Свой срок он отсидел условно

В Замоскворецком суде Москвы вчера завершились предварительные слушания по делу экс-банкира Владимира Хуцишвили, обвиняемого в отравлении в августе 1995 года президента общественной организации "Круглый стол бизнеса России", руководителя Росбизнесбанка Ивана Кивелиди и его личного секретаря Зары Исмаиловой. По решению суда, дело будет рассмотрено тройкой профессиональных судей, а заседания пройдут в закрытом режиме. При этом ученый, создавший яд, которым был отравлен господин Кивелиди, выступит свидетелем на процессе. Ранее ему был вынесен условный приговор.

Иван Кивелиди и Зара Исмаилова были госпитализированы 1 и 2 августа 1995 года и вскоре скончались. Эксперты установили, что они были отравлены сильнодействующим веществом, нанесенным на трубку телефона, установленного в кабинете Ивана Кивелиди. Подозрения пали на делового партнера банкира — Владимира Хуцишвили, с которым у Ивана Кивелиди были натянутые отношения. Господин Кивелиди планировал провести третью эмиссию акций Росбизнесбанка, чем значительно сократил бы долю господина Хуцишвили в уставном фонде. Следователи задержали Владимира Хуцишвили на 30 суток, но доказать его причастность к отравлению не смогли и выпустили его из-под стражи. Но в декабре 1999 года следователям удалось выйти на человека, который признался, что именно он продал господину Хуцишвили яд. Узнав об этом, подозреваемый Хуцишвили скрылся за границей. В июне 2006 года он вернулся в Москву, рассчитывая, что дело прекратят за истечением срока давности, но был задержан.

Предварительные слушания проходили в закрытом режиме. Тем не менее стало известно, что адвокаты обвиняемого Владимира Хуцишвили попросили суд изменить их подзащитному меру пресечения на любую другую, не связанную с арестом, а дело рассмотреть с участием судейской коллегии. Прокурор Мария Семененко не возражала против слушания дела судейской тройкой, но была против освобождения обвиняемого Хуцишвили.

При этом госпожа Семененко ходатайствовала о том, чтобы слушания дела по существу также проходили в закрытом режиме, а адвокатам Владимира Хуцишвили было запрещено снимать фотокопии с материалов дела. Эти требования прокурор обосновала тем, что дело носит гриф "для служебного пользования" (ДСП), поскольку содержит документы, раскрывающие данные о производстве и изготовлении отравляющего вещества, от которого и погибли господин Кивелиди и его секретарь.

Адвокаты возражали, ссылаясь на то, что гриф ДСП формально не обязывает суд "засекречивать" дело, поскольку не является для него "обязательным к исполнению". При этом адвокат Борис Кузнецов уверял суд, что в данном случае прокуратура противоречит сама себе,— именно по ее требованию с дела и был снят гриф "секретно", под которым оно значилось на этапе предварительного следствия.

— Моспрокуратура сделала это для того, чтобы не допустить рассмотрения дела в Мосгорсуде, где мы бы потребовали суда присяжных,— объяснил нюансы с грифами Борис Кузнецов.

При этом адвокат заметил, что и переквалификация действий его подзащитного в ходе следствия со ст. 102 ("Убийство, совершенное общеопасным способом") на ст. 103 УК РСФСР ("Убийство") была проведена намеренно. Последняя статья является менее тяжкой и не предполагает участия в дела присяжных заседателей.

Секретить же дело, по мнению адвокатов, прокуратуре понадобилось еще и потому, чтобы скрыть имя человека, продавшего яд Владимиру Хуцишвили.

— Этот яд был изготовлен в одной из спецлабораторий Саратовской области под руководством профессора Игоря Ринка,— пояснил другой адвокат обвиняемого Сергей Забарин.— Этот же профессор и продал яд преступникам, через которых он, как утверждает следствие, оказался у нашего подзащитного. Однако за свои действия ученый был приговорен всего к году условного заключения и до сих пор продолжает работать в спецлаборатории.

То, что ученый получил год условно, адвокаты объясняют тем, что при рассмотрении дела Игоря Ринка в суде возникла правовая коллизия.

— Этот сильнодействующий яд сам же Ринк и изобрел, но не успел его зарегистрировать,— пояснил адвокат Кузнецов,— поэтому и суд, рассматривавший дело о незаконной продаже отравляющего вещества, был вынужден квалифицировать содеянное им не как тяжкое преступление, а как превышение служебных полномочий.

Впрочем, всем этим предположениям еще предстоит дать оценку Замоскворецкому суду в ходе слушаний дела по существу.

Вчера же председательствующая Юлия Новичкова согласилась с мнением прокурора о дальнейшем слушании дела в закрытом режиме и просьбой защиты о рассмотрении его судейской тройкой. Следующее заседание суда назначено на 25 апреля.

Алексей Ъ-Соковнин

Изготовитель яда для Ивана Кивелиди станет свидетелем