Где два пана, там три гетмана
«Где три казака—там два гетмана»—говорит старая украинская пословица. Как показали события последних месяцев, она вполне актуальна: в XXI в. Украина путается в своих гетманах не меньше, чем в XVII. Сначала из-за того, что не удалось разобраться в «гетманах», случилась оранжевая революция. Потом рухнула оранжевая коалиция. Правда, Верховную раду, которая в «гетманы»-премьеры упорно предлагала не того (то есть Виктора Януковича), президент Виктор Ющенко не распустил—все-таки поделился властью со своим главным соперником.
В прошлый четверг около половины восьмого вечера Виктор Ющенко записал обращение к народу Украины, в котором сообщал о роспуске Верховной рады. Кассету с обращением развезли по всем главным телеканалам, но в эфир в 21.00, как было запланировано, оно не вышло. Не было обращения и позже. Вместо этого Ющенко появился в прямом эфире в третьем часу ночи и очень долго подводил свой народ к главной мысли: он не будет распускать Раду и поддержит кандидатуру Януковича как премьера. «Если подойти просто, на базе социологии, то страну нужно делить,—обреченно сказал президент, но тут же поправился:—Я убежден, что в действительности никто из простых граждан страну не хочет делить! Не хочет Восточно-Украинской республики, не хочет федерализма, не хочет сепаратизма!» Но как Ющенко во время оранжевой революции получил свою победу в пакете с конституционной реформой, так и сейчас Янукович дождался премьерства в пакете с «универсалом национального единства»—он, например, предусматривает вступление в НАТО и активную евроинтеграцию, то есть сковывает свободу действий московского ставленника не меньше, чем реформа сузила полномочия «западника» Ющенко.
Вот так и вышло, что у украинцев опять получилось практически два гетмана. И даже больше чем два—экс-премьер Юлия Тимошенко отнюдь не собирается отказываться от своих претензий на власть. Пока ее фракция объявила, что переходит в оппозицию и к «антикризисной коалиции», и к президенту. «Раньше мы выводили его за скобки, полагая, что он продукт Майдана, как и мы,—взволнованно рассказывает Владимир Яворивский, депутат БЮТ и председатель Союза писателей Украины.—Теперь у меня такое чувство, что лучшая половина Ющенко подала себя в отставку». Компромисс с Януковичем-премьером—«это не развязка проблемы, это еще более крутая завязка на новом витке», считает соратник Тимошенко. И в итоге полномочия Ющенко, по его мнению, превратятся в шагреневую кожу, а власть возьмет Янукович.
Характер этой украинской гетманщины не сильно изменился с XVIIв., когда под руководством Богдана Хмельницкого обычный казачий бунт, со вполне экономической подоплекой, перерос в борьбу православного южнорусского—украинского народа за свои национальные и религиозные права. Закончился он тем, что Хмельницкий стал вождем-гетманом.
А началось противостояние еще в конце XIIIв., когда Польша и Литва принялись активно осваивать земли юго-западных русских княжеств. Освоение закончилось тем, что будущая Украина в XVIв. оказалась в составе польско-литовского государства—Речи Посполитой, а западная часть ее церкви—в унии с Римом. И эта уния больше политической зависимости вела к расколу между «западенцами» и восточными «схидняками», на котором поднялось казачество. Само понятие «казак» тюркское, возникло в период распада Орды—так называли свободных, точнее, беглых от ханской власти людей. Казаки и бунтовали регулярно против поляков.
Восстание Хмельницкого отличалось тем, что привело к появлению гетманщины—но не государства. Характер гетманщины точно описал иностранный очевидец: «Правление их совершенно анархическое, потому что они, возмутившись, уничтожили все дворянское сословие и теперь управляются полковниками, ими самими избранными, с которыми всякий из них обходится запанибрата». После первых успехов перед Хмельницким встала дилемма—или объявить собственное княжество со своей династией во главе, или стать чьим-то вассалом. Он выбрал второе.
Вначале в 1654 г. присягнули царю всея Руси Алексею Михайловичу. Московские стольники и дьяки с присяжными листами объехали всю Украину. Но воевать вместе с Москвой против Речи Посполитой было трудно, и Хмельницкий принялся искать нового сюзерена. Он едва успел обменяться на сей счет письмами со шведами и трансильванцами, как умер в 1657 г. Эстафету перехватил его преемник—Иван Выговский. В 1658 г. он тайно договорился с королем Речи Посполитой о том, что в ее составе на месте Гетманщины образуется Русское княжество. Когда об этом объявили казакам, их ряды раскололись, а за ними раскололся и весь народ. Одни вместе с Выговским примкнули к польскому западу в надежде стать дворянами-шляхтичами, другие выбрали единоверный русский восток. Восстания своих оппонентов Выговский беспощадно подавил—в Полтаве он вырезал чуть ли не все население. Противники гетмана обратились за помощью к русскому царю, и при поддержке населения московским воеводам удалось переломить ситуацию—в 1659 г. в Переяславе вновь собрали «Черную раду» (Раду всего народа) за союз с Россией.
Но механизм междоусобицы был уже запущен—объявились новые претенденты на гетманство, причем на обоих берегах Днепра. Левобережье контролировалось русским государством, и гетманы там ставились от его имени. Остальные гетманы делались ставленниками Польши, Турции или Крымского ханства. Они постоянно воевали как против московского гетмана, так и друг с другом—временами воевали одновременно три-четыре гетмана. Кончилось все это грандиозными походами турецких армий в 1672–1677 гг. против поляков и русских—после того как Петр Дорошенко, один из претендентов на гетманство, перешел в подданство султана и призвал его войска. С большим трудом турок отбили, но потери были огромные, поселения Правобережья были разрушены, земли опустошены, а люди или погибли, или бежали на левый берег. Весь этот период так и стали называть—Руина.
История Руины повторилась, хотя и в меньших масштабах, в начале XXв. 6 (19)–8 (21) апреля 1917 г. в Киеве Украинский национальный конгресс объявил о существовании украинской Центральной рады (ЦР) во главе с профессором Михаилом Грушевским. Внутренний меморандум Австро-Венгерского генерального штаба характеризует его так: «Старец, сотканный из страха и опасений, чья дряхлая фигура должна придать Раде благородную ржавчину почтенного сената. Боязливо цепляется за германскую власть». Сначала ЦР декларировала своей целью существование Украинской народной республики (УНР) в федеративной связи с Россией. Но начало мирных переговоров большевиков с немцами подало лучшую идею—делегация УНР сама прибыла в Брест-Литовск 12 января 1918 г. и была признана равноправным членом диалога. Тут-то и пришел долгожданный момент объявить о своей «самостийности» (независимости).
Украинские делегаты, спешащие стать «частью Европы», быстро согласились внести в текст мирного договора пункт о прямой обязанности Украины поставить немцам 1 млн т зерновых до 31 июня 1918 г. Но вскоре организованный грабеж затормозился—запасы в больших городах кончились, а ситуацию в сельской местности правительство УНР не контролировало. Не слишком вникая в суть проблемы, немцы решили поправить дело заменой «социалистического» правительства Рады на более управляемый режим генерала Павла Скоропадского.
Предлог для переворота нашелся быстро—в Киеве пропал влиятельный банкир Добрый, которого немцы вскоре обнаружили в Харькове в расположении украинской части. Оказалось, что министр внутренних дел УНР Ткаченко вместе с военным министром Жуковским при поддержке премьера организовали похищение. Средь бела дня в квартиру Доброго зашли четыре человека в масках (среди них были оба министра), под дулами револьверов посадили его в машину и увезли. Как выяснилось, таким образом украинское правительство хотело нейтрализовать членов влиятельных промышленно-финансовых кругов, которые, по свидетельству корреспондента уголовной хроники газеты «Киевская мысль» Сумского, «относились с ненавистью к полуинтеллигенции из Рады, невежественной, самоуверенной, потому что все эти сельские учителя, фельдшера и маленькие журналисты были…совершенно неспособны к какой-нибудь государственной и хозяйственной деятельности». Под предлогом расследования министров Рады арестовали, а ее власть ликвидировали. Прошедший в Киевском цирке «съезд хлеборобов», точнее крупных землевладельцев, провозгласил гетманщину с гетманом Скоропадским во главе.
Дальнейшее вновь напоминает Руину, но уже в виде трагифарса: гетманщина Скоропадского продержалась несколько месяцев, пока на Украине были немцы; как только немцы в конце 1918 г. ушли, гетманцы бежали с ними, а на Украине на короткое время воцарилась Директория Симона Петлюры, составленная из осколков Рады. Отличившись в основном погромами и переводом вывесок с русского на украинский, петлюровцы убегали из городов при приближении к ним белых, большевиков и махновцев—и так несколько раз в течение года с небольшим. В 1920 г. все закончилось почти как в конце XVIIв.—установлением твердой «великоросской» власти, на сей раз советской. Как и тогда, «советских великороссов» поддерживала солидная часть украинского населения. Не менее солидная часть за эту поддержку поплатилась—по современным украинским данным, во время «голодомора» 1932–1933 годов вымерло от 3 до 5 млн человек.
Нынешняя неразбериха с Радой и правительством изрядно напоминает «руины» украинской истории. Другое дело, что нынешняя украинская государственность вышла не только из Гетманщины и казачества. Современная Украина, как и Россия,—бывшая республика СССР. Многие сравнивали оранжевую революцию с Москвой августа 1991 г. Если принять это сравнение, сегодняшнее противостояние на Украине все больше напоминает российский 1993 г.