"Поляки живут на нашей земле"

На днях в центре Берлина открылась выставка «Навязанные пути», посвященная насильственным переселениям, геноциду и изгнанию европейских народов в ХХ веке. Жертвами стали 100 млн человек более 30 национальностей. Экспозиция вызвала протест Варшавы, увидевшей в этом попытку представить в виде пострадавшей стороны немцев, выселенных после войны с земель, отошедших к Польше.

На выставке представлены сведения о массовых изгнаниях, начиная с преследования армян в 1915--1916 годах до этнических чисток в Югославии 1990-х. Экспозиция рассказывает и о судьбе финских карелов, и о массовой депортации 15 млн немцев в конце второй мировой войны. О замысле организаторов выставки корреспонденту «Времени новостей» рассказал Тильман ЦЮЛЬХ, возглавляющий немецкое Общество защиты находящихся в опасности народов. Эта организация участвовала в реализации данного проекта.

-- С помощью выставки "Навязанные пути" европейцам еще раз предоставлена возможность ознакомиться с преступлениями, совершенными против народов на территории континента и в его непосредственной близости. Для живущих сегодня поколений берлинская экспозиция может стать лишним поводом для того, чтобы вновь принести свои извинения тому или иному народу-соседу за причиненные страдания и горе в связи с насильственным изгнанием.

-- Устроители выставки призывают к переосмыслению процессов насильственной миграции европейских народов?

-- Если мы сможем объективно взглянуть на эти преступления и дать им оценку с точки зрения нынешних европейских и многовековых христианских ценностей, то в нашем понимании справедливого общественного устройства мы продвинемся на шаг вперед. Это очень важно для формирования системы нравственных ценностей у молодого поколения. Все это позволит ему лучше понять и принять дух и важность европейского единения, выразившегося в создании Евросоюза. Лишь путем европейского единства, которое все дальше идет в восточном и юго-восточном направлении, становится возможным исключить повторения таких страшных преступлений, которые совершались против народов в ХХ веке.

-- Можно ли говорить о «народах-жертвах» и «народах-преступниках»? При таком разделении немцы окажутся в числе злодеев...

-- Важная задача выставки заключается в отказе от подобного зачастую несправедливого водораздела между европейскими народами, которые чаще всего невольно оказывались втянутыми в масштабные военные или политические авантюры. Мне не хотелось бы говорить вообще о чехах или вообще о поляках. Симон Визенталь как-то сказал: «Я не хочу слышать слова «все евреи». Поэтому я сам никогда не говорю «все немцы».

В этом смысле я имею в виду и наших восточноевропейских соседей, которые не желают признавать очевидных актов насилия со своей стороны, оправдывая допущенную ими несправедливость ответной реакцией на преступления нацистов.

-- Можно вас попросить привести пример?

-- Польша создала свое современное государство на одной четвертой территории бывшей Веймарской республики, где не осталось ни одного немца. А ведь не было ни одной убедительной причины для того, чтобы такие города, как Кенигсберг (российский Калининград. -- Ред.), Бреслау (ныне польский Вроцлав. -- Ред.) или Карлсбад (ныне чешские Карловы Вары. -- Ред.), перестали быть немецкими. Ведь если говорить о коллективной немецкой вине, то немцы в Киле, Лейпциге и Вене должны также согласиться с тем, что было бы справедливо и их выселить куда-то за пределы немецкого государства, входившего в Третий рейх.

-- Но немцы сами выбрали Гитлера...

-- Мне часто приходится бывать в Данциге (ныне польский Гданьск. -- Ред.). Когда этот город был занят советскими и польскими войсками, погибло 27,5% жителей. Это были немцы польского происхождения, кошубы (этническая группа поляков-поморян. -- Ред.), среди них были социал-демократы и консерваторы, которые не поддерживали Гитлера. К сожалению, вполне возможно, что большинство из них в 1933 году голосовало за национал-социалистов.

Но были регионы, где сопротивление приходу нацистов к власти было велико. Возьмите судетских немцев, среди них были тысячи таких, кто активно сопротивлялся коричневой диктатуре. В конце войны судетских немцев использовал в своих интересах Сталин. По его же указу они были изгнаны с территорий, которые впоследствии были переданы Чехии. Оккупация Германии с востока осуществлялась не цивилизованным правительством, что роковым образом сказалось на судьбе 1,5--2 млн немецких военнопленных и узников советских лагерей. Характерно, что ко многим бывшим высокопоставленным гитлеровским офицерам у советских властей был совершенно иной, достаточно гуманный подход. Вся тяжесть советской оккупации Германии обрушилась в первую очередь на маленьких людей.

-- Ваша историческая родина -- Восточная Пруссия, нынешняя Калининградская область России. Вас еще что-то связывает с этим регионом?

-- Сегодня он все еще продолжает носить имя, насколько мне известно, одного из сталинских преступников. Меня особенно интересуют происходящие там процессы. Мой отец учился в Кенигсберге вместе с Альбертом Эйнштейном. Примечательно, что живущие там россияне, в первую очередь молодежь, с большим теплом и пониманием относятся к приезжающим туда бывшим кенигсбергским немцам, ставшим жертвами послевоенной насильственной депортации.

-- Вы говорите о простых жителях. Совпадает ли с таким отношением позиция официальных инстанций?

-- Это совсем иная проблема. В данном случае действует официальная версия статуса области, опирающаяся на чрезмерную гордость в связи с Великой Отечественной войной и недостаточную критику собственных просчетов, связанных со сталинизмом. Подобный подход всячески поддерживается российским руководством.

-- Но ведь в Польше или Чехии также не принято ставить на одну ступень страдания собственного народа и немцев, которые были вынуждены покинуть свои дома...

-- Значительное число знакомых мне польских и чешских интеллектуалов вышли за пределы такого узкого национального подхода. Это официальная Варшава сохраняет воинственный консерватизм, который питает невероятных масштабов национализм. Выступать в качестве народа-жертвы стало государственной польской традицией. Правящие ныне в Германии христианские демократы летом 2005 года, накануне прихода к власти, заявляли о своем искреннем стремлении к гармонизации отношений с Польшей. Однако теперь, похоже, пропасть между двумя странами-соседями становится еще более глубокой.

В чем же причина такой «аллергии» польского руководства к Германии и немцам? Может быть, это связано с угрызениями совести оттого, что они живут на чужой земле и в чужих домах -- в Штеттине (ныне Щецин. -- Ред.), в Бреслау -- третьем по величине немецком городе в границах Веймарской республики, в Восточном Бранденбурге, Юго-Восточной Пруссии, Свободном городе Данциге, Нижней и Верхней Силезии, Померании. С помощью своего невероятного национализма они затушевывают то обстоятельство, что живут на земле, которая в течение восьмисот лет была немецкой.

Беседовал Юрий ШПАКОВ, Берлин