Заветам Кушнера верны

«Знамя» вновь выпустило «не такой» номер

В третий раз редакция журнала «Знамя» выстраивает ноябрьский номер по спецрецепту. Вспоминается чудесное стихотворение Александра Кушнера. Я ходил бы на руках,/ Чтобы все сказали «Ах!»/ Я бы ел траву и мох,/ Чтобы все сказали «Ох!» Два года назад журнал развернул «малую сцену», на которой явились тексты, якобы не вписывающиеся в привычный формат. В прошлом году номер был отведен литературе non-fiction. Тому проекту и грандиозным перспективам нефиктивной литературы вообще было посвящено интеллектуальное толковище на одноименной книжной ярмарке. Сходный диспут случится на той же площадке завтра в полдень -- на сей раз предметом станет «Ultra-fiction, или Фантастические возможности русской словесности». Так называется статья Натальи Ивановой под памятной с прошлого года рубрикой avanti.

Чистой воды Кушнер! Я надел бы наизнанку/ Брюки, шапку и пальто/ И пошел бы на Фонтанку,/ Что бы все вскричали: «Кто?!/ Это кто такой ужасный?/ Бесконечно безобразный?/ Это кто такой опасный?/ Кто он? Где его семья?/ Эй, держи его за лапку!/ Да хватай его в охапку!»/ Я бы снял пальто и шапку/ И сказал бы: «Это я». А кто ж еще?

Год назад были манифест Ивановой и классифицирующие «не такую» литературу в азбучном порядке заметки Сергея Чупринина -- и сейчас они есть. Год назад Анатолий Королев воплощал нефиктивность -- теперь столь же манерной и банальной «Коллекцией пепла» знаменует триумф ультрафиктивности. Год назад стихи Тимура Кибирова крепились к проекту белыми нитками -- теперь эта судьба постигла Александра Левина. Год назад щеголяли неприкрашенными «свидетельствами», теперь -- домодельными побасенками и ироничными страшилками («Последний читатель» Олега Хафизова позабавнее, «Апокалипсис Ку» Василия Голованова позануднее). И удачи, как прежде, есть -- отрывок из поэтичного сказочного романа Марины Вишневецкой «Небесный меч» (продолжение «Кощея и Ягды»). Что же до «Синдрома Феникса» Алексея Слаповского, то говорить о нем стоит по завершении публикации. Впрочем, и сейчас видно: ультрафиктивен этот роман в той же мере, что «Человек без имени» Николая Веревочкина или «Черт» Натальи Смирновой, напечатанные, впрочем, в обычных ноябрьских номерах «Дружбы народов» и «Нового мира».

Что ж, вольному воля. Я кушнеровского героя полюбил лет двадцать пять назад. И чувства мои неизменны.

Андрей НЕМЗЕР