Ежегодно нефтяники сжигают в России газ на миллиарды долларов. Кто готов заработать на этом?

«Десять лет назад мощнейшее землетрясение в сочетании со странным геомагнитным явлением привело к выбросу жидких и газообразных углеводородов, покрывших всю землю нескончаемыми пожарами. Горело четыре года… Сейчас на планете осталось 160 миллионов [жителей]». Так описывает апокалипсис 2026 года в своей повести «Метановые облака» Кирилл Лятс. В фантазиях 36-летнего владельца компании «Метапроцесс» именно эта фирма спасет человечество от вымирания в условиях полного истощения природных ресурсов. Как? Снарядив экспедицию на спутник Сатурна.

То, чем «Метапроцесс» занимается в реальной жизни, тоже слегка напоминает фантастику: много красивых планов, горстка реализованных проектов. Фирма Лятса, основанная в 2004 году, проектирует оборудование для газо- и нефтехимии, заказывает компоненты на машиностроительных заводах и собирает установки «под ключ». Впрочем, рынок этот действительно весьма перспективен.

Лятс, имеющий гуманитарный диплом, никакого специального технического образования не получал. «Честно говоря, в чертежи я мало вникаю, но все процессы в общем понятны», — поясняет он. Прежде чем создать собственную компанию, Лятс работал в «Объединенных машиностроительных заводах» (ОМЗ). В 2002-м департамент нефтегазового оборудования ОМЗ, который возглавлял Лятс, был усилен специалистами из развалившегося Государственного института азотной промышленности (ГИАП) — так была создана инжиниринговая группа по газохимии. В 2004 году основной владелец ОМЗ Каха Бендукидзе продал свой пакет менеджменту и уехал в Грузию, где стал министром экономики, а Лятс с командой ушел на вольные хлеба.

Компания Лятса сделала ставку на технологию превращения газа в жидкое топливо — этот метод называют GTL (от английского gas to liquid). Технология получения топлива из газа или угля известна еще с 20-х годов прошлого века, в ее основе лежит открытие двух немецких ученых: синтез Фишера — Тропша, в промышленных масштабах она впервые была применена в фашистской Германии. Но широкое практическое использование этот метод получил, пожалуй, только в ЮАР. Из-за санкций, существовавших во время режима апартеида, страна не могла импортировать бензин; местная компания Sasol до сих пор производит жидкое топливо из угля методом CTL (coal to liquid).

Конечно, извлекать топливо из нефти куда дешевле, но после того как нефтяные цены взлетели за последние восемь лет в восемь раз, интерес к технологии GTL резко повысился. В ближайшие четыре года мировые гиганты ExxonMobil, Royal Dutch Shell и ChevronTexaco готовы инвестировать миллиарды долларов в подобные проекты в Катаре и Нигерии.

Другой вопрос: зачем эта технология России? Ведь дефицита нефти мы вроде не испытываем. Лятс полагает, что проектируемые «Метапроцессом» установки GTL пригодятся нефтяникам для утилизации попутного нефтяного газа.

Такой газ есть на каждом нефтяном месторождении. Добывающие компании его частично утилизируют, отправляя на газоперерабатывающие заводы, где выделяются пропанобутановые фракции и широкие фракции легких углеводородов (ШФЛУ, сырье для химической промышленности), после чего очищенный газ поступает в систему «Газпрома». Однако возможность утилизировать попутный газ есть далеко не всегда. По данным Министерства природных ресурсов, ежегодно в России выходит из-под земли около 55 млрд куб. м попутного газа, а перерабатывается из них лишь 26%, еще 27% сжигается в факелах, остальное идет на внутренние нужды нефтяников и списывается на технологические потери. Лятс говорит, что всего пропадает 25 млрд куб. м газа. А в «Объединенном центре исследований и разработок» ЮКОСа, который продолжает работать несмотря на то, что материнскую компанию вот-вот обанкротят, называют еще большую цифру — 40 млрд куб. м в год. По подсчетам директора департамента Минприроды Сергея Федорова, потери нефтяников от нерационального использования попутного газа составляют более $13 млрд ежегодно.

Горящие день и ночь факелы вызывают все большее недовольство экологов. Госдума тем временем разрабатывает федеральный закон «О попутном нефтяном газе» — депутаты хотят обязать компании утилизировать до 95% газа и ввести налог на его сжигание. Нефтяники и сейчас платят штрафы за факелы. Эти выплаты увеличились в 2005 году в 1000 раз — с 5 копеек до 50 рублей за тонну метана в пределах лимитов выбросов и до 250 рублей за тонну за сверхнормативные выбросы.

Сколько набегает штрафов? Нефтяники обычно не раскрывают, но если предположить, что все компании платят исправно и не занижают размеры выбросов, общая сумма может достигать $145 млн в год. И перспектива платить еще больше нефтяные компании не устраивает. «Мы сделали все, чтобы утилизировать газ. Мы исправно платим штрафы. Но всему есть предел», — говорил прошлой весной президент ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов.

Вот что предлагает нефтяникам Лятс. На добывающем предприятии монтируется установка GTL, которая позволит перерабатывать попутный газ в синтетическую нефть (теоретически она должна стоить на 30% дороже марки Brent, так как не содержит серы).

В России не запущено ни одного подобного проекта, хотя нефтяникам идея нравится. По словам директора департамента проектов переработки попутного нефтяного газа ТНК-BP Михаила Гордина, Лятс занимается «нужным делом». Сама ТНК-ВР, впрочем, изучив проект «Метапроцесса», отказалась от инвестиций. «Мы говорим со всеми компаниями, — рассказывает Лятс. — Но наших нефтяников пока петух не клюнул».

По мнению руководителя «Объединенного центра исследований и разработок» компании ЮКОС Михаила Рогачева, подтолкнуть нефтяников к решительным действиям может запуск «Метапроцессом» небольшой опытной установки за $1,5 млн на Новочеркасском химическом заводе — она сейчас монтируется. Одно дело смотреть на макет в лаборатории, и совсем другое — увидеть оборудование в действии. Рогачев, пока ЮКОС не развалился, тоже работал над проектом GTL для компании и говорит, что уже в этом году могло быть завершено строительство опытно-промышленной установки для утилизации попутного газа стоимостью $1 млрд.

Пока нефтяники размышляют над предложением Лятса, «Метапроцесс» работает на газовиков. В 2006 году компания наладила оборудование по переработке природного газа в метанол для «НОВАТЭКа». В разработке — такая же установка для «Газпрома». Благодаря этим проектам выручка «Метапроцесса» в 2006 году выросла в 20 раз до $20 млн. Что еще? В начале 2007-го компания планирует закончить в Чечне строительство предприятия по очистке попутного газа от серы для «Роснефти» стоимостью $14 млн. Кроме того, Лятс надеется на субподряды от западных компаний, занимающихся реконструкцией химических предприятий в России.

«Лятс — очень увлекающийся человек, а отрасли нужны энтузиасты», — говорит Рогачев. Увлечения Лятса не ограничиваются газохимией и сочинительством. В планах дочерней компании «Метапроцесса» — строительство аэростатов и грузовых дирижаблей, например для геологоразведки или мониторинга нефтепроводов.

Есть, впрочем, и менее фантастическое предприятие. С 1998 года Лятс издает еженедельную газету «Кворум», которая распространяется в Госдуме и Совете Федерации. Прибыли этот бесплатный парламентский вестник не приносит, но зато помогает Лятсу обзаводиться полезными связями и знакомствами. Возможно, после принятия закона «О попутном нефтяном газе» дела «Метапроцесса» пойдут в гору.

В облаках