Оригинал материала
Чист в законе
Вячеслав Иваньков оправдан окончательно и бесповоротно
Дело Вячеслава Иванькова -- легендарного вора в законе по кличке Япончик -- закрыто. Так заявил замгенпрокурора Сергей Фридинский, вынужденный признать полное поражение своего ведомства. Вчера президиум Верховного суда (ВС), на котором рассматривалось надзорное представление Генпрокуратуры на уже вступивший в силу оправдательный приговор самому известному российскому авторитету, в очередной раз не нашел никаких оснований считать коллегию присяжных Мосгорсуда сформированной с нарушением требований закона. Надзорное представление президиум ВС не удовлетворил, дальше жаловаться Генпрокуратуре уже некуда, а Вячеслав Кириллович Иваньков отныне чист перед законом.Уголовному делу Вячеслава Иванькова уже почти 14 лет, и скандалы вокруг его главного фигуранта не утихали все это время. Его обвиняли в убийстве в 1992 году двух граждан Турции в ресторане «Фидан», где он якобы повздорил с иностранцами из-за того, кому первому следует подавать пальто в гардеробе. За то время, пока длилось следствие, Япончик успел переехать в США, где угодил на девять лет в тюрьму по обвинению в вымогательстве. В июле 2004 года Иванькова досрочно выпустили, но на свободу он так и не вышел, а прямиком был доставлен в Москву, в «Матросскую Тишину», где ему и было предъявлено обвинение в убийстве турков. Несмотря на то что сроки давности по этому преступлению явно поджимали, прокуратура все же успела передать дело в Мосгорсуд, а г-н Иваньков потребовал себе присяжных.
Вердикт был ошеломляющий -- в июле прошлого года Вячеслав Иваньков присяжными был полностью оправдан. А когда через несколько дней председательствующий судья Андрей Зубарев официально провозгласил оправдательный приговор, горпрокуратура объявила, что коллегия присяжных была сформирована с существенными нарушениями. У некоторых из них, как утверждало обвинение, криминальное прошлое, и по закону они не могли войти в коллегию.
Обвинения, прозвучавшие в адрес присяжных, возмутили Мосгорсуд, и прессе были представлены данные о присяжных. Только у одной из них -- 57-летней Галины Желяковой -- двое сыновей привлекались к суду, но с тех пор минуло 15 лет и по закону судимыми их считать нельзя.
Тем не менее прокуратура настаивала на своем. В декабре прошлого года она опротестовала приговор в кассационном порядке, и ВС отказал. Но и это не убедило прокуроров, они попытались отменить приговор теперь уже в президиуме Верховного суда. Представлял обвинение на заседании лично замгенпрокурора Сергей Фридинский. Выступая вчера с пояснениями к своему представлению, он был немногословен. «Обвинение находит обоснованными доводы в части, касающейся допущенных процессуальных нарушений в суде как первой инстанции, так и в кассационной, -- сказал он. -- Что касается тенденциозности отбора присяжных, то сведениях об их личностях стали известны только после вынесения вердикта и не были известны в суде». Последнее обстоятельство, по его мнению, являлось фундаментальным нарушением закона.
Адвокат Иванькова Александр Гофштейн, напротив, буквально потряс всех присутствующих своим красноречием. Он разгромил все доводы прокурора. Впрочем, на то были действительно веские основания. «Прокуратура считает, что присяжные скрыли данные о себе, то есть сделали это умышленно, -- сказал адвокат. -- Но председательствующий (судья Андрей Зубарев. -- Ред.) строго выполнил свои обязанности, он задал вопросы присяжным и получил на них ответы. Все остальное -- дело сторон. У обвинения была возможность задавать любые вопросы, и оно должно было это сделать тогда, а не через год после вынесения вердикта, ссылаясь на только что полученные новые данные». Затем г-н Гофштейн вкратце остановился на личности каждого из присяжных, подозреваемых в «запятнанной» биографии. Так, кандидат в присяжные Хамичев в 1992 году привлекался к уголовной ответственности, но был освобожден по амнистии. Формально к моменту начала суда над Иваньковым он был чист перед законом, но даже если бы это было не так, на вердикт это никак не повлияло бы, поскольку он не принимал участия в его вынесении. Другому присяжному -- некоему Овчижину никто не задал вопроса, а он не стал говорить сам, что его жена также привлекалась к уголовной ответственности, но дело закрыли на следствии. Присяжная Урусова якобы скрыла сведения о своем ранее судимом муже, но, как выяснилось, его привлекали в порядке ст. 10 старого УПК -- применение мер общественного воздействия (товарищеский суд или передача на поруки трудовому коллективу), что не предусматривает возбуждение уголовного дела. Присяжный Якушенко не понравился прокуратуре тем, что имел ранее судимого пасынка (судимость была погашена). При этом если в кассационном представлении он числился как пасынок, то в надзорном почему-то «превратился» в сына.
Прокуратура в своем представлении также попыталась оспорить ряд доказательств по делу, которые Мосгорсуд счел недопустимыми, и перед присяжными они не оглашались. Например, был исключен фоторобот подсудимого, сделанный якобы со слов очевидцев. «Материалы дела -- это не альбом для рисования, а следствие вместо фоторобота представило суду какой-то рисунок, сделанный на листе бумаги, без даты и без подписи», -- возмущался адвокат. Кроме того, исключили из доказательств и два протокола места происшествия, которые были сделаны в одно и то же время, с участием одних и тех же понятых, но в разных местах. Занятная история произошла и с потерпевшим, родственником одного из убитых турков. В ходе процесса прокуратура не настаивала на его присутствии и даже сама просила огласить его письменные показания, не вызывая в суд. А потом вдруг спохватилась, что права потерпевшего якобы были нарушены и он не был вовремя извещен о судебном заседании.
Судьи президиума ВС совещались около получаса, а потом председатель ВС Вячеслав Лебедев объявил: «Надзорное представление Генпрокуратуры оставить без удовлетворения, а кассационное определение ВС оставить без изменения». Адвокат Гофштейн стремительно выбежал из зала и стал звонить кому-то. Возможно, своему клиенту Вячеславу Иванькову. Оправданный всеми инстанциями авторитет сам в суде не присутствовал, а где он теперь находится -- в России или заграницей, -- его адвокат не сообщил, сославшись на тайну доверительных отношений.
Замгенпрокурора Сергей Фридинский выглядел слегка растерянным. «Наши доводы были изложены в надзорном представлении, -- сказал прокурор журналистам. -- Теперь есть решение суда. На этом все, дальше наши возможности исчерпаны».
Прокуратура действительно сделала все, что смогла, несмотря на то, что уголовное дело Япончика с самого начала было обречено на провал хотя бы за истечением тех же сроков давности. И даже после провала процесса в Мосгорсуде, когда было очевидно, что шансы на отмену оправдательного приговора практически нулевые, прокуратура шла напролом. Не исключено, объяснялось это тем, что г-н Иваньков теперь окончательно свободен и может повредить интересам многих состоятельных и влиятельных людей. В свое время вор в законе, как говорят, участвовал в бизнес-войнах начала 90-х, и многие олигархи своим состоянием во многом обязаны именно ему. Теперь же, вернувшись из заморской тюрьмы, пройдя через заключение на родине, он, возможно, захочет восстановить свои прежние позиции или дать ответ своим прежним обидчикам.