О чем думают американские и российские экономисты под Новый год

Экономика не зря считается «мрачной наукой». Даже в разгар новогодних праздников экономисты думают не только о том, как приятно дарить и получать подарки, но и о тех потенциальных потерях благосостояния, к которым приводит подарочная лихорадка. В теории подарки всегда приводят к издержкам. Так как подарок выбирает не его получатель, а кто-то другой, очень вероятно, что полезность от потребления подарка будет ниже, чем его цена. Если бы это было не так, скорее всего, получатель и так бы его купил (а если уже купил, то еще один ему не нужен). Не зря в прагматичной Америке столь развита практика возврата и обмена подарков.

Даже небольшая потеря полезности отдельного получателя ведет к огромным потерям благосостояния в масштабе всей экономики — расходы американцев на рождественские подарки, по самым консервативным оценкам, превышают $200 млрд. По России таких данных нет, но согласно опросу «Праздничное настроение 2006», проведенному Deloitte, средний москвич потратит €541, или 13% своего годового дохода. Так что и в России подарки вполне могут потянуть на сотню миллиардов долларов.

Как оценить, какая доля этой огромной суммы теряется на неверном выборе подарков? В 1993 году Джоэл Уолдфогель опубликовал статью, в которой подвел итог опроса студентов-экономистов Йельского университета и выяснил, что получатели подарков ценят их примерно на 10% меньше их продажной цены. Потери благосостояния имеют место для всех категорий дарящих; «правильные» подарки дарят лишь любимые и супруги. Получается, что Новый год приводит к экономическим потерям около $20 млрд, причем без учета потери времени на поиск подарков (а это еще как минимум доли процента ВВП) и издержек, связанных с неравномерностью экономической активности.

Статья Уолдфогеля вызвала бурную дискуссию в научных кругах, другие авторы пытались воспроизвести его исследование для других выборок и в других условиях, немного изменить вопросы анкеты и т. д. Только в лучшем научном журнале по экономике American Economic Review было опубликовано три раунда критики, комментариев и ответов. Оказалось, что молодые студенты-экономисты действительно крайне нерепрезентативная выборка; например, медики ценят подарки больше, а не меньше, чем они стоят. Кроме того, выяснилось, что гипотетические оценки стоимости товара слишком ненадежны. Как ни жестоко это звучит, лучше всего проводить аукционы, на которых организаторы имеют право выкупить подарки по заявленной получателями оценке. Все эти исследования показали, что результаты Уолдфогеля крайне неустойчивы. Скорее всего, получатели подарков ценят их несколько выше (на 20–30%), чем дарители. Так что даже с самой эгоистической точки зрения Новый год производит, а не уничтожает благосостояние. К тому же надо учитывать удовольствие как от самого факта получения подарка от дорогого человека (по оценкам, примерно столько же, сколько стоит и сам подарок), так и от процесса выбора и покупки товара.

У российских экономистов другая зимняя экономика. Даже беспрецедентно теплый ноябрь не может отвлечь от размышлений о холоде. Сколько стоит холод? Можно ли с этим что-нибудь сделать? Исследования Татьяны Михайловой из Бостонского университета показывают, что холод в России не только проблема климата, но и результат деятельности советского руководства. В Америке и Канаде тоже много холодных мест, но большинство предприятий и жителей сосредоточены в теплых. Если посчитать среднедушевую температуру (то есть взвесить среднюю температуру по регионам с учетом населения), то в течение XX века в США она повысилась почти на 3 градуса, а в Канаде — почти на 2 градуса Цельсия. В России же в результате размещения промышленности и населения в холодных регионах температура почти на 2 градуса понизилась. Михайлова оценивает ежегодные потери от неэффективного размещения в 1,2% ВВП. Даже довольно существенных перемещений населения с востока на запад и с севера на юг России в 1990-х годах пока недостаточно — с начала реформ среднедушевая температура повысилась лишь на доли градуса. По оценкам Михайловой, если размещение в России произойдет по канадскому сценарию, то в теплые районы переедет как минимум 10 млн человек.

В этих мрачных оценках есть и светлая сторона — если не мы, то наши дети будут покупать новогодние подарки в гораздо более теплом декабре. С Новым годом!

Зимняя экономика