Победа на выезде

Эмигранты последних десятилетий стерли различия между русскими православными церквами

Территориальное разделение православных церквей, зафиксированное в их названиях, уже давно не слишком точно отражает различия между ними. Русская православная церковь за границей уже давно действует не только за рубежом, есть у нее несколько приходов и в России. Русская православная церковь Московского патриархата тоже не внутреннее дело России. После того как в 1991 году русский мир раскололи на части новые государственные границы, на Украине, в Белоруссии, в других постсоветских республиках осталось множество православных приходов РПЦ. Но и без этого за рубежом хватает храмов, относящихся к Московскому патриархату.

Приходы РПЦ есть на всех обжитых континентах (даже в Антарктиде, на нашей полярной станции «Беллинсгаузен» была возведена православная церквушка). В ФРГ, к примеру, в Берлинской и Германской епархии насчитывается полсотни приходов, четыре десятка храмов и несколько часовен. РПЦЗ, тоже имеющая в этой стране обширное представительство, может похвастаться «всего» 37 приходами. В РПЦ есть не только несколько крупных и мелких зарубежных епархий (такие, например, как Венская, Гаагско-Нидерландская, Аргентинская и Южноамериканская и т.д.), но и весьма экзотические подчиненные организации вроде Японской автономной православной церкви с полутора сотнями приходов и собственной семинарией. Более того, Украинская православная церковь и Белорусский экзархат Московского патриархата пользуются весьма большой автономией, пусть даже это слово формально и не стоит в их названиях. Так что какая из организаций сейчас в большей степени присутствует «за границей» -- это еще большой вопрос.

Впрочем, церковь -- это не только и не столько храмы, соборы и часовни, сколько люди. А русские люди за рубежом нынче уже далеко не те, что двадцать-тридцать лет назад. Когда-то давно приходы РЗЦ состояли из белоэмигрантов и членов их семей. Потом туда добавились те немногие, кто ушел на Запад во время второй мировой войны, приехали и те, кто вырвался из-за «железного занавеса» в послесталинские десятилетия. При столь немногочисленной пастве традиции РПЦЗ (в частности осуждение Московского патриархата, пытавшегося пойти на мировую с богоборческой властью) сохранялись достаточно надежно. Но после падения СССР хватило всего нескольких лет, чтобы старые эмигранты оказались в меньшинстве.

На Западе оказалось огромное количество выходцев из России и других бывших советских республик. Православная часть «свежевыехавших» на родине ходила в храмы РПЦ и в последние полтора десятка лет не слишком переживала по поводу «атеистической» власти (благо нынешние правители в безбожии совсем не замечены). Да и пресловутый вопрос об экуменизме, выводивший из себя строгую РПЦЗ, по-видимому, стоял для новых эмигрантов не так уж остро. Даже если уехавшие в 1990--2000-х годах на чужбине и начинали ходить в храм «зарубежников», им далеко не всегда удавалось принять традиционное для тех противопоставление церквей. В результате русская церковь за рубежом и русские за границей все более расходились.

Ситуация -- по крайней мере внешне -- выглядит таким образом, что РПЦ победила не только в России, дожив до конца антицерковной советской власти, но и за границей. Количество верующих, лояльных Московскому патриархату и за пределами исторически русских земель, стало сравнимым с численностью паствы «зарубежников». И существование двух недружественных русских православных церквей окончательно потеряло смысл.

Владимир ДЗАГУТО