ГРАЖДАНИН И НАЧАЛЬНИК

ЦЕНА ЗАКОНА

В России идет амнистия по случаю столетия российского парламентаризма. Всего предлагается освободить около 3 тысяч заключенных и более 10 тысяч находящихся под судом и следствием. По этому поводу руководители Федеральной службы исполнения...

В России идет амнистия по случаю столетия российского парламентаризма. Всего предлагается освободить около 3 тысяч заключенных и более 10 тысяч находящихся под судом и следствием. По этому поводу руководители Федеральной службы исполнения наказаний России 11 мая дали пресс-конференцию. Амнистия, конечно, состоится, но права бывших заключенных планируют серьезно ограничить.

Смысл выступлений Юрия Калинина и его заместителей сводился к тому, что в российской пенитенциарной системе проблемы существуют, но они успешно преодолеваются и жизнь наших лишенных свободы соотечественников улучшается с каждым годом. Однако пришедших на пресс-конференцию журналистов больше интересовали другие факты.

Одна из инициатив, о которой рассказал прессе Юрий Калинин, — «электронные браслеты» — устройства, позволяющие следить за осужденными, не находящимися в местах лишения свободы. Таким образом в России может сократиться число отбывающих наказание в тюрьмах. Принесет ли эта инициатива пользу, неясно. Российские суды и прокуратура по-прежнему предпочитают арест другим, менее жестким, мерам пресечения. И все же, по словам Калинина, есть договоренность с Европейской комиссией о выделении для этого проекта 3 миллионов евро. Электронные браслеты будут применяться к тем, кто отбывает наказание в колониях-поселениях и в колониях общего режима с правом работы за пределами территории. Новинка также позволит контролировать нахождение лиц, осужденных к домашнему аресту, а также «тех, кто представляет угрозу обществу» (надо сказать, весьма расплывчатая формулировка).

Сейчас в российских пенитенциарных учреждениях находится около 840 тысяч человек. По статистике, каждый третий из освободившихся вновь совершает преступления и возвращается за решетку. Поэтому государство решило возродить практику административного контроля над бывшими заключенными. В СССР надзор органов внутренних дел распространялся на особо опасных рецидивистов и условно-досрочно освобожденных: органы милиции могли устанавливать для них комендантский час, выслать «за 101-й километр», а также запретить менять место жительства и обязать регулярно отмечаться в ОВД.

Два года назад Генпрокуратура уже предлагала вернуть административный контроль, однако проект не содержал мер по социальной адаптации бывших заключенных. Нынешний законопроект предусматривает создание в рамках органов местного самоуправления наблюдательных комиссий, которые будут следить за восстановлением прав бывших заключенных на жилье и контролировать их трудоустройство.

Проект предусматривает установление по решению суда гласного административного надзора за лицами, освободившимися из мест лишения свободы. Речь идет о тех, кто «решил продолжить свою уголовную биографию». По словам руководителей ФСИН, в колонии за людьми постоянно наблюдают и, когда срок заключения подходит к концу, комиссия исправительно-трудового учреждения делает выводы, опасен человек для общества или нет.

Каким образом к подобному выводу должен прийти и суд — не совсем ясно. Но после выхода из колонии тем, кто не заслужил доверия администрации, суд запретит покидать место жительства и посещать места массового скопления людей. Бывшие заключенные должны будут зарегистрироваться в ОВД и посещать воспитательные беседы. По представлению сотрудников милиции суд может продлить или сократить срок административного контроля. Если бывший заключенный нарушит предписания, то его ждет административное наказание.

Вообще-то налицо противоречие Конституции и международным актам о правах человека. По сути, предлагаемая модель — это дополнительное наказание. Так можно дожить до закона, подобного тому, который существовал в нацистской Германии: он позволял держать граждан, отбывших срок, за решеткой только ввиду их потенциальной опасности. Да и в Советском Союзе существовала практика, когда заключенному давали, кроме срока по приговору, еще несколько лет лагерей.

Проект, который Госдума рассмотрит в первом чтении в начале лета, вызвал много нареканий. Даже спикер Госдумы Борис Грызлов (бывший министр внутренних дел) недавно заявил, что не считает возможным устраивать надзор в виде слежки, а депутат Павел Крашенинников (бывший министр юстиции) справедливо, на наш взгляд, заметил, что гражданин, который отбыл наказание по приговору суда, не должен подвергаться репрессиям.