Перелом ноги

Нессим Гаон и Россия поменялись ролями

Министерство финансов продолжает хранить молчание о сделке, которая, возможно, избавит Россию от претензий скандально известного швейцарца Нессима Гаона и его фирмы Noga. О том, что американец российского происхождения, выходец из Омска Александр Коган выкупил признанный Стокгольмским арбитражным судом в 1997 году долг России перед компанией Noga в размере 63 млн долл., стало известно еще три дня назад. Г-н Коган утверждает, что действовал в интересах российского правительства. Но в отсутствие министра Алексея Кудрина, который болеет дома, на Ильинке никто не отважился официально прокомментировать столь значимую для России сделку и подтвердить, действительно ли г-н Коган действовал «по указке» Минфина.

Бывший заместитель директора компании «Томскнефть» Александр Коган уехал в 1991 году в США. И он сам, и источники «Времени новостей» в правительстве не объясняют характер его нынешних взаимоотношений с Минфином и почему именно ему достался «подряд» на такое деликатное поручение, как финансовая месть Нессиму Гаону. Г-н Коган выкупил требования к Noga у трех банков (BNP Paribas, Credit Lyonnais и Banque cantonale de Geneve), к которым, как говорит предприниматель, перешло право на получение задолженности в ходе процедуры банкротства швейцарской компании.

Г-н Коган вчера сообщил, что действовал в координации с Минфином, а деньги -- около 70 млн долл. (скорее всего, это основная сумма долга плюс проценты) -- предоставил российский банк. «Потому что сделка носит и экономический, и политический характер. Я постоянно с ними работал (с российскими властями. -- Ред.). То есть они знали, что я делаю, как я делаю. Мы определяли, сколько Российская Федерация по закону может заплатить и должна заплатить и какой долг в действительности есть у России», -- сказал вчера г-н Коган телекомпании НТВ. «Технически долг уже сейчас находится у Российской Федерации», -- добавил он.

«Приобретя требования банков на Гаона, Россия теперь может арестовывать его имущество, преследовать его и его детей в судебном порядке, вплоть до заключения под стражу», -- сказал «Времени новостей» высокопоставленный российский чиновник.

Операция против Гаона, по словам источника "Времени новостей", готовилась достаточно долго, и Минфину удалось хранить весь процесс в тайне. По крайней мере в среду, когда стало известно о выкупе долгов швейцарца перед банками, даже в руководстве правительства мало кто знал, о каком Когане идет речь (первоначально сообщалось, что за сделкой стоит бывший банкир, а ныне заместитель главы Госстроя Владимир Коган) и каковы последствия сделки.

Сам Нессим Гаон уверен, что за операцией стоят российские власти. Он пояснил в интервью «Немецкой волне», что г-н Коган купил у зарубежных банков не долговые обязательства России перед Noga, а долги самой фирмы перед банками. «Мы брали у них кредиты, чтобы предоставить, в свою очередь, кредиты России, но гарантией под эти кредиты с нашей стороны было возвращение долга Россией», -- сказал г-н Гаон. По словам Нессима Гаона, его адвокаты, узнав о продаже долгов, обратились в Женевский суд, который вынес решение, что российский долг компании Noga не может покрываться путем зачета долгов Гаона перед банками. Noga должна получить деньги от Москвы, чтобы затем вернуть их тем банкам, которые предоставили кредиты под сделку. Он также утверждает, что Россия должна ему 1,1 млрд долл., тогда как его долг банкам действительно не превышает 70 миллионов.

Между тем остается непонятным, намерен ли Нессим Гаон продолжать судебные тяжбы с Россией. «Если Россия не вернет свой долг, то мы будем вынуждены арестовывать любое российское имущество или активы по всему миру», -- заявил он «Немецкой волне». Впрочем, одновременно цитируется и другое высказывание владельца Noga, согласно которому он больше не будет судиться с Россией.

«Пока все идет по плану, -- с удовлетворением отмечает источник «Времени новостей» в руководстве страны. -- Теперь Гаону не до ареста нашего имущества, ему надо искать защиты от нового кредитора -- Российской Федерации. Он, конечно, будет стараться признать недействительной сделку по уступке банками требований к Noga в пользу России. Но это уже борьба в другой плоскости -- защита себя, а не нападение на российские активы».

Как известно, Noga неоднократно пыталась наложить судебный арест на российское имущество за рубежом. В 2000 году блокировались счета российских дипломатических служб, ряда госкомпаний, ЦБ, Внешэкономбанка. В том же году во Франции задерживали парусник «Седов», а на следующий год пытались арестовать самолеты Су-30МК и МиГ-АТ на авиасалоне в Ле-Бурже. В ноябре прошлого года в Швейцарии под арест попали более 50 картин французских художников из ГМИИ им. Пушкина. Во всех случаях суды удовлетворяли российские жалобы и снимали арест.

Однако даже в том случае, если многолетний конфликт с Noga удастся урегулировать с помощью экс-соотечественника, ныне живущего в США, российским властям вряд ли стоит расслабляться. Дело в том, что существует еще по меньшей мере один желающий вернуть причитающиеся ему по суду долги за счет собственности России за рубежом. Германский предприниматель Франц Зедельмайер, который в начале 90-х годов прошлого века вел свой бизнес в Санкт-Петербурге, в 1998 году сумел доказать в том же Стокгольмском арбитраже, что Россия должна ему несколько миллиардов долларов. В качестве возмещения долга не так давно он начал получать средства, вырученные от аренды помещений в здании бывшей резидентуры КГБ в Кельне, которое ныне принадлежит России.

Сейчас г-н Зедельмайер раздумывает над тем, как использовать для пополнения собственного счета участие России в майском автосалоне в Берлине. Кроме того, в октябре прошлого года американские акционеры ЮКОСа подали иск против российского правительства и ряда нефтяных компаний, обвинив их в «ренационализации» компании Михаила Ходорковского без предоставления компенсаций владельцам. Вряд ли кто сегодня может гарантировать, что 12 американских миноритариев ЮКОСа не пойдут по пути Нессима Гаона и Франца Зедельмайера.

Михаил ВОРОБЬЕВ, Андрей ДЕНИСОВ