Уголовный изыск

Две страны, с которыми у России случились самые шумные углеводородные войны, -- Украина и Белоруссия совсем недавно весьма бурно пережили президентские выборы. То есть событие, которому обычно подчинены все действия руководства в государствах, где нет демократических традиций и где смена власти воспринимается как глобальное потрясение. Совсем скоро -- 2 марта 2008 года -- президентские выборы предстоит пережить России. Это единственные выборы в России, от качества проведения и результатов которых действительно зависит жизнь обычных людей. Поэтому предложение новоявленного руководителя думской фракции «Родина» («Народная воля»-- СЕПР) Геннадия Семигина резко ужесточить уголовную ответственность за фальсификацию итогов всех видов выборов -- вплоть до тюремного заключения на срок до 15 лет -- имеет смысл рассматривать серьезно прежде всего в отношении президентской кампании.

Итак, кто же может фальсифицировать итоги выборов президента России? В масштабах всей страны -- Центральная избирательная комиссия. В масштабах отдельных территорий -- территориальные избиркомы разных уровней. Могут ли работники избиркомов на местах и ЦИК пойти на такой шаг без прямого или косвенного указания действующей исполнительной власти? Разумеется, нет. Согласитесь, невозможно представить себе ситуацию, при которой итоги выборы президента у нас будут искажены в пользу какого-либо кандидата от оппозиции. Если фальсификация даже и случится, то можно представить, что припишут голоса тому, кого принято маркировать ярлыком «преемник». Или заберут голоса у его оппонентов -- например, чтобы «преемник» победил уже в первом туре. Но раз итоги выборов даже теоретически могут быть сфальсифицированы исключительно в пользу действующей власти, то и заказчиком такой процедуры может быть только она.

Можно ли себе представить, что наш суд удовлетворит иск проигравших (победители итогов голосования никогда не оспаривают) и признает итоги выборов сфальсифицированными? Сами понимаете, у любой фантазии должны быть пределы. В пределах одного или двух округов такое возможно, да и то только в том случае, если нарушения будут сочтены незначительными и не влияющими на общие итоги выборов. В пределах всей страны нынешняя судебная власть ни за что не признает итоги президентских выборов сфальсифицированными. По законопроекту г-на Семигина это означало бы признание государственной властью собственного особо тяжкого преступления исходя из срока наказания за него до 15 лет лишения свободы.

Тогда следующий вопрос: зачем юридически вводить наказание, которое не может быть применено в принципе и даже абстрактное наличие которого не в состоянии повлиять на потенциальных «преступников»? Вопрос риторический. Конечно, можно устроить показательный процесс, признав фальшивыми итоги выборов какого-нибудь главы поселковой администрации и посадив главу маленькой далекой от столицы избирательной комиссии. Но такая мера не устраняет условий для фальсификации выборов. А проблема как раз в том, что наша политическая система такие условия создает.

Превращение политических партий в проекты исполнительной власти, использование общенациональных массмедиа, прежде всего телевидения, для государственной пропаганды, новое избирательное законодательство, смысл которого свести к минимуму риск критики действующей власти в ходе предвыборных кампаний и риск поражения власти в ходе выборов, -- неизбежный контекст предстоящих парламентских и президентских выборов. В таких условиях фактической фальсификацией итогов выборов станет, например, ограничение допуска к ним реально оппозиционных сил. Или такое использование телеэфира, при котором явное преимущество будет отдаваться "нужным" кандидатам. Поэтому совершенно не обязательно прибегать к фальсификации во время подсчета голосов -- можно решить проблему изящнее и гораздо раньше, еще до самого голосования.

Все вышесказанное, разумеется, не означает, что на главных выборах в ближайшей судьбе России тот, кого хотели бы видеть президентом в кремлевских коридорах (когда там договорятся о единой кандидатуре), не способен выиграть без махинаций с голосами избирателей. Даже скорее всего способен. Просто нынешняя политическая система заранее дискредитировала сам выборный процесс. Так что выборы могут быть законными, но не честными.

Кстати, именно поэтому и власть, и оппозиция в рамках обеих федеральных выборных кампаний -- думской и президентской -- будут талдычить о необходимости честных выборов. Власти этот лозунг позволит создать видимость демократии, оппозиции -- списать поражение на "нечестные" выборы. В демократических, а не «суверенно-демократических» странах проигравшие, разумеется, тоже часто твердят, что у них украли победу, и оспаривают итоги голосования в судах. Но там суду не может прийти в голову принять решение под давлением исполнительной власти, а исполнительной власти -- вмешаться в ход судебного процесса. В России же те единственные выборы, от которых еще что-то зависит, в принципе неподсудны. Потому что авторы правил игры, игроки и судьи -- одни и те же официальные лица. А предложение депутата Семигина хотя и отражает опасения в реальности фальсификации итогов любых выборов, никоим образом не уменьшает угрозу такого развития событий.

Семен Новопрудский