Октябрь уж наступил...

Стартует "нобелевская лихорадка" 2006 года

Сегодня в Стокгольме начинаются ежегодные объявления о присуждении очередных «нобелевок» -- после полудня по московскому времени должны быть объявлены имена первых лауреатов этого года. Раздача многомиллионных наград начнется с физиологии и медицины. На вторник назначена физика, на среду -- химия. В четверг, по слухам, объявят писателя-лауреата: впрочем, не исключено, что литературу перенесут еще на неделю. В следующий понедельник, 9 октября, будет присуждена премия памяти Альфреда Нобеля по экономике, а напоследок останется премия мира -- ее обладателя норвежский Нобелевский комитет назовет лишь 13 октября. Таким образом, есть возможность, что два традиционно скандальных пункта программы могут оказаться совсем рядом: в случае переноса литературная премия и премия мира станут кульминацией нобелевского октября 2006 года.

В прошлом году, кстати, особо сильных споров не случилось: литературную награду получил британский драматург Гарольд Пинтер, а премию мира вручили МАГАТЭ и его главе Мохаммеду аль-Барадеи. Ни то ни другое не спровоцировало публику на выражение сильных эмоций. Награда Пинтера была воспринята профессиональным сообществом скорее нейтрально. Он не входил в число «железных» кандидатов, но и не был «писателем из ниоткуда», как, скажем, лауреат-2002 венгр Имре Кертес, который до решения Шведской академии пребывал в безвестности. Публика также не могла не признать определенные заслуги Международного агентства по атомной энергии в работе на дело мира во всем мире. Этот выбор норвежских нобелевских выборщиков был спокойно прокомментирован в духе «ну и ладно, ведь могло быть и куда хуже».

Научные премии, как правило, воспринимаются с меньшим скепсисом. Видимо, дело в том, что большинство людей ни в физике, ни в химии не разбираются: порой в краткой официальной мотивировке Нобелевских премий неспециалистам понятны лишь предлоги и союзы. Чуть ближе обычному человеку физиология и медицина, но и тут подчас награды удостаиваются весьма сложные для восприятия исследования. Премия по экономике в последние десятилетия чаще всего вручается за прикладные математические исследования, которые ничуть не проще для восприятия, чем та же теоретическая физика.

В прошлом году, однако, в сфере научных «нобелевок» можно было отметить пару любопытных моментов. Скажем, в кои-то веки медицинскую премию умудрились получить не университетские исследователи, а обычные практикующие врачи. Австралийцы Робин Уоррен и Барри Маршалл были удостоены высокой награды за обнаружение инфекционной природы язвы желудка. Когда они выдвинули гипотезу о том, что раздражение слизистой желудка провоцирует бактерия Helicobacter pylori, оба они еще лечили обычных пациентов в обычной больнице города Перта (см. "Время новостей" от 4 октября 2005 года). А в области экономики Банк Швеции отметил не сухую математику, как часто бывает, а вполне живую психологию: израильтянин Роберт Ауман и американец Томас Шеллинг заработали премию за применение в сфере коммуникации людей теории игр.

Прогнозировать имена лауреатов нынешнего года -- занятие исключительно бессмысленное, результаты гадания на кофейной гуще оправдываются и то куда чаще. Иногда кажется, что члены нобелевских комитетов голосуют так, чтобы наверняка обмануть ожидания болельщиков, но это, пожалуй, не совсем так. Скорее общественность выбирает своих любимчиков с помощью совсем иных, более житейских критериев и вжиться в образ и стиль мышления типичного шведского академика не способна. Тем не менее несколько стандартных прогнозов можно сделать без особой боязни ошибиться.

Во-первых, наибольшее представительство в списке Нобеля 2006 года, как обычно, будут иметь американцы. И уж точно США соберут наибольшее количество медалей, если принимать во внимание не гражданство лауреатов, а место их работы. Американские университеты и научные центры, несомненно, являются лучшими в мире в области привлечения импортных научных кадров со всего мира. И по части скупки талантов конкурировать с самой торгующей нацией мира, увы, не может ни одна другая держава.

Во-вторых, естественнонаучные премии -- физика, химия и медицина -- будут разделены на две или три части каждая. На смену гениям пришли научные коллективы, а время одиночек в этой сфере давно прошло (в отличие, скажем, от той же не любимой Нобелем математики, где для великих открытий все еще достаточно одной светлой головы). Впрочем, для ученых это, может быть, скорее плюс: чем больше лауреатов, тем выше шансы успеть получить свою премию (напомним, что мертвым талантам «нобелевка» не светит). А последняя индивидуальная премия в естественных науках -- это еще прошлый век, 1999 год, когда всю химическую награду целиком отдали работавшему в США египтянину Ахмеду Зевайлю.

В-третьих, России, наверное, особых планов на раздел этого пирога строить не стоит. Не исключено, правда, что Нобелевский комитет очередной раз вспомнит о ком-то из представителей советской физической школы, как в 2003 году вспомнили об Алексее Абрикосове и Виталии Гинзбурге, а в 2000-м -- о Жоресе Алферове. Впрочем, даже золотой запас наших великих физиков, увы, не бесконечен. В остальных нобелевских областях вероятность появления наших соотечественников крайне невелика. До упомянутых физиков последняя отечественная премия датируется аж 1990 годом, когда по тогдашней моде на перестройку и все русско-советское премию мира дали генсеку КПСС Михаилу Горбачеву.

==========================================================

Размер Нобелевских премий в этом году не изменился, как и прежде, он составляет 10 млн шведских крон в каждой из номинаций. Вручение медалей и дипломов традиционно будет производиться 10 декабря -- в день смерти Альфреда Нобеля. Эти «верительные документы» лауреаты принимают из рук шведского короля Карла Густава XVI, но премию мира вручает в Осло король Норвегии Харальд V.

Владимир ДЗАГУТО