Борис Долгин: Карикатурно-ядерный фашизм

Борис Долгин

Карикатурная война вступила в новую стадию. По сообщениям информационных агентств, на выходных одна из арабских организаций Европы разместила на своем сайте две карикатуры, которые должны были ответить на датские карикатуры на Мохаммеда: карикатуру на Анну Франк, изображенную занимающейся любовью с Гитлером, и карикатуру, подвергающую сомнению факт Холокоста. Сегодня стало известно о том, что издающаяся муниципалитетом Тегерана газета "Хамшахри" объявила международный конкурс карикатур, посвященных Холокосту. “Западная пресса опубликовала эти кощунственные карикатуры под предлогом свободы самовыражения, так что давайте посмотрим, имеют ли они в виду то, что говорят, и тоже напечатаем карикатуры о Холокосте”, - сказал ее бильд-редактор.

Казалось бы, ситуация отчасти симметрична. Датская газета захотела проверить, все ли художники испугались судьбы режиссера Тео Ван Гога и действительно не готовы как-либо ссориться с исламистами, не побоялась с ними поссориться сама и заодно как будто оскорбила обычных мусульман. Арабские и иранские пропагандисты собираются проверить, насколько европейские либералы готовы распространить свободу изображения “священных коров”, принятых в самой Европе (исламисты и некоторые подпевающие им отечественные наци считают, что в этом качестве там выступают евреи).

Далее можно представить себе протесты Израиля, на которые иранское руководство может ответить сугубо издевательски, протесты США, на которые на волне нынешней иранской антиамериканской пропаганды можно будет тоже не очень отвечать (хотя Америка и осудила публикацию датских карикатур), и протесты Европы, на которые иранское руководство будет отвечать, что оно, во-первых, совершенно не контролирует свои газеты, а во-вторых, не может возражать против проявлений свободы слова, так поощряемых Европой.

Остается призывать общественность к бойкоту иранской продукции и проводить акции рядом с иранскими посольствами – но обязательно мирные, потому что беспорядки вокруг европейских посольств и их захваты европейские страны, США и Россия осудили. Более того – иранские власти честно не допустили проникновения протестующих на территорию датского посольства (за ограду долетела только одна бутылка с зажигательной смесью). Причем, те, кто выступал в защиту карикатур на Мохаммеда, должны приветствовать иранскую инициативу, а те, кто говорил, что уважение к чувствам верующих должно ограничить свободу пародирования культурных символов этих верующих, иначе это приведет к цепной реакции ненависти, могут потирать руки или скорбно призывать все стороны остановиться.

Далее, как призвал Гейдар Джемаль в воскресных “Временах”, европейцы должны будут осознать (и законодательно закрепить это осознание), что оскорбление ислама и мусульман является таким же преступлением, как и любая форма расизма, как и антисемитизм. Так и видятся осознавшие это наконец европейские политики, пожимающие руку Ахмади-Неджаду после подписания взаимной клятвы не оскорблять ничего, что священно для другого.

Мне кажется, что симметричность ситуации иллюзорна, а цели иранского руководства очень далеки от воспитания толерантности в европейцах.

Дело даже не в том, что западные СМИ, печатавшие карикатуры на Мохаммеда, действительно независимы (в отличие от иранской газеты) и правительство может за них просить или не просить прощения, но за рамками законодательства мало что от них может требовать (а на предмет наличия преступления датский суд уже проверил публикацию карикатур). И здесь, как это ни трудно воспринять российскому президенту, публикация карикатур – закономерное явление того же ряда, что и проводившаяся в Дании известная конференция чеченских сепаратистов, из-за которой был отменен визит Путина в Копенгаген.

Дело и не совсем в том, что не только иранская газета предложила нарисовать карикатуры на Холокост, но и сам президент Ирана Ахмади-Неджад известен своими высказываниями по этому вопросу. Хотя, если представить себе, что не датская газета нарисовала эти карикатуры, а премьер Дании сказал, что множество терактов показывает, что бомба давно уже является продолжением головного убора Мохаммеда, можно было бы нисколько не сомневаться в последствиях этого поступка – отставка с дальнейшей политической смертью или превращением в заведомого маргинала вроде Ле Пена.

Основной вопрос – какой именно идеологический заряд может, а какой не может нести то самое слово, свобода которого обсуждается. Почему датский суд не нашел криминала в опубликованных карикатурах? Потому что там не было ни клеветы на конкретных людей, ни их непосредственного оскорбления, не было клеветы / прямых оскорблений в адрес каких-либо этнических или религиозных групп. Эти карикатуры вообще неверно называть антиисламскими. Аналогом же арабских экзерсисов и иранской инициативы были бы карикатуры на босняков, уничтоженных в Сребреннице, или издевательское изображение какого-нибудь палестинского ребенка, погибшего от израильской пули, потому что им прикрывался палестинский террорист.

Кстати, не стоит верить в пропагандистскую ложь, будто оскорбление было вызвано вообще самим фактом изображения человека, что противоречит-де исламским канонам. Да, противоречит. Так же, как и иудейским. Но современные ислам и иудаизм далеко не тождественны своим каноническим формам. Портреты аятоллы Хомейни распространены в Иране ничуть не меньше, чем были распространены портреты Сталина в нашей стране середины 1930-х – начала 1950-х гг. И это отнюдь не специфика шиитской ветви ислама: портреты шейха Ясина или каких-нибудь шахидов-террористов – традиционный атрибут исламистской демонстрации или частной квартиры верующего мусульманина в Палестине.

Еще один принципиальный момент – в большей части тех изданий, которые опубликовали карикатуры на Мохаммеда, легко представить себе карикатуры на Иисуса, Будду, Моисея, Конфуция и т.д. Подобному пародированию подвергаются культурные символы, почитание которых объединяет самые разные группы людей. Ничуть не труднее представить себе карикатуру на Маргарет Тэтчер, Пола Маккартни или Жака Дерриду. Публикуя подобную пародию на разные культурные символы, СМИ демонстрирует а) их значимость, б) отсутствие неприкосновенности, допустимость позиции вне сообществ, для которых они святы.

Карикатуры на пророков или даже человеческие воплощения богов – знаки идентификации со светскостью, секулярным обществом, на идеологов которого, впрочем, возможно опубликование ничуть не менее ощутимых пародий.

Что именно значит конкурс карикатур о Холокосте или уже опубликованные на, к счастью, взломанном арабском сайте картинки? С кем именно идентифицируют себя организаторы подобных акций?

Может быть, с исламом? Нет. Не существует исламских канонов на тему Холокоста. Существует традиция крайне негативного отношения к язычникам – т.е. все тем, кто не является ни мусульманами, ни христианами, ни иудеями. Но, кажется, никаких претензий Китаю в этой связи в последнее время не выдвигалось.

Отрицание Холокоста, его осмеяние и т.п. – это идентификация себя с германским фашизмом. В этом нет ничего принципиально необычного – любители Гитлера есть в Германии, в США, в России. Более того, сотрудничество с германским фашизмом имеет глубокие корни, скажем, в арабском национальном движении (см. подробнее, например: “Гитлер и Ближний Восток” или “Зеленая крона с черными корнями”), там и до сих пор хватает деятелей, относящихся к нему с почтением и сожалеющих о том, что такое хорошее дело не удалось завершить. В значительной части арабских стран и послереволюционном Иране никогда не чурались прямо антисемитских фильмов, телепередач, карикатур, проповедей и т.д., с удовольствием издавали Гитлера и “Протоколы сионских мудрецов”.

Другой вопрос, что фашизм в либеральном государстве вовсе не является тем содержанием слова, при котором допускается его свобода. Идентификация с секуляризмом и с фашизмом не могут восприниматься одинаково – причем не только общественным мнением, но и уголовными кодексами цивилизованных государств. Отсюда следует и допустимость – более того, необходимость – принципиально иного подхода.

Отдельный и, может быть, не менее интересный вопрос: зачем нынешней иранской верхушке так понадобилось сейчас обострять и без того непростые отношения с мировым сообществом?

Здесь нам, как и раньше, кажется, что наиболее экстремистская часть иранского руководства пытается сплотить вокруг себя все иранское и шире – мусульманское общество, с тем чтобы разделение проходило не между сторонниками и противниками наличия ядерного оружия у режима аятолл, а, скажем, между противниками Израиля и теми, кто решится объявить себя его сторонником. Между теми, кто, боясь собственной улицы, поддержит сколь угодно жесткие антисемитские выпады Ахмади-Неджада, и теми, кто будет их парировать.

Ситуация для нынешнего президента Ирана и правда запахла жареным. Значительная часть иранской элиты не готова жертвовать всем ради немедленной реализации ядерных амбиций молодого фанатика, а мировое сообщество приближается к ситуации, когда Ирану придется сказать четкое “да” или “нет” на последнее “урановое” предложение. Все меньше политиков и аналитиков исключает возможность силового сценария устранения иранской ядерной угрозы.

Власть Ахмади-Неджада (а, может, и его жизнь) зависит от того, удастся ли ему добиться выгодной для себя поляризации собственного общества и мирового сообщества. И здесь история с карикатурами подвернулась как будто бы очень кстати.

Впрочем, человек предполагает, а история идет своим чередом. Октябрьские высказывания Ахмади-Неджада действительно прибавили ему определенной низовой популярности в арабских странах, но они же выбили существенную часть аргументов из рук тех, кто пытался убедить остальных в миролюбивом характере иранского режима.

И теперь вряд ли можно ожидать, что Россия, вслед за обвинениями в желании обмануть иранский народ с помощью проекта производства урана на нашей территории, будет рада познакомиться еще и с карикатурами на погибших в том самом Освенциме, оставшихся заключенных которого освобождали советские солдаты, да и вообще с пропагандой позитивных черт режима, война с которым стоила нашему народу десятков миллионов жизней.

Однако решать иранский вопрос надо не из-за самого по себе фашистского конкурса карикатур – это может быть лишь основанием для разрыва отношений, бойкота, демонстраций, но не более того. Но характер идеологических тяготений Ахмади-Неджада и его приближенных служит доходчивым аргументом для понимания того, что решить этот вопрос придется, причем достаточно оперативно: трудно представить себе большую угрозу для мира, чем последыш Гитлера с ядерным оружием.

См. также:

• Долгин. Мир без Ахмади-Неджада
• Долгин. Бомба в Иране – революция в Америке
• Цыпин. Военный иранский сценарий
• Берман. Идеология Хомейни с ядерной дубинкой
• Мирский. Ближний Восток: выхода нет
• Злобин. “Мы проспали момент, когда это было еще обратимо”
• Долгин. Кто спасет Европу?