Оригинал материала
"Вердикт с пробелами"
-- Тамара Георгиевна, как вы оцениваете аргументы, изложенные в постановлении КС?
-- В этом решении есть несколько аспектов. Что касается гарантий пассивного и активного избирательного права граждан, то в этой части не представляется возможным отвергнуть аргументы Конституционного суда: установление пределов непосредственного избрания населением должностных лиц тех или иных государственных органов -- это, конечно, дело законодателя.
Второй аспект, которому так много внимания уделено в решении КС, -- это обеспечение единства исполнительной власти в пределах полномочий федерации и связи по вертикали между высшим должностным лицом государства и главами субъектов федерации. На мой взгляд, единство исполнительной власти -- это еще один тезис, вытекающий из норм Конституции, когда речь идет о реализации полномочий федерации. И КС в своем решении объясняет, почему полномочия президента предложить кандидатуру губернатора не противоречат праву субъектов федерации самостоятельно формировать свои органы госвласти -- ведь сохранены полномочия законодательного органа отказаться утвердить кандидатуру.
Но если рассмотреть эти две линии постановления в совокупности, то возникает еще один вопрос: достаточно ли сбалансировано снижение уровня демократичности процедур при новом порядке формирования органов власти? Этот вопрос, к сожалению, остался открытым. И в этом я вижу основной пробел решения КС, потому что оценить в полной мере новый механизм наделения губернаторов полномочиями можно только при анализе независимости глав регионов, то есть анализе порядка их отстранения. Поэтому заявители и просили КС ответить на вопрос, конституционны ли положения закона об отстранении губернаторов в связи с утратой доверия. Ведь понятие «утраты доверия» в законе вообще не раскрыто. Точно так же остался открытым вопрос и об основаниях роспуска президентом регионального законодательного собрания.
-- Но в 2002 году КС ведь уже принял постановление о том, что условием отстранения губернатора может быть решение суда о признании незаконными его действий. А если речь идет о роспуске местного парламента, то окончательное решение должно быть оформлено в виде специального федерального закона.
-- Именно поэтому молчание КС по этому поводу было бы более содержательным, если бы суд просто указал, что эти вопросы уже ранее были разрешены. Такая формулировка означала бы, что сохраняются позиции КС, согласно которым ни одно должностное лицо не может быть лишено должностных полномочий по такому основанию, как утрата доверия. Основанием для лишения должности могут быть только нарушения, которые должностное лицо допустило, и которые были подтверждены судебным актом. Если бы КС сказал, что прежние позиции сохраняют свою юридическую силу, можно было бы не иметь к нему претензий.
-- Вы считаете, что могут быть претензии к КС?
-- Да, потому что КС отказался от проверки этих норм не по той причине. В вердикте суда нет ссылок на принятые ранее решения, а лишь указывается, что оспоренная норма не была применена в делах нынешних заявителей. А Конституционный суд должен проверять каждую норму в системе других норм -- иначе они не могут проявить полностью свое конституционное или неконституционное содержание.
-- Давайте по-простому: если во главе исполнительной власти президент, разве он не имеет права отстранять своих сотрудников?
-- По собственному усмотрению не имеет, иначе это будет произвол. Он может снять, но предварительно получив подтверждение суда. Гарант Конституции действительно не может не вмешаться, если в регионе не обеспечиваются права граждан. Но он должен действовать только в рамках процедуры, соответствующей Конституции. Именно эта процедура позволяет сохранить конституционный баланс сил.
КС признал, что могут быть и другие инструменты соблюдения баланса -- например, право региональных законодателей предлагать президенту свою кандидатуру губернатора. Но такое предложение бессмысленно, если из этого права законодательного собрания не вытекает обязанность президента хотя бы мотивированно отказать региональному парламенту.