Оригинал материала
Назарбаева готовят в Казахбаши
Тут же позвонил знакомым журналистам в Алма-Ату. Они подтвердили: да, было такое неожиданное предложение в парламенте. Но его еще не поставили на голосование, ждут появления в парламенте самого президента и говорят, все это затеяно с одной целью: дать возможность Назарбаеву продемонстрировать приверженность демократическим стандартам. Ведь именно этого с таким нетерпением ожидают в ОБСЕ политические болельщики Казахстана, чтобы в ноябре успешно преодолеть сопротивление евроскептиков и дать возможность Астане председательствовать в этой организации (в 2006 году такая попытка оказалась неудачной).
Очевидно, сказали мне коллеги, Назарбаев поблагодарит инициаторов за оказанную честь и откажется от шанса умереть на президентском посту. Коллеги ошиблись, Нурсултан Назарбаев в парламенте не появился, и депутаты практически единогласно, при одном голосе «против», отменили ограничение президентских сроков. Но не вообще, а только для Нурсултана Абишевича Назарбаева, «учитывая историческую роль первого президента в становлении нового, независимого Казахстана».
В законную силу это снятие ограничений вступит только после того, как принятый парламентом документ подпишет президент Казахстана. Но кто знает, это ожидаемое уже сегодня событие может и не произойти, если Нурсултан Назарбаев действительно захочет показаться демократом. Но, если честно, в это уже и не верится. Да и нужно ли это ему? Особенно после самарского саммита ЕС--Россия, который стал наглядной иллюстрацией глубокого, я бы сказал, мировоззренческого раскола между двумя сторонами.
Европейские ценности, важнейшими из которых являются правовое государство, демократические процедуры, оказываются не такими уж и ценными для российского руководства, как это показала публичная дискуссия между президентом Путиным, канцлером Германии Меркель и председателем Еврокомиссии Баррозу. Но если российского президента европейцы не хотят считать «демократом чистой воды», даже несмотря на его принципиальный отказ подчиниться требованиям «партии третьего срока» и остаться президентом после 2008 года, то какой спрос с бывшего партократа, члена политбюро ЦК КПСС и вот уже в течение 17 лет казахстанского президента? Почему он должен сопротивляться своей, казахстанской «партии пожизненного срока» только потому, что где-то на Западе «княгиня Марья Алексеевна» осудит это желание?
Нурсултан Назарбаев -- искушенный политик, и то, что произошло, похоже на запущенный им «пробный шар» с целью проверить реакцию на попытку реализовать туркменскую идею вечного президентства. В конце концов, нечто подобное уже обеспечил для себя и президент Таджикистана Эмомали Рахмон, получивший конституционное право сохранить полномочия до 2020 года. И мало кто сомневается, что г-н Рахмон, которому к тому времени исполнится всего 68 лет (он старше Путина всего на два дня), захочет и дальше возглавлять строительство демократии в Таджикистане. А Нурсултану Абишевичу уже в этом году 67 стукнет...
Первые отклики в Казахстане уже появились. То, что негативной будет реакция казахстанской оппозиции, неудивительно. «Это еще один шаг назад в демократическом развитии страны», -- процитировало агентство Рейтер лидера партии «Настоящий Ак Жол» Ораза Жандосова. А вот то, что инициативу назарбаевских доброхотов раскритиковал один из руководителей пропрезидентской партии «Нур Отан», академик от медицины Мухтар Алиев, выглядит симптоматично. «Отмена ограничений на количество сроков президентского правления будет означать отход от основных принципов нашей конституции», -- заявил полуофициозному информагентству «Казахстан Today» академик, известный всей стране в качестве свата самого президента. Рахат, сын Мухтара Алиева, женат на старшей дочери Назарбаева Дариге, и эта пара возглавляет одну из самых влиятельных финансово- политических группировок в Казахстане, претендующих на высшую власть в стране. А сам Рахат Алиев, еще недавно высокопоставленный чекист, а ныне дипломат, был инициатором амбициозной идеи «ОБСЕ-2009» для Казахстана, которая вот-вот может быть похоронена. Конечно, ему обидно.