Оригинал материала
Праздность -- лучшее лекарство
Нью-йоркская барышня Сара Гран заставила литературный мир заговорить о себе после выхода второго романа, мистическая интрига которого никак не противоречит тонкому анализу современных яппи-неврозов, ставших чуть ли не главным сюжетообразующим фактором литературы Нового Света.
Разрушительные признаки в жизни успешливой героини -- подающего надежды архитектора, благополучной супруги и счастливой обладательницы просторных апартаментов -- появляются незаметно. Сперва на столе ее грозного шефа вместо аккуратно оформленного и тщательно продуманного проекта появляются листы с ненормативной критикой в адрес руководства. Затем в ее технически безупречном жилище поселяется действующий на нервы барабашка, изводящий обитателей еженощным стуком. Дальше обнаруживаются первые признаки немотивированной агрессии по отношению к идеальному во всех отношениях супругу. Дальше еще хуже: Аманда проявляет склонности к клептомании, насилию и асоциальному поведению, которые сопровождаются регулярными провалами памяти.
Сюжет «Иди ко мне» вполне можно было бы провести по разряду психологических триллеров, подобных «Американскому психопату» Брета Истона Эллиса или «Обратной стороне луны» Мартина Сутера, образцовые молодые герои которых не выдерживали нечеловеческого напряжения современной социальной жизни и попросту «слетали с катушек», принимаясь вытворять всякие безобразия. Не желая повторяться, молодая американка Гран заведомо перетащила свой сюжет в иное измерение: через пару десятков страниц читатель сталкивается с такими нерегламентируемыми в социальной прозе вещами, как демоны, экстрасенсы и целители.
Выясняется, что героиня не просто сошла с ума от бесконечной занятости и необходимости соответствовать званию идеальной супружницы, а подверглась стремительной атаке со стороны древнего демона по имени Наама, который попросту взял и бесцеремонно вселился в ее тело. Более того, героиня со временем обнаружила, что во всех идеальных женщинах и более или менее продвинутых коллегах уже сидит по одному такому демону, с которым они вполне сносно уживаются. Со своим же демоном героиня управляется из рук вон плохо, так что финал не утешит любителей хеппи-эндов. Впрочем, чем ближе к концовке, тем ироничнее и условнее выглядит проза Сары Гран. Вырисовывается карикатурный мир, все статусные институции которого -- психоаналитики, доктора, рекламные менеджеры и даже служители культа -- заражены какой-то анахроничной нечистью. Что ж, яппи-неврозы еще не анализировали посредством древней мифологии, так что налицо что-то новенькое. Читать «Иди ко мне» вовсе не страшно и не жутко, как обещают выдержки из западной прессы, скорее забавно; особенно если самому ответить на вопросы анкеты «Одержимы ли вы демоном» и обнаружить три верных признака из десяти возможных.
Филипп Делерм. Счастье. Картины и разговоры. Перевод с фр. А. Василькова. М.: Гаятри, 2006.
Продолжая традиции французской гедонистической прозы, пропагандист небольших радостей бытия и сторонник здоровой и вкусной жизни Филипп Делерм логически оформил тему, начатую им в сборнике «Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни». Вообще Делерму куда лучше дается расплывчатый жанр короткого эссе, чем завершенной прозы. Чтобы правильно понять и оценить этого автора, необходимо единожды взять в руки небольшую стильную книжку «Мгновение -- Париж», оформленную фотографиями его жены Мартины. Здесь читателя буквально силком заставляют поднять ноги с постели и выйти на улицу или выглянуть из окна, чтобы вернуться к простым вещам и элементарным ценностям -- вину, еде, живописи, природе, фрагментам женского тела, запаху утреннего кофе.
«Миниатюрными радостями» бытия Делерм продолжает обольщать читателя и в книге под вызывающе банальным названием «Счастье», оформленной как сборник из десятка диалогов и пятнадцати картин. Обещая в авторском предисловии «триллер» (поскольку счастье -- это всегда детективная история: его норовят украсть, разрушить, убить), Делерм на деле окунает читателя в пространство абсолютной безмятежности, пронизанное светом импрессионистского солнца и наполненное вкусом средиземноморской кухни. Ему и правда удается описать мгновения неподдельной радости, так что и сам начинаешь чувствовать солоноватый привкус безнаказанной и расслабляющей праздности. Нечто подобное испытывает зритель, смотрящий последние фильмы Отара Иоселиани. Истина -- в вине, а еще в том, чтобы кататься на роликах, любить женщин, смотреть на море и играть с детьми. Нехитрые рекомендации, конечно, зато верное средство от социопатии и пресловутых яппи-неврозов.