризы не нужны. Губернаторы станут партийными не на словах, а на деле, и административная вертикаль уже почти в точности будет копировать советскую систему обкомов. С той только разницей, что есть еще - пусть мелкие - другие партии. И они сильно осложняют «ЕР» парламентскую кампанию. Кроме проблемы-2008 есть еще проблема-2007. По новым правилам (без одномандатников), в результате прошлых выборов в Думу «ЕР», уйдя в отрыв со своими 37% голосов, еле получила бы в ней простое большинство. О конституционном большинстве теперь можно только мечтать. В Кремле нервничают и думают, как быть, утверждает источник Newsweek. И могут, так сказать, дать Путину задание возглавить партийный список.

А Путин может согласиться. Прямо отождествив себя с конкретной силой, он рискует потерять часть рейтинга, но выиграет в перспективе. Подтолкнув «ЕР» к убедительной победе на выборах-2007, после 2008 г. он получит мощный рычаг влияния, если партия будет ему послушна. По своему характеру Путин не публичный политик, а поклонник секретных комбинаций. Его интересует не сама по себе власть, говорят собеседники Newsweek, ему важнее удержать в узде преемника, чтобы тот не начал плясать от печки. Путин хочет сохранить режим, а не самого себя, оставшись в политике одной из определяющих фигур, объясняет политолог Алексей Макаркин, и место лучше, чем в партии, насчитывающей один миллион членов, тут найти трудно. «[Будущий] президент должен жить по уставу, - продолжает Игошин, - нам всем еще до пенсии жить, и тот, кто во главе строя, должен знать правила - что можно, а что нельзя». Того, кого ставят во главу строя, Кремль вряд ли будет раскручивать через партийный пост. И партия, очень похожая на КПСС и контролирующая Думу и регионы, - неплохой гарант этого президентского устава. И гарант свободы, по которой, наверное, Путин успел соскучиться: захочет - выступит на ТВ, не захочет - промолчит. Кто ему прикажет? И протокола нет.

Тем более если у лидера этой партии будут в распоряжении большие деньги. Собеседники Newsweek уверены, что Путин «под себя» создает крупнейший энергохолдинг - газ, около десятой части российской нефти плюс внушительный медиаконцерн. Известно, что Путин хотел возглавить «Газпром» еще в конце 90-х, в бытность замуправделами Кремля. Известно, что нынешний «Газпром» он воспринимает как личный проект и фактически сам руководит компанией. Вплоть до того, что знает по именам менеджеров верхнего звена и где какая стоит компрессорная станция. Он знаком с «Газпромом» на порядок лучше, чем с другими монополиями, говорит источник Newsweekв правительстве, и если туда пересядет, «вибрировать [от неуверенности] не будет».

Возможности у «Газпрома» огромные, и ему все можно. Один чиновник приводит пример, как недавно «Газпром» сначала повысил цены, а потом просто перекрыл газ Кирово-Чепецкому химкомбинату - на комбинате началась забастовка, и газовики в итоге получили контроль над главным его активом. Председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер знает, что у него только один начальник. И, по рассказам, легко может не явиться на заседание правительства, а прислать вместо себя заместителя. Все придут, а он - нет. Источник Newsweek рассказывает, что Путин в разговорах с Миллером готов вникать в самые незначительные факты газпромовского быта. Его явная поддержка, снижающая политические риски, - один из факторов быстрого роста цен акций «Газпрома», утверждает президент Института энергетической политики Владимир Милов. Кроме избытка «горячих денег» на рынке и роста цен на газ. Всем понятно, что «Газпром» - вотчина, а не госкомпания в ее привычном смысле. У министров экономического блока цена и смысл сделки с «Сибнефтью» вызывают вопросы. Последствий - никаких.

Информированный источник полагает, что просто контролировать «Газпром» через своих людей Путину будет мало, и он сядет в кресло председателя совета директоров. Это вопрос статуса: «Главу компании, гарантирующей “энергетическую безопасность” Европы, будут принимать на президентском уровне. Как принимают главу General Electric». Недавно «Газпром» заключил контракт с Германией о строительстве Северо-Европейского газопровода. Европейская пресса даже публикует слухи, что уходящий с поста канцлера Герхард Шредер может стать сотрудником «Газпрома». Если Шредеру не стыдно уходить в чужой «Газпром», то Путину в свой - тем более. Они дружат. В минувшую пятницу Шредер единственный из иностранцев отправился на день рождения к Путину в Петербург.

Управлять суперпартией и суперкомпанией - это уже много. В этой схеме, похожей на схему ухода Путина, ему для полного спокойствия не будет хватать только контроля над силовиками и телевидением. Контроля, который в полной мере невозможно обеспечить. Без гарантий. Собеседники Newsweek не исключают, что на гостелевидении со временем может появиться что-то вроде «общественного контроля», а о силовиках и других ключевых кадрах Путин наверняка будет напрямую договариваться с преемником. Как Ельцин договаривался с ним, Путиным, и он, Путин, свое слово сдержал.

В итоге возникнет что-то вроде парламентско-президентской республики с двумя мощными центрами власти - в Кремле и в псевдо-КПСС, заседающей в парламенте и спаянной с сырьевым госбизнесом. Это вроде и не советская система с ее «направляющей ролью партии» и всевластием генсека. И уж точно не президентская демократия на западный манер. Такой причудливый, ни на что не похожий российский особый путь. Владимир Путин понимает, что это всего лишь схема. Что жизнь сложнее, и двоевластие в России не навсегда. И что из этого выйдет - неизвестно. Либо преемник войдет во вкус и покажет силу, а элита развернет нос по ветру. Как это уже было. Либо нос развернет преемник. Такого еще не было.