Реактор для Евросоюза

Атомная энергетика возвращается, не успев уйти

На завершившейся вчера в Берлине 14-й ежегодной энергетической конференции, которая проводится под эгидой газеты Handelsblatt, обозначились две первостепенные цели отрасли в Европе. Евросоюз, с одной стороны, должен стать более независимым от отдельных поставщиков углеводородных энергоресурсов. С другой стороны, регион должен вносить еще больший вклад в охрану климата. Решить эти две задачи на практике возможно путем развития атомной энергетики. В Германии и Брюсселе в связи с этим чаще говорят о замедлении сроков полного выхода из атомной энергетики, а то и вовсе об отмене решения о сворачивании этой отрасли.

Законодательно оформленное решение о полном отказе Германии от мирного атома в течение 35 лет было принято еще при канцлере Герхарде Шредере. Канцлер Ангела Меркель, которая по образованию физик-ядерщик, однако, стала приводить сильные аргументы в пользу отказа от преждевременной остановки АЭС и прекращении строительства новых энергоблоков. На руку сторонникам атомной энергетики сыграло прекращение поставок газа и нефти в ходе энергетических споров России с Украиной и Белоруссией. Да и социологические опросы, проведенные в Германии авторитетными независимыми институтами, свидетельствуют о том, что население в отношении перспектив выработки атомного электричества настроено достаточно прагматично: 61% немцев считает, что нельзя отказываться от АЭС до тех пор, пока в стране и ЕС не сложится сбалансированный и надежно импортируемый набор энергоносителей. Об этом вчера на энергетической конференции Handelsblatt говорил член правления компании E.ON Energie Вальтер Холенфельдер. Производство электричества на АЭС сберегает окружающую среду, констатировал он, в одной только Германии благодаря работе атомных энергоблоков удается избежать выброса в атмосферу 150 млн т двуокиси углерода. Столько парниковых газов производит весь легковой и грузовой автотранспорт Германии.

Поэтому отказ от атомной энергетики предъявил бы экономике Германии колоссальный инвестиционный счет. К 2020 году, как отметил г-н Холенфельдер, выработают свои ресурсы электростанции, работающие на органическом топливе, их мощность составляет 20 тыс. МВт -- это 40% всех энергомощностей страны. Останавливать одновременно энергоблоки немецких АЭС, которые работают всего 25 лет, по его словам, «неоправданно рано»: «В международной практике их рабочий ресурс достигает 60--65 лет», -- говорит г-н Холенфельдер.

Таким образом, резюмирует он, амбициозные планы по сокращению до 2020 года уровня эмиссии углекислого газа на 40% без использования атомной энергии неосуществимы. «Источники сырья на ближайшие 200 лет достаточны и распределены по всему миру. Основные из них находятся в стабильных Австралии и Канаде, -- сказал г-н Холенфельдер. -- Политикам пора завершить «танцы с вуалью» вокруг атомной энергетики и представить себе печальную действительность в случае полного отказа от нее».

Немецкие и европейские политики, похоже, уже меняют свое отношение к мирному атому. Когда на конференции министра экономики Германии Михаэля Глоса спросили об его отношении к этой проблеме, он сказал: «Судя по тому, как складывается общественное мнение в пользу сохранения, а может быть, и дальнейшего развития атомной энергетики в Германии, действующие ныне законы в отношении нее, скорее всего, не так скоро, но все же будут изменены». Министр убежден, что этого требуют и экология, и «новые вызовы энергобезопасности».

Солидарны с позицией правительства канцлера Ангелы Меркель и высшие брюссельские чиновники. Комиссар ЕС по энергетике Андрис Пиебалгс на конференции Handelsblatt назвал урановое топливо «важнейшим доступным ЕС источником энергии с незначительным выбросом углерода». «Каждое государство ЕС, когда речь заходит о ядерной энергетике, придерживается своих собственных взглядов, -- пояснил он. -- Однако если удельный вес электричества, полученного в Евросоюзе от АЭС, сократится, то он должен быть скомпенсирован с помощью других энергоносителей с низким уровнем выброса углерода. В противном случае достичь целей по сокращению выбросов парниковых газов будет вдвое сложнее».

Юрий ШПАКОВ, Берлин