ГИТАРО-СЕКСУАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

МУЗЫКАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ

Июль для мира авторской песни (АП) — самое важное время в году: Грушинский фестиваль в Самаре, близ Волги, на Мастрюковских озерах — самый крупный фестиваль не только в АП; и следом за ним — фестиваль Второй Канал (2К) в Подмосковье, на...

Июль для мира авторской песни (АП) — самое важное время в году: Грушинский фестиваль в Самаре, близ Волги, на Мастрюковских озерах — самый крупный фестиваль не только в АП; и следом за ним — фестиваль Второй Канал (2К) в Подмосковье, на берегу Нары.

Несколько лет назад оба фестиваля проходили на одном месте, и, собственно, 2К был составной частью огромного Грушинского. Грандиозность и карнавальность непомерно разросшейся Грушинки еще в 1995 году подвигли ее руководство на поиски нового. Среди многоцветья и многозвучья не осталось места для тихой и глубоко личной песни, каковой изначально авторская песня и была.

За создание параллельного мира взялся Владимир Ланцберг — человек, известный не только в кругах АП. Он, конечно, бард, но и — в не меньшей мере — педагог, социотехник, теоретик и критик АП.

Назван был этот параллельный мир Вторым Каналом. Задумывался и реализовывался он как место, где может быть услышана и оценена «думающая песня для думающих людей». На Грушинском 2К располагался на одной территории с Детским конкурсом. И — с 1996 по 2000-й все было хорошо.

Но то ли Грушинский стал мешать Второму, то ли наоборот…

Два года подряд 2К проводил в мае свои подмосковные фестивали, и вот уже три года — это вовсе параллельный Грушинскому мир.

Вместе с 2К в Подмосковье отъехала и значительная часть «Детской поющей республики».

Этот год стал кризисным и переломным как для одного, так и для другого фестиваля.

В Самаре — скандал с фестивальной землей. В очередной раз земля фестивальной поляны отдана в аренду НЕ клубу имени Валерия Грушина, проводившему все 33 фестиваля.

Как сказал президент клуба Борис Кейльман, «нас на цифре 33 распяли».

Фирма «Мета», нынешний арендатор земли, не находит общего языка с Кейльманом.

На фоне скандала — публичного, со сбором подписей под обращением к президенту РФ (к кому же еще?), со статьями в защиту то одной, то другой стороны, грядущими судами, нынешними ультиматумами и прочим привычным антуражем «спора хозяйствующих субъектов» (эта формулировка уже вот-вот, похоже, прозвучит) — как-то забылось, что добрая половина заявленных перед фестивалем почетных гостей так и не приехала на фестиваль.

Что жюри последних лет — без Никитина и Городницкого.

Что большая часть приезжающих на фестиваль не имеет отношения к авторской песне. И приезжает большинство не авторскую песню слушать, а в лучшем случае колбаситься под реггей, рок-н-ролл и прочую, может быть, талантливую музыку, но при чем здесь Грушинский?

Так что скандал с землей — скорее всего, лишь материализация внутренних проблем фестиваля. Как и непривычно холодные ночи, оставившие ночные концерты фестиваля без значительной части публики.

Холодно было ночью на Грушинском. Холодно. Впрочем, не только ночью. И не только телу.

Несколько островков — сцены «Зазеркалье», «Междуречье», «Кольский бугорок» — не могли противостоять жанровой полифонии, захлестнувшей Грушинский фестиваль.

В понедельник фестивальная поляна непривычно стремительно опустела.

Народ разъезжался с фестиваля еще и с холодком в груди: а не последний ли это Грушинский?

Но не все по домам поехали. Какая-то часть народа переместилась на другую поляну — фестиваля «Второй Канал авторской песни».

Пока шел Грушинский, здесь работала «Детская поющая республика». Именно работала. Потому как вся инфраструктура и благоустройство фестиваля — детских рук дело. Детских рук дело и контроль за соблюдением не вполне привычных фестивальных законов:

— «Сухой закон» — он вполне реально соблюдается;

— «Запрет на курение вне специально отведенных мест» — и горе было курильщикам, которых застигал детский «экологический патруль»;

— «Закон тишины», запрещающий громкое пение и разговоры возле сцен и мест, где поют.

После Грушинского отрадно было слышать птиц, которым не мешали песни ни у костров, ни на сценах. Все уютно и по-домашнему. Вполне хватает «мест для курения». По всему лагерю, около сцен, по дороге к купалке на Наре — урны для мусора, сделанные детьми из пластиковых мешков.

Дети на Втором Канале — везде: от гостевой службы, размещающей прибывающих гостей, до службы организации концертов и фестивальной газеты, выпускаемой почти ежедневно.

Жизнь детей пересекается с фестивалем не только в быту — столько лекций, концертов и просто посиделок с гитарой у костра! На редком семинаре по авторской песне бывает информационный поток такой плотности.

Постоянно идут концерты — и все равно не успевают выступить на полную катушку все приехавшие. Это: В. Луферов, А. Анпилов, Е. Фролова, О. Чикина, Яна Симон, П. Кошелев, Е. Агранович, дуэт Столяров, С. Чесноков… Список далеко не полон.

Отдельной строкой — Дмитрий Дихтер, без которого трудно себе представить Второй Канал.

Работают три площадки прослушивания в конкурсе и несколько творческих мастерских, где можно показать свои песни вне конкурса мэтрам, которым ты доверяешь, и получить совет…

Несколько суток фестиваля сливаются в непрерывную цепь впечатлений. Но пора уезжать.

Перед отъездом собираю впечатления участников и гостей.

Игорь Грызлов, Москва: Это не альтернатива Грушинскому, там — 95% людей, приехавших просто повеселиться и отдохнуть, а здесь фактически 100% людей от авторской песни.

Ольга Чикина, лауреат Второго Канала: Меня лично Второй Канал сделал. И как автора, и как человека.

Заслуга Ланцберга в том, что он создал команду и структуру, которая воспроизводит дух фестиваля. Но самого его, конечно, не хватает. Я думаю, что у Второго Канала — большое будущее.

Ирина Ланцберг, член Учредительного совета фестиваля: У меня такое впечатление, что момент творчества не утерян. Главное — не потерять атмосферу человечности фестиваля. Могут быть любые новые формы и социотехнические вливания, если они не переступают грань человеческих и человечных отношений.

Павел Фархтдинов, лауреат Второго Канала 2006 г. в номинации «Поэзия»: Для меня это крупнейший фестиваль и единственный, где люди слушают СЛОВО, а не начинают танцевать под ритм песни.

А. Костромин, член жюри и Учредительного совета фестиваля: Как раз в этом году я увидел, что вся наша минимум тридцатилетняя работа с детьми — гитарные школы, детские фестивали и т.д. — стала давать реальный выход. Лауреаты — не лауреаты, но тот же Паша Фархтдинов — наш воспитанник… Та среда, которую мы создавали как мотивационную, работает.

Владимир Луферов: Это первый год без Ланцберга… Я думаю, что фестиваль развивается дальше, приобретает уважение и значимость. Володя задал очень правильное направление и правильную структуру. И она будет развиваться.

P.S. Мой младший сын, считающий себя рок-музыкантом, сказал с грустью: «После Второго Канала за авторскую песню я спокоен — столько классных молодых! Чего я не могу сказать о роке…».