Оригинал материала
Анна и то, что у нее на шее
Нетребко и ее коллеги удивили московский бомонд
Оперная примадонна новейшего поколения, первейшего значения и современнейшего типа, а также новое лицо компании Chopard выступила в Москве в концерте, жанр которого никто так и не смог определить. Каковая загадочная неопределенность вкупе с растерянностью покупавших билеты «на концерт Нетребко» и составили главное содержание вечера.Мероприятие изначально предполагалось сделать полностью закрытым, но в конце концов бриллиантовый устроитель открыл для продажи первый и второй амфитеатры. Билеты стоили от 1200 до 12 000 руб., с рук предлагались и за 20 000. Партер по пригласительным билетам заполнила невиданная здесь в такой суровой концентрации публика -- топ-бизнесмены и чиновники высшего звена, политики, промышленники, редакторы глянцевых изданий и непременная Ксения Собчак.
Концерт задержали почти на полчаса, поскольку партер пустовал -- светская публика либо задерживалась, либо все еще любовалась драгоценностями, обильно выставленными в фойе в витринах.
Гламурный корпоратив, парализовавший движение на окрестных улицах, оказался на удивление коротким -- два скромных отделения по сорок пять минут. Причем первое удивило публику настолько, что назвать его провальным помешали лишь вежливые «браво», нарушившие вялую тишину смущенных аплодисментов.
Оркестр с приглашенным итальянским дирижером Джордано Беллинкампи, заполнявший пустоты между сольными номерами непременными шлягерными увертюрами, звучал не слишком вразумительно, и главная проблема вечера -- несуразно и наспех построенная программа -- была как на ладони. Сама Нетребко спела четыре крохотных номера: романс Рахманинова «Здесь хорошо», арию Эльвиры из беллиниевских «Пуритан» (эту партию Анна Нетребко только что исполнила на сцене «Метрополитен-опера») -- вполсилы и не без брака, и два дуэта -- со статусным басом Ильдебрандо Д'Арканджело (из «Любовного напитка») и c подругой по Мариинке Екатериной Семенчук (из «Войны и мира» Прокофьева). В бисовой серии Нетребко, чтобы немножко исправить общее кислое настроение, спела арию из оперетты Легара «Джудитта», как всегда обаятельно поиграв плечами, бедрами и нежнейшей улыбкой.
Но даже сидевшие на галерке говорили потом, что единственное, что было им внятно, -- это не голос, продемонстрированный скупо и лениво, и не очарование, а бриллианты на шее, слепящие глаза даже на таком расстоянии. Иными словами, презентация удалась, чего не скажешь о концерте.
Екатерина Семенчук, вполголоса спевшая арию Далилы из «Самсона и Далилы» Сен-Санса и Хабанеру из «Кармен» (продемонстрировав и хорошие данные, и проблемы со вкусом), и много востребованный на Западе Ильдебрандо Д'Арканджело (захлебывающаяся ария Эскамильо и неплохой Дон Жуан) погоды не сделали. В зале царила блистающая слякоть.
Среднее статистическое между оперным гала, ювелирной презентацией и раутом с претензией на высокое искусство -- отнюдь не запрещенный прием, и все могло бы быть лучше, если бы качество пения оказалось выше, а, главное, программа (даже при том, что звезда категорически не хотела много петь -- 6 и 10 марта у нее были спектакли в Вене) была бы составлена умнее и выразительнее.