Путинские дома могут сжечь

Сегодня здешняя деревенька Поминово еще не бурлит, но уже побулькивает. Раньше Путиных здесь было, почитай, полсела. Теперь не осталось ни одного. Даже самый знаменитый из Путиных – Владимир Владимирович к своим корням бывает не ближе чем на три десятка километров (именно на таком расстоянии от этих мест находится госрезиденция «Русь»). То ли совсем президент от корней оторвался, то ли побаивается неласкового приема кое с чем несогласных крестьян…
– Пишете, а все без толку. Толку от вас, журналистов, нет, – причитал Владимир Куварин, впуская меня в свою избу. Покойная жена Владимира Михайловича приходилась Путину родней, поэтому Куварин в Поминово – все равно что «Мона Лиза» в Лувре, с ним не разминешься. – За этим вот столом у меня вся Европа сидела: англичане, французы, финны…
Перечисление прерывает телефонный звонок.
– Опять у меня журналист, – объяснил кому-то пенсионер. – Да знаю я, что у меня режим…
Не только Куварин, прочие жители здешних мест тоже живут «по режиму». Сбор грибов и ягод – в строго оговоренные часы. Лодки – вне закона. Стоянка авто вне населенного пункта – под запретом. Далее чем на тысячу метров отходить от деревни тоже запрещено… Расстрелять нарушителя, конечно, не расстреляют, но разговор с органами будет «сурьезный».
Даже попасть в края, где босоногий Путин лазил по деревьям, постороннему человеку непросто. Въезд на машине – только по спецпропускам, которые местная администрация, что сидит в селе Тургиново, выдает с большой неохотой. Спасает лишь курсирующий из Твери автобус, красный и ржавый, с мутными стеклами, похожий на призрак советского прошлого, за возрождение которого Путину пеняют либералы. За 56 рублей 30 копеек объехать на нем КПП может каждый.

«Преемники» были прокляты

Строгий режим в окрестностях Завидово (оно под боком) ввел еще Ельцин, любивший здесь отдохнуть. Но в Поминово поминают практически каждый день не его, а именно Путина.
– Прадед моей покойной супруги Лидии был родным братом прадеда Владимира Владимировича, – рассказал Владимир Куварин. – А моя тетка Анфиса Кормилицына была товаркой по-здешнему, то есть подругой, матери Путина.
Даже избушки Куварина и Путина стоят почти по соседству – через три дома. Родовое имение президента до сих пор радует глаз, хотя возводил его еще дед президента сто лет назад.
– Спиридон Иванович тогда работал поваром в дорогом ресторане в Петербурге. Так что деньги на стройку у него были, – объяснил Куварин. – Мой отец рассказывал, что по старинному русскому обычаю Спиридон Иванович под венцы избы деньги на счастье положил. Под правый передний угол, где иконы, золотую монету, а под другие – серебряные. У нас в селе считается: чем больше положишь при закладке дома, тем счастливее жить будешь. Это как жертва на благополучие рода…
Жертву Спиридон Иванович принес не напрасно. И свою жизнь устроил (служил поваром при Ленине и Сталине), и карьеру внука. Да и Владимира Путина-старшего (отца президента) не иначе как жертвенные монеты уберегли от смерти во время Второй мировой. То, что из шести вернувшихся с фронта поминовцев был и Владимир Спиридонович, иначе как подарком судьбы не назовешь.
Обошли неурядицы стороной и путинский дом. Ни революция, ни войны, ни пожар с перестройкой оказались ему не страшны.
– После того как Владимир Спиридонович вернулся раненый с фронта, он продал этот дом почти даром, – продолжил Куварин. – С тех пор у него сменилось несколько хозяев, и всем не везло. Один умер от пьянки, двое утонули в реке… Как будто проклятие какое-то.
Если после окончания второго срока Путина нечто подобное начнет происходить и в Кремле, преемникам президента точно не позавидуешь.
А фаталисты считают, что не только преемникам, но и всей стране может грозить участь, уже постигшая Поминово.
– 52 двора, а зимовать остаются лишь 6 человек, – жалуется Куварин. – Хоть волком вой. А раньше одной молодежи было не меньше сотни. Рядом, в Тургиново, было 4 пекарни, а теперь хлеб завозим. Причем из заграничного зерна, хотя здешние земли по 40 центнеров с гектара давали. И сейчас могут давать, но из 12 тысяч га колхоз Кирова засевает только 500. Всё, всё развалили!
Но это не значит, что глава государства совсем позабыл о нуждах села.Конечно, при Путиных-крестьянах в Поминово был и сельсовет, и своя школа, и изба-читальня. А теперь на всю деревню – лишь одна достопримечательность. Но какая!
– Дом Путина? Да вон он, – машет рукой женщина, вешающая белье.
Дом №12, что на самом берегу заповедной речушки Шоши, – самый выдающийся в Поминово памятник истории и архитектуры. Именной таблички на нем не висит, но здесь и так каждый клоп знает, что в нем жил отец президента.
К одной из недавних годовщин инаугурации вековой сруб привели в порядок: заново покрыли крышу, вырезали васильковые наличники «под старину», вырыли во дворе колодец, подстригли газон и поставили аккуратный забор. Не постеснялись даже того, что на тот момент дом принадлежал одной московской дачнице. Взамен прежней избушки-развалюшки Управделами президента предложило москвичке новые хоромы. (Соседи говорят: стоимостью не менее ста тысяч долларов.) Дом за месяц поставили четыре плотника из-под Ржева.
Теперь ключи от родовой усадьбы Путина хранятся в администрации завидовского заповедника, а за участком приглядывает соседка, Ирина Русакова. В ожидании приезда президента деревню заасфальтировали, у дома разровняли автостоянку и соорудили деревянный причал – на случай, если Владимиру Владимировичу вздумается приплыть по реке.
Мало того, за год до окончания президентства ему подготовили в Поминово «запасной аэродром» в буквальном смысле – на окраине села разровняли поле под вертолетную площадку. А в ожидании «волшебника в голубом вертолете» перебросили через Шошу 53-метровый мост – сначала понтонный (по рассказам строителей, стоимостью в 20 миллионов рэ), а потом – на его месте – и более основательный, навесной (уже за 80 миллионов).
Мост этот в округе тоже нарекли путинским. Ведет он к Непеинскому кладбищу, где покоятся родичи президента. Самый именитый здешний обитатель – дядя Путина Иван Шеломов, морской офицер.

Путин заказал церковь

А вот бабушку президента (по матери) Елизавету Шеломову вместе с прочими родными похоронить не смогли. В дни ее смерти в Непеино шли бои, поэтому 60-летняя женщина нашла последний приют в селе Тургиново, прямо на берегу Шоши. Кроме нее, там лежат останки еще нескольких человек, погибших во время войны.
– Говорят, будто немцы ее застрелили, когда Елизавета Алексеевна чугунок с картошкой несла, да только неправда это, – со знанием дела рассказал Владимир Куварин. – Она отказалась гнать скот пешком в Германию, вот немцы ее и казнили. Ее могила – сразу за пожарной частью.
Скромное кладбище: двадцать на двадцать метров. Чисто, ухожено, над могилой Шеломовой – новое надгробие.
– Раньше деревянный крест стоял, потом металлический, а теперь Путин вон памятник поставил, из гранита, – похвастался живущий по соседству дедуля.
Правда, подчиненные президента поторопились и выбили на камне неверную дату смерти: 14.10.41 вместо 14.11, но вскоре сделали работу над ошибками…
Откуда-то из поднебесья до погоста доносится мат-перемат. Это рабочие ООО «Интарсия» кроют купола реставрируемого храма Покрова Пресвятой Богородицы, стоящего по соседству.
– Тут же родителей Путина крестили, – смущенно объяснили свой энтузиазм трудяги. У входа на стройку – табличка: заказчик работ – Управделами президента.
Пожалуй, лишь в один путинский объект здесь не вбуханы бюджетные средства – в дом матери президента в Заречье, небольшой деревушке в две дюжины дворов.
– В нем теперь живет двоюродная сестра президента с его племянником. Хорошая женщина, приветливая, – показала мне дом соседка.
Дом (праздничный, обшитый зеленой вагонкой, с ажурными наличниками) оказался закрыт. Любовь Шеломова с сыном Михаилом приезжает сюда только на лето, в прочие месяцы предпочитая питерскую коммуналку (в гостях у кузины Путина «Собеседник» был прошлой зимой).
Именно в этом доме жили дед и бабушка Путина, здесь родилась его мать, здесь какое-то время ютились родители, и именно сюда, а не в Поминово приезжал на каникулы маленький Володя. Правда, будущего президента пацаном здесь сегодня никто и не помнит. Зато о его родителях судачат до сих пор.
– Маруся (мать Путина Мария Шеломова) скромная была, работящая. А вот отец его, Володька, очень буйным был, – припомнила Галина Лабудина, которая называет себя троюродной теткой президента. – Как-то раз у Маруси родителей дома не было, и Володька с друзьями стал в ворота ломиться. Маруся подлетела к забору, а Володька в это время ворота вилами бил. Короче, дело закончилось тем, что повредил он Марусе очень серьезно глаз... Такая вот у них бурная любовь была. Потом поженились, остепенились.

Президент поддал малой родине газу
А вот Владимир Путин-младший любовь поминовцев, похоже, уже начинает терять.
– Помню, мы аплодировали, когда объявили, что наше село будут бесплатно газифицировать, – вспоминает Галина Лабудина. – А теперь…
Теперь если и делают крестьяне при разговоре о газификации какие-то жесты руками, то совсем уж неприличные.
– Недавно устроили у нас собрание по району и сообщили, что подключение газа к дому обойдется в 70–80 тысяч рублей, – возмущается Владимир Куварин. – Еще раньше орловские и курские газовщики предлагали сделать ту же работу всего за 21–22 тысячи, но местное отделение Газпрома их почему-то сюда не пустило… А у меня пенсия – 3500. Где взять 70 тысяч? Да и не нужен нам газ по такой цене: на эти деньги я столько себе баллонов накуплю – до самой смерти хватит и еще останется! Вот мы, 80 человек, и написали Путину письмо, что такой газ нам не нужен. Результатов пока никаких!
Рабочих-газовщиков, которые в количестве десяти человек квартируют в доме Куварина, подобные разговоры немного смущают. Впрочем, на МК-8 ОАО «Спецгазремстрой» в Поминово никто зла не держит: газопровод трудяги со всей России в деревню уже проложили, и не их вина, что вместо голубого огня в домах разгорелся огонь неприязни.
– Бунт будет, – делает вывод Евгений, который развозит по окрестностям хлеб. – Я же везде по району езжу и знаю: везде подключение стоит 25–30 тысяч. Не бесплатно, но все же. Может, остальная сумма – это наценка за близость к Путину?
Сами селяне с такой наценкой не очень согласны. Намекают, что, если к домам президента газ подведут бесплатно, огонь в них разгорится не только в газовых горелках:
– Эти дома сожгут!
Куварину родительского дома Путина жалко – как-никак сам помогал восстанавливать:
– Вы бы помогли связаться с нашим депутатом Васильевым, за которого все мы голосовали. Может, хоть он что-то сделает?
Владимир Васильев, глава думского комитета по безопасности, в это время как раз работал «в регионе». В Поминово, правда, заглянуть не успел, но его помощники пообещали «Собеседнику», что непременно разберутся в проблеме. Хочется верить, не только потому, что за сохранность путинского гнезда опасаются, а просто людям хотят помочь. Невзирая на степень их близости к президенту.