"Воевать с богами мы не можем"

Южная Осетия выбрала президента

По данным на 19 часов воскресенья, выборы президента и референдум о независимости непризнанной республики Южная Осетия состоялись: в голосовании приняло участие более 90% зарегистрированных избирателей. Около трех дня было объявлено о том, что состоялись и так называемые альтернативные выборы, в которых принимает участие население грузинских сел, расположенных на территории Южной Осетии. Грузинские агентства сообщили об участии 5780 человек, что составляет около 60% «списочного состава» избирателей. За обеими процедурами на месте наблюдал специальный корреспондент «Времени новостей» Иван СУХОВ.

Столица непризнанной Южной Осетии город Цхинвали еще накануне выборов проявил стремление во всем следовать букве и духу избирательного законодательства. В субботу был объявлен так называемый «день тишины»: вести какую бы то ни было агитацию запретили, с центральных улиц даже сняли растяжки, зовущие горожан на референдум.

Наглядной агитации и так было немного: ни у кого не вызывало сомнений, что главным кандидатом остается действующий президент республики Эдуард Кокойты. Даже южноосетинские коммунисты, которые еще полгода назад считались потенциальными оппозиционерами, напечатали плакаты с призывом поддержать г-на Кокойты. «Мы ездили в Москву советоваться с руководством КПРФ, -- рассказал «Времени новостей» лидер местных коммунистов, бывший спикер парламента республики и конкурент Эдуарда Кокойты на прежних выборах (2001 года. - Ред.) Станислав Кочиев. -- Нам сказали, что в этом вопросе КПРФ поддерживает позицию Кремля. А воевать с богами мы не можем, хотя наши предки иногда это делали».

Тем не менее «день тишины» принес громкую политическую новость. КГБ Южной Осетии объявил о явке с повинной бывшего министра внутренних дел республики Алана Парастаева. Явка, судя по всему, состоялась ночью на субботу, и всю первую половину субботнего дня Цхинвали был взбудоражен слухами о провалившемся государственном перевороте. В вечерних новостях г-на Парастаева показали по телевизору: он абсолютно спокойно произнес в микрофон слова своего признания, как будто находился не в изоляторе КГБ, а на мирной пресс-конференции. Экс-министр рассказал, что грузинская сторона предложила ему 220 тыс. долл. за ликвидацию Эдуарда Кокойты. Местные эксперты, с которыми удалось пообщаться корреспонденту «Времени новостей», полагают, что заговор действительно мог существовать. Но со стороны вечернее выступление г-на Парастаева по республиканскому телевидению выглядело как яркий рекламный ход Эдуарда Кокойты, который официально отказался от агитационной кампании.

Впрочем, день голосования развеял сомнения в популярности действующего лидера. Участок, где должен был голосовать Эдуард Кокойты, был полон людей с раннего утра. Президент приехал голосовать по месту прописки -- в знаменитую 5-ю школу, во дворе которой во время грузино-южноосетинского конфликта начала 1990-х годов хоронили погибших жителей города. Г-н Кокойты в сопровождении супруги и двух сыновей появился на участке около 10 утра: к этому моменту из 1100 избирателей проголосовала уже почти четверть. Явка действительно выглядела редкой для Кавказа: люди шли нескончаемым потоком и временами выстраивались в очередь на лестнице в учительскую, оборудованную под избирательный участок. Президента ждали несколько десятков журналистов.

Эдуард Кокойты несколько растерялся, увидев такую толпу народа, и секретарю участковой комиссии пришлось объяснить ему, где надо предъявить паспорт в обмен на два бюллетеня, где их подписывают члены комиссии, а где положено расписаться в списке голосующих. С трудом пробившись к прозрачной пластиковой урне, президент поделился с репортерами прекрасным расположением духа и сообщил, что голосует за независимость и светлое будущее Южной Осетии. «Мы с нашим президентом!» -- выкрикнула из-за спин телеоператоров пожилая гражданка.

Покинуть участок президенту удалось с трудом: на тесной лестнице он встретился с плотной толпой избирателей с бело-красно-желтыми осетинскими флагами, ритуальными тремя пирогами, караваем хлеба, тарелкой мяса, громадным тортом, барабанами, гармоникой и рогами для питья вина. Вся эта процессия с трудом разминулась с плотной президентской охраной и кинулась в пляс в школьном холле под аплодисменты сограждан и милиционеров из числа охраны.

Президент тем временем общался с журналистами во дворе школы. «Михаил Саакашвили пришел к власти в результате «революции роз», -- сказал он, обращаясь, видимо, к представителям западных СМИ. -- Так вот розы -- в смысле цветочки -- это для вас. А колючки остались на нашу долю». Г-н Кокойты добавил, что Южная Осетия полна решимости добиваться независимости даже в том случае, если мировые правительства не признают референдума и выборов 12 ноября. После этого он отдельно обратился к журналистам российского «Первого канала», у которых накануне вечером неизвестные вооруженные люди отняли генератор, необходимый для работы. Он заверил, что власти сделают все возможное, чтобы вернуть пропавшее имущество и найти злоумышленников. Пока Эдуард Кокойты шел к машине, горожане старались пробиться к нему сквозь плотный строй журналистов. «Джабеевич, мы с тобой! -- доверительно сказала ему одна из женщин, взяв лидера под локоть. -- Мы тебя очень любим!» «Спасибо», -- скромно ответил президент.

Точные результаты голосования будут объявлены сегодня днем, однако уже сейчас очевидно, что подавляющее большинство избирателей поддержит идею независимости Южной Осетии и продлит на новый пятилетний срок полномочия Эдуарда Кокойты.

Часть экспертов, правда, полагает, что новый референдум может перечеркнуть результаты предыдущего, состоявшегося 19 января 1992 года. На нем Южная Осетия уже подтвердила свой суверенитет, в дальнейшем закрепленный в соответствующем акте парламента. Сторонники независимости считают референдум 1992 года несомненным правовым козырем, поскольку он состоялся, по их мнению, в период, когда сама Грузия еще не являлась окончательно сформировавшимся субъектом международного права. Нынешняя ситуация кардинально иная: несмотря на возможный прецедент в Косово, симпатии международной общественности явно на стороне Грузии. «Нашему руководству теперь потребуются большие усилия, чтобы сохранить свои правовые преимущества, а в худшем случае они могут быть и утрачены», -- полагает местный правозащитник, участник грузино-южноосетинского конфликта и полный тезка сдавшегося министра Алан Парастаев.

Сторонники референдума придерживаются иной точки зрения. «Это наш ответ людям, которые не имеют представления о реальном положении дел здесь, -- сказал Эдуард Кокойты на своей пресс-конференции в пятницу.-- Голосовать за независимость сейчас смогут те, кому в 1992 году было по три-четыре года». «Я вообще считаю, что такие голосования надо время от времени повторять, чтобы каждое поколение могло подтвердить свое отношение к статусу республики», -- поделился с корреспондентом «Времени новостей» бывший спикер парламента республики, преподаватель Южноосетинского университета Коста Дзугаев. Он уверен, что правовые основания южноосетинского суверенитета ни в коей мере не будут поставлены под сомнение.

Не особенно тревожатся в Цхинвали и по поводу так называемых альтернативных выборов, которые вчера прошли на территории грузинских анклавов на территории Южной Осетии. Эти территории занимают почти треть непризнанной республики: почти весь Ленингорский район, а также несколько сел к северу, востоку и юго-западу от Цхинвали. По оценке депутата грузинского парламента от этих общин Гурама Вахтангашвили, численность живущих там этнических грузин может доходить до 30 тыс. -- это больше трети населения непризнанной республики. Альтернативный избирком после долгих арифметических колебаний включил в списки около 10 тыс. человек.

Эти районы признают юрисдикцию Тбилиси, в селах создана грузинская полиция, а дома в большинстве из них до недавнего времени были украшены красно-белыми грузинскими флагами. Тем не менее вчера анклавы голосовали на альтернативных выборах президента Южной Осетии. И на альтернативном референдуме, на котором у избирателей спрашивали, хотят ли они, чтобы власти республики вступили в переговоры с властями Грузии о федеративном статусе республики. Официально Грузия не признала ни основное, ни альтернативное волеизъявление, но последнее происходило при нескрываемой поддержке Тбилиси.

Эдуард Кокойты назвал альтернативные выборы фарсом, «на котором не стоит заострять внимание», и заявил, что предпочел бы видеть достойного политического оппонента. Г-н Кокойты имел в виду экс-министра обороны Южной Осетии Дмитрия Санакоева, который менее месяца назад покинул Цхинвали и оказался основным кандидатом внутри анклавов. «Санакоев мог выставиться и здесь, -- пожимает плечами Эдуард Кокойты. -- Он не выиграл депутатских выборов даже у себя во дворе. Кому он нужен в Грузии, если он никому не пригодился в Южной Осетии? Им попользуются и выбросят. Хотя я буду рад, если грузинские деньги позволят ему хотя бы расплатиться со своими долгами».

На доме родственников г-на Санакоева в Цхинвали несколько дней назад появилась надпись «Враг народа», которую, впрочем, поспешили закрасить. Однако при явной поддержке большинством жителей президента Кокойты и референдума о независимости реакция на уход Санакоева весьма неоднозначна. «Он участвовал в войне и был популярным политиком при первом президенте Людвиге Чибирове, в республике знали и уважали его, поэтому для нас был очень странным и неожиданным этот его поступок", -- говорят многие жители Цхинвали. "Не так опасно то, что в анклавах теперь появится альтернативное правительство Южной Осетии, контролирующее треть территории, -- говорит Коста Дзугаев. -- До серьезных столкновений дело едва ли дойдет, тем более что и Россия, и Соединенные Штаты фактически запретили сторонам стрелять. Но уход Санакоева может внести некое брожение в умы: все-таки это не маргинал, а часть ядра, в лояльности которого еще недавно не было сомнений. Я не говорю о расколе или обвале ситуации: это невозможно, люди тем более сплочены, чем больше воинственности демонстрирует Грузия. Но это плохой сигнал. Представьте себе, что от Сталина к Гитлеру в разгар войны ушел кто-то из основных генералов».

Сотрудники официальных структур Южной Осетии не склонны преувеличивать общественный вес г-на Санакоева. Ситуацию может изменить упорное желание официального Цхинвали не замечать альтернативных выборов, выражающееся в том числе и в «глушилке», работающей в последние дни на частотах грузинского осетиноязычного телеканала «Алания». В прошлый раз попытка контролировать эфир сделала героя дня из маргинального политика Джемала Каркусова, бывшего секретаря Совбеза РЮО, арестованного в начале года по подозрению в хищении государственных средств, бежавшего в Грузию и выступившего по «Алании». Брат г-на Каркусова Урузмаг возглавляет альтернативную избирательную комиссию в грузинском селе Эредви в нескольких километрах от Цхинвали. «Глушилки», по всей видимости, портили жизнь не только политическим оппонентам действующего лидера, но и полутора сотням журналистов, оказавшихся в день голосования без мобильной связи.

В середине дня со ссылкой на главу южноосетинского комитета по информации и печати Ирину Гаглоеву появилось сообщение о высадке грузинского спецназа в смешанном селении Авневи, в нескольких километрах от Цхинвали. Спецназовцы якобы мешали жителям Авневи осетинского происхождения идти изъявлять свою волю в ближайшее осетинское селение Хетагурово, расположенное в двух километрах ближе к Цхинвали. Около половины четвертого корреспондент «Времени новостей» отправился в Авневи в надежде выяснить подробности. Южноосетинские милиционеры в Хетагурово предупредили о возможных эксцессах, но пропустили машину, поскольку не смогли дозвониться до своего начальства. По их словам, в Авневи с утра действительно появились вооруженные люди.

Эти люди, в натовском камуфляже и с автоматами Калашникова, встретили старенький «Москвич» через полкилометра, на перекрестке у въезда в село. Им в отличие от коллег сразу удалось воспользоваться сотовой связью, и на перекресток приехал начальник полиции Авневи, представившийся Зурабом. Проверка виз и аккредитаций оказалась не слишком дотошной и вполне дружелюбной. Правда, таксист-осетин документов показывать не стал и в село въезжать не решился. Первым делом Зураб предложил пообщаться с российскими миротворцами, БМП которых стоял в паре сотен метров от перекрестка. «Обратите внимание, что эти «чудотворцы» стоят на дороге из грузинского Никози в грузинское Авневи, а не между осетинами и грузинами на дороге в Хетагурово», -- заметил Зураб.

«Это не постоянный пост, -- пояснили офицеры миротворцев. -- Постоянный тоже есть, рядом, но отсюда не видно. А сюда мы сегодня встали просто посмотреть, чтобы ничего не случилось в день голосования. Будет приказ -- снимемся и уйдем, не будет -- останемся». Офицеры не видели в Авневи никакого спецназа: пост на въезде, по их словам, охраняют местные полицейские. «Хотя они от спецназа отличаются только тем, что у них масок нет». Воспрепятствовать движению желающих голосовать на тех или иных выборах пост полиции, по мнению миротворцев, не может: кроме основной есть и другие дороги, по которым из Авневи в Хетагурово и обратно можно быстро дойти пешком. Сами миротворцы наблюдают только за ситуацией, ни в коем случае не за самими выборами: вмешиваться в политику им, по их словам, не позволяет мандат.

Зураб, напротив, считает, что миротворцы только и делают, что вмешиваются в политику, а настоящий прочный мир может быть достигнут только после их вывода из зоны конфликта. Жители Авневи Нугзар и Георгий, которых мы встретили по дороге от поста до альтернативного избирательного участка, рассказали, что несколько десятков женщин-осетинок, вышедших замуж за грузин, но не обзаведшихся грузинскими паспортами, утром совершенно беспрепятственно съездили не то в Цхинвали, не то в Хетагурово и проголосовали. Надо полагать, за суверенитет и президента Кокойты.

Их мужья в это время охотно голосовали за переговоры о федеративном статусе и президента Санакоева. На участке в Авневи оказалось зарегистрировано свыше 500 избирателей, и к 15.00, по словам секретаря комиссии, выразить свою волю успели 70%. Ажиотажа вокруг точно такой же, как в Цхинвали, прозрачной пластиковой урны не было, но во дворе отданного под выборы частного дома оказалось довольно много людей, в основном мужчин. В присутствии репортеров в помещении мгновенно образовалась очередь из желающих проголосовать. Выполнив долг, они сразу же повлекли гостей за накрытый на улице стол с молодым вином и горячим хлебом. «Я голосую за Диму Санакоева», -- заверил Георгий. «А вам не странно, что грузинам приходится голосовать за этнического осетина?» -- спросил я. -- «Нет, потому что Дима, как и все мы, хочет мира для всех -- и для грузин, и для осетин, и для русских». -- «Скоро ли мир наступит?» -- «Скоро, увидишь!» Без сомнения, это пожелание разделяют и десятки участников победного митинга, собравшегося вчера вечером на главной площади Цхинвали.

Иван СУХОВ, Цхинвали -- Авневи