Оригинал материала
Михаил Арсенин: Нефть, газ и политика
Михаил Арсенин
Возвращение после продолжительного перерыва на страницы «Полит.ру» мне хотелось бы начать с заявки на участие в давней общеполитической дискуссии с известным кругом тем и неопределенным кругом участников. Заявка получилась в двух главах с эпилогом.
Глава 1. Черный ящик
Советский Союз жил экспортом углеводородов, крепил оборону, развивал атомную промышленность и «социалистическую демократию», пел про «Отечество наше свободное» и про то, как «вольно дышит человек». Согласно одной популярной версии, Советский Союз развалился в связи с падением цен на нефть в условиях крайне неэффективного внутриэкономического устройства и чрезмерных обязательств перед сателлитами. Согласно другой не менее популярной версии – по причине усиления (в условиях падения цен на нефть) происков традиционных внешних врагов и нанятых ими агентов влияния.
Российская Федерация живет тем же экспортом энергоносителей, по мере сил крепит оборону, развивает атомную промышленность и «суверенную демократию», поет те же песни о главном. Внутриэкономическое устройство стало несколько логичней, но по-прежнему остается малоэффективным. Особых обязательств перед сателлитами не осталось. Что касается традиционных внешних врагов и нанятых ими агентов влияния, то ряды их, как и положено, день ото дня множатся, а происки все так же усиливаются. От всех неприятностей нас спасают не столько наши традиционные союзники – армия и флот, сколько рекордно высокие цены на нефть и газ.
В этих условиях все вечные русские вопросы уступают место единственному вопросу, притом наднациональному – «А вдруг цены упадут?».
Теперь давайте представим себе черный ящик с одним выходом и одним входом. Выход – труба, из которой вытекает поток условного топлива. Вход – текущий счет, на который поступают доходы от экспорта. В настоящее время – порядка 600 млн долларов в сутки.
Для лица (группы лиц), контролирующих вход и выход, всё (почти всё), происходящее внутри черного ящика в принципе несущественно. Разумеется, до тех пор пока ящик, не приведи Господь, не взорвется. Но вроде бы пока не должно …
Поток доходов зависит от двух переменных: эндогенной переменной VE – физического объема экспорта углеводородов в тоннах условного топлива и экзогенной переменной PU – цены за тонну условного топлива в долларах США, почти полностью определяемой ценой барреля нефти марки Urals на мировом рынке.
При коммунистических вождях тривиальный, по сути дела, вопрос о потоке доходов (VE * PU) был до предела мистифицирован.
Во-первых, считалось, что размер VE ограничен некоторыми обязательствами перед родной промышленностью, подведомственным народом и прикормленными идеологическими сателлитами. Во-вторых, признавалось бесспорным, что параметр PU – сугубо неуправляемый. Интеллектуалы-экономисты усматривали здесь невидимую руку рынка, интеллектуалы-международники – тонкую игру мудрого шейха Ямани, патриоты-конспирологи, как всегда, упирали на происки лорда Биконсфильда и его гнусных потомков …
Первые послесоветские годы были потрачены на демистификацию параметра VE. Выяснилось, что сателлитов и промышленность кормить, в общем, необязательно, а потребности населения можно сильно поджать: мол, Бог с ним, с подведомственным народом.
Дальнейшая работа по демистификации параметра VE успешно продолжается до наших дней. Выявились значительные резервы в деле увеличения экспорта, более или менее независимые от роста/падения добычи нефти и газа. Топор, как водится, был найден под лавкой, оказавшись крайне эффективным инструментом двойного назначения. Речь идет о среднесрочной перспективе массированного перевода подведомственного населения и бизнеса на атомную энергетику. При этом решаются две задачи: высвобождение ресурсов нефти и газа для экспорта, а также создание непреодолимых препятствий для любых нерыночных действий покупателей нашего стратегического сырья, в частности – для попыток несанкционированного доступа в черный ящик. Для любителей межстрановых сравнений отмечу смену привычной аналогии: вместо Верхней Вольты с ракетами – Венесуэла с Чернобылем.
Миф о сугубо непредсказуемом поведении параметра PU оказался куда более стойким, чему немало способствовали печальные обстоятельства не только 1985-го, но и 1998-го года.
К примеру, Е.Т.Гайдар не устает напоминать о том, сколь опасно ориентироваться на сложившийся уровень цен на нефть, который, по его словам, «исторически аномален». Он же подчеркивает, что эти цены «во-первых, трудно прогнозировать, во-вторых, они колеблются в колоссальном диапазоне».
Примерно те же тезисы повторяют многие другие ведущие эксперты в сфере экономической политики, причем независимо от полярности своих политико-экономических воззрений. Кто-то из них делает при этом вывод о необходимости сохранения и преумножения Стабилизационного фонда, кто-то, напротив, настаивает на немедленном инвестировании средств Стабфонда в государственные (или же государственно-частные) проекты развития инфраструктуры и высоких технологий.
Представляется, что все это не более чем арьергардные дискуссии оторвавшихся от жизни интеллектуалов.
Лица, принимающие конкретные решения, исходят не из либеральных (или, напротив, дирижистских) теорий, но из практического опыта и полной уверенности в том, что «не боги горшки обжигают».
Суть дела поясню очередной «байкой от Арсенина».
Профессор Honoris causa К., преподававший нам «теорию научного коммунизма», в миру был генералом разведки. Выслушав как-то несколько студенческих докладов по поводу «общих закономерностей и многообразия конкретных путей перехода к социализму», он с грустью резюмировал: «У вас, молодые люди, абстрактное теоретизирование преобладает над творческой практикой. В жизни это делалось проще. Припоминаю, как вез я из Бухареста в Бельцы кровавого диктатора Антонеску. Позже из Бельцов в Бухарест я вез уже двоих: того же Антонеску и стойкого коммуниста Георгиу Дежа. Первого, как вы знаете, восставший народ повесил за ноги, второго – избрал национальным вождем, призванным вести страну по социалистическому пути».
Я вспомнил покойного генерала-профессора к тому, что для людей с подобным ему чисто конкретным жизненным опытом все эти «исторические аномалии», «трудно-прогнозируемые параметры» и прочие учености – до лампады.
Демистификация параметра PU была произведена ими посредством несложных, но действенных экспериментов, как натурных, так и мысленных.
– Давайте похерим Энергетическую хартию вместе со всеми глупостями типа свободного транзита. Как это повлияет на PU?
– Повышательно, сэр!
– Поддержим законные устремления иранского народа по овладению атомными технологиями. Как это повлияет на PU?
– Повышательно, сэр!
– Заблокируем попытки США и их союзников помешать братскому северо-корейскому народу ковать свой ядерный щит. Как это повлияет на PU?
– Повышательно, сэр, кто бы сомневался!
– Расширим масштабы военно-технического сотрудничества со странами и группировками, которые США и их союзники причисляют к изгоям. Как это повлияет на PU?
– Повышательно, сэр, чего тут спрашивать!
– Допустим, этот пресловутый рынок адаптируется к последствиям ранее проведенных экспериментов, и PU поползет вниз. Что будем делать?
– Запустим новую серию экспериментов. Еще круче, сэр!
В итоге выяснилось, что PU вполне можно прогнозировать. Более того, эту (якобы непредсказуемую!) PU вполне можно удерживать на уровне, который кому-то казался аномально-высоким. Весь вопрос в инструментах прогноза и управления. И, разумеется, в союзниках.
Место пустозвонов, обещающих строить социализм за умеренную плату московских благодетелей, заняли конкретные пацаны, готовые почти бесплатно раздувать пожар «на горе всем буржуям» с помощью собственных атомных проектов и других крупномасштабных гадостей, которые были признаны чрезвычайно опасными для них – покупателей стратегического сырья и вполне безобидными для нас – продавцов.
В рамках выбранных инструментов и стратегий заданные объемы экспорта углеводородов сохранятся до исчерпания разведанных запасов, а «аномально высокие» цены на нефть и газ – до тех пор пока гром не грянет и мужик не перекрестится. Словом, авторы идеи могут смело включать в обязательства по притоку валютной выручки на контролируемые доходные счета классическую формулу банковской гарантии: «Форс-мажорным обстоятельством по данному договору признается исключительно конец света».
Вот вам и весь бином Ньютона. Вся прочие «актуальная вопросы внутренней и внешней политики» – не более чем тривиальные следствия …
Одно из этих следствий, весьма забавное, – относится к сфере партийного строительства.
Глава 2. Широка страна моя родная
Юридический и фактический адрес проектной организации, обладающей монопольной лицензией на проектирование правильных партий, не менялся в России с незапамятных времен. Проекты, создаваемые нелицензированными проектировщиками, как правило, никуда не годятся: они примитивны по архитектуре, сложны по технологии строительства и, соответственно, недолговечны в эксплуатации.
Количество правильных партий находится в хорошей корреляции с параметром PU, введенным в Главе 1. Уровни этого параметра мы будем обозначать в нотации, хорошо известной читателям: S, M, L, XL, ну и так далее.
Исследователям известны две надежные экспериментальные точки. При умеренно высоких ценах на нефть стабильно существует единственная лицензионная (генетически улучшенная) партия, то есть P(M) = 1.
Низкие цены приводят к развалу правильной партии с возникновением множества партийных проектов заведомо нелицензионного происхождения. Выведя за скобки всю контрафактную продукцию, можно зафиксировать, что особо низкие цены на нефть приводят к исчезновению правильных партий как таковых, то есть P(S)=0.
Наконец, при аномально высоких ценах у начальства возникает ощущение: раз денег теперь у нас, как у дурака махорки, то, следовательно, можно делать все, что угодно. Даже то, что не очень нужно…
В этих условиях лицензированные проектировщики получают задание на проектирование дополнительных правильных партий. Соответственно, P(XXL) ≥2.
Исторически первый проект лицензионной многопартийности возник в эпоху большой советской нефтяной эйфории. Предполагалось отсепарировать кремлевских прогрессистов-инсайдеров и скрытых либералов от кремлевских же традиционалистов и патриотов. Первые стали бы именоваться «КПСС – ленинские демократы», вторые – «КПСС – советские патриоты». Суть замысла была в том, чтобы показать миру образец настоящей суверенной демократии, а заодно окончательно отправить на задворки истории всех прошлых (умерших), нынешних (в тюрьмах сидящих) и даже будущих прогрессистов-аутсайдеров.
Остряки из идеологической обслуги замечали тогда, что партийное строительство идет точно по тексту «Песни о Родине» Василия Лебедева-Кумача. Патриоты должны были бы петь: «Но сурово брови мы насупим,// Если враг захочет нас сломать», соответственно, демократы – «Я другой такой страны не знаю// Где так вольно дышит человек».
В народе, до которого вместе с весьма малой толикой нефтяных благостей доходили также и слухи об этой смелой кремлевской новации, к ней отнеслись скептически. Мол, сразу две партии нам не прокормить.
Реализации проекта помешали, разумеется, не обывательские ухмылки, а неумолимые обстоятельства. Случились гонки на артиллеристских лафетах, М.С.Горбачев, затем падение цен на нефть, Перестройка, ускорение и гласность… Словом, проект сам собой потерял всякую актуальность.
В последнее время та же идея вновь оказалась востребованной. Это понятно: цены на нефть сами собой долго и упорно стоят на отметке XXL. К тому же найден, наконец, алгоритм их стабильного поддержания на неизменно высоком уровне. Он основан, как было показано выше, на всемерной поддержке горячих сторонников мирного атома из числа прогрессивных антиимпериалистических сил Азии, Африки и Латинской Америки, а также всемерном замещении внутреннего потребления буржуазных углеводородов тем же прогрессивным антиимпериалистическим мирным атомом.
При этом стабильность отечественной политтехнологической мысли оказалась поистине удивительной: сохранился не только адрес проектной конторы, но даже литературная матрица, которой пользуются проектировщики.
Проектные отметки для «Единой России» г-на Грызлова представляются вполне очевидными: «От Москвы до самых до окраин,// С южных гор до северных морей// Человек проходит, как хозяин// Необъятной Родины своей». Акценты здесь сделаны на принципах вертикально-организованного единства («от Москвы до самых до окраин»), а также управляемого пространственного развития («От южных гор до северных морей»). Не менее важна констатация наличия реального хозяина «необъятной Родины своей».
«Справедливой России» г-на Миронова достались, очевидно, не менее бессмертные идеи справедливого дележа («За столом никто у нас не лишний,// По заслугам каждый награжден»), также как и советского набора прав («Человек всегда имеет право// На ученье, отдых и на труд»). На две первые партии проектировщикам хватило не только песен, но и креатива. В результате получилась изящная симметрия: для «ЕР» – спикер Государственной Думы с усами, для «СР» – спикер Совета Федерации с бородой. Продлить эту симметрию на всю дальнейшую конструкцию можно, в лучшем случае, лишь частично.
На днях из хорошо осведомленных источников стало известно, что завершена разработка проекта еще одной правильной партии – «Свободная Россия». Во главе этой партии вместо ее безвестных основоположников Рявкина, Бабкина и Коврижкина будет поставлен доктор юридических наук с усами г-н Барщевский, который, видимо, будет компенсировать отсутствие подведомственной палаты адвокатским красноречием и большим опытом представительства интересов Правительства во всех судах, кроме Божьего.
Очевидно, что ему (в качестве записного вольнодумца) достанутся уже цитированные строки из припева: «Я другой такой страны не знаю// Где так вольно дышит человек». Одновременно, в качестве законника, Михаил Юрьевич вместе со своей партией вполне бы мог написать «золотыми буквами» какой-нибудь юридически безупречный «всенародный Сталинский закон». Примеры таких «золотых букв М.Барщевского» я когда-то уже цитировал: «… как это ни парадоксально и, может быть, даже кощунственно сейчас прозвучит, но «дело ЮКОСа» объективно позитивно повлияет на законодательство и позитивно повлияет на развитие судебной системы». Словом, правильный человек для правильной партии…
О создании еще одного лицензионного продукта – партии «Коренная Россия» – официально пока не сообщалось. Однако уже «не упомнишь наших городов», где эта партия стала de facto правящей. Неужели же контрафакт? Вряд ли… Тем более что выбранная литературная матрица содержит прекрасный лозунг, под которым вполне бы могли маршировать наши коренные: «Нет для нас ни черных, ни цветных». В том смысле, что ни тем, ни другим мало не покажется …
Есть несколько публичных персон, которых можно было бы с успехом ставить на руководство «КР». Кто-то из них лыс как колено, кто-то обладает бородой, столь необходимой для продолжения выявленного симметричного ряда. Впрочем, выбор вождя «коренных» по принципу наличия бороды или лысины был бы, пожалуй, слишком банальным.
Можно предположить, что предпочтение будет отдано лицу без бороды, зато с явной харизмой – доктору медицинских наук г-ну Онищенко. Ему в последнее время удалось вписать в анналы немало «золотых букв», четко адресованных всевозможным «черным и цветным», которые, помимо прочих безобразий и природной гнусности, «предприняли спланированную акцию с целью воспрепятствовать усилиям государства по вытеснению с рынка производителей некачественного алкоголя».
Так что вот вам еще один бином Ньютона: четырехпартийная система – единая, справедливая, свободная и коренная в одном флаконе! Эта четырехчленка весьма доходна с позиций лицензированного проектировщика. Если, к тому же, приделать к нашему черному ящику дополнительный аудиовизуальный выход типа «Russia Today», то она может сгодиться и для нехитрого внешнего пользования. С позиций уменьшения взрывоопасности черного ящика наша четырехчленка вполне бесполезна. Впрочем, система обещает быть ровно такой же устойчивой, как поток доходов от экспорта углеводородов: либо до исчерпания разведанных запасов нефти и газа, либо пока гром не грянет и мужик не перекрестится.
Эпилог
Завершу свои заметки цитатой почти из «Песни о Родине». Цитатой, которая, увы, не досталась пока ни одной из лицензионных политических партий: «Я другой такой страны не знаю, // Где так вольно, смирно и кругом».
См. также:
- Контроль за ресурсами и спрос на большие идеи. Открытый семинар "Полит.ру". Резюме обсуждения
- Быков. SOS ущая тоска
- Ореховский. Эффект тромба в российской экономике
- Гриценко. Стабилизационная заплатка
См. также другие тексты автора:
- Дороги, которые мы выбираем
- Предчувствие вино-торговой войны
- О пользе водных процедур
- Пусть говорят!
- Рубежи несогласия