Оригинал материала
Диверсанты на велосипеде
Обвиняемые в подрыве поезда из Грозного выбрали суд народа
Скандальное дело о подрыве летом прошлого года в Подмосковье пассажирского поезда Грозный--Москва будет слушаться с участием присяжных. В суд, правда, пока оно не передано -- двое обвиняемых в этом преступлении москвичей пока продолжают знакомиться с материалами следствия. Но их защита вчера заявила, что как только они получат обвинительное заключение, сразу же будут поданы ходатайства о рассмотрении их дела судом присяжных. По закону отказать в этом ходатайстве суд не может.Подрыв поезда №382 Грозный--Москва был совершен 12 июня 2005 года на Павелецкой железной дороге примерно в 150 км от Москвы. В результате взрыва, прогремевшего под передним фартуком тепловоза, с рельсов сошли четыре вагона пассажирского поезда. Пострадали 42 человека, пятеро из которых были госпитализированы. По данным ФСБ, под рельсы было заложено безоболочное взрывное устройство мощностью 3 кг в тротиловом эквиваленте. 30 июня по подозрению в причастности к диверсии были задержаны 48-летний предприниматель Владимир Власов и 47-летний мастер ГУП «Гормост» Михаил Клевачев. Обоим кроме теракта вменили также покушение на убийство общественно опасным способом и изготовление и хранение взрывчатых веществ.
По имеющимся сведениям, на след давних приятелей Клевачева и Власова оперативники вышли, проанализировав данные о всех звонках с мобильных телефонов, сделанных в районе ЧП незадолго и сразу после преступления. Как выяснилось, неподалеку от места подрыва находится дача Власова, и за день до взрыва он вместе с Клевачевым туда приезжал. А уже при обысках у них нашли химреактивы, пригодные для изготовления бомбы, огнепроводный шнур и литературу, которую следователи охарактеризовали как экстремистскую. Реактивы причем Власов сдал операм сам. Среди изъятого у него помимо селитры и алюминиевой пудры числятся порезанный на короткие куски огнепроводный шнур и банка с пикриновой кислотой. Последняя -- продукт «двойного назначения», ее можно использовать и как краситель для тканей, а при определенных условиях она становится сильнейшей взрывчаткой. Впрочем, по данным экспертизы, подрыв полотна железной дороги был осуществлен тротилосодержащим веществом, про следы пикриновой кислоты эксперты не сказали ни слова. Наличие реактивов сам Власов на допросах объяснил спецификой своего бизнеса. Большую часть жизни он проработал в закрытом НИИ, связанном как раз с химией, а после перестройки стал зарабатывать на жизнь единственным, в чем разбирался, -- продажами химреагентов.
В квартире Клевачева же при обыске следователи нашли экстремистскую литературу. Автором части брошюр значился он сам. Знающие его люди характеризуют Клевачева как человека довольно странного, склонного к категоричным высказываниям и считающего себя борцом за права русского народа и вообще всех славян. Причем, по словам знакомых Клевачева, квартира его была так завалена всяким хламом, что больше походила на свалку. Среди куч старых вещей сыщики там нашли старую печатную машинку, расшифровка ленты с которой дала примерно следующий текст: «Наградить атамана Клевачева за боевые заслуги. Командир партизанского отряда Лютый». Кроме того, следователи там нашли и плакат с надписью «смерть жидам» -- похожий на тот, что был установлен с миной-ловушкой на Киевском шоссе в мае 2002 года. Тогда москвичка Татьяна Сапунова, попытавшаяся убрать такой плакат, была тяжело ранена. Однако связать подрыв поезда и ЧП на Киевском шоссе следователи не смогли. Единственное, что удалось следователям достоверно установить о прежних «подвигах» Клевачева, -- факт его участия в боевых действиях в Боснии в начале 90-х годов, где он получил ранение в глаз.
Свидетелей, видевших как Власов и Клевачев осуществляли подрыв (обвинения, предъявленные и тому и другому, одинаковые), нет. Но, по данным следствия, на место преступления Клевачев, оставив на полпути машину, доехал на велосипеде, который впоследствии был потерян сотрудниками милиции. От транспорта террориста в материалах дела осталась лишь фотография. Как Власов добирался до места подрыва -- то ли на том же велосипеде вместе с приятелем, то ли шел за ним следом, -- достоверно неизвестно.
Также в деле осталось невыясненным еще несколько моментов. Один из них касается показаний военного, заметившего, как женщина кавказкой внешности снимала на видео сразу после взрыва сошедший с рельсов поезд. Найти ее оперативникам так и не удалось. Не удалось найти им и мужчину, которого накануне ЧП поздно вечером местная жительница видела идущим к железнодорожной насыпи с большой сумкой.
По версии следствия, Клевачев и Власов в течение некоторого времени перед диверсией вели наблюдение за поездами. Правда, в деле не объясняется, специально или по ошибке они заложили мину именно на том участке железной дороги, где машинисты по плану проверяют тормоза локомотива, снижая скорость до 30 км/ч. Именно из-за этого подрыв поезда не привел к тяжелым последствиям. Хотя всего в 3 км дальше поезда разгоняются порой уже до 80 км/ч, и, соответственно, там эффект от диверсии был бы совсем другой.
«Клевачев и Власов полностью не признают свою вину, -- сказал вчера корреспонденту «Времени новостей» адвокат Власова Валерий Прилепский. -- Наша позиция -- они не виновны, и доказывать это мы будем в суде присяжных, поскольку только он сможет объективно, по нашему мнению, разобраться в этом деле».