Exile рассказывает о вымирающей субкультуре гопников

Гопники - уникальная русская субкультура - вымирают! К такому выводу приходит издание Exile - вольная газета обосновавшихся в Москве англоязычных журналистов. Подробнейшая статья анализирует этих уникальных людей - они "последние мужские особи на планете Земля, которым удается носить кожаные гангстерские кепки 1920-х годов с шиком – все остальные в таких кепках похожи разве что на педиков из театрального училища, репетирующих какой-нибудь мюзикл". (Полный текст на сайте InoPressa.ru.)

"Гопники круты тем, что в их мире нет места самоиронии. Чего-чего, а "аутентичности" у них не отнимешь. В эпоху, когда "аутентичность" – самое ценное и редкостное качество, гопники занимают верхнюю ступеньку иерархии крутизны в мире".

- Расцвет и закат гоп-культуры
- Отчет о гоп-сафари: Люберцы и Братеево не оправдали ожиданий
- Анатомия гопника

"Доказательство аутентичности гопников – их фантастически отважные вкусы: смесь безвкусицы, угрозы и присущего "третьего миру" крикливого шика, наглость которого и во сне не приснится даже самому авангардному-разавангардному из западных "продвинутых людей" – в их буржуазных белых ручках он мигом обернется безобидным китчем. Даже тот факт, что гопники любят врубать техно на всю катушку, петь говенные песни под караоке в дешевых кафешках с цветомузыкой или носить дешевые остроконечные кожаные ботинки под стать своим кепками-таблеткам в стиле регтайма 1920-х, не может отнять у них статуса самых опасных подонков из числа белого населения всего белого света", - указывает Exile.

Отправившись на "сафари" за гопниками, журналисты вернулись ни с чем и забили тревогу: вид вымирает! "Если вы следите за русской блогосферой, то вам покажется, что в России гопники настолько вездесущи, что вот-вот расплодятся сверх всякого предела, хлынут через границы и захватят Китай. Куда ни ткни, на сайтах издеваются над русскими гопниками или осмеивают их так рьяно, что это уже переходит в славословие. Нам следовало бы заранее знать, исходя из нашего западного опыта, что происходит всякий раз, как продвинутые люди открывают для себя какую-нибудь "аутентичную" субкультуру низшего класса. Считай, что субкультура мертва, сдохла, пошла прахом.

Что же сталось с гопниками? Большинство источников сходятся на том, что их вымиранию способствовали два фактора. Первый: в 1980-1990-х годах внезапно и повсеместно стали доступны тяжелые наркотики и оружие. Их внедрение в столь бесстрашную и примитивную культуру, как гопническая, означало, что за одно десятилетие почти половина особей ушла в мир иной.

Вторая причина больше связана с изменениями среды обитания. Приход западных буржуазных ценностей и культурных предпочтений, а также начало периода внешней стабильности, роста и трезвости при Путине означает, что 70-летнему царствованию гопника в качестве короля мира бунтарей внезапно пришел конец: россияне всех социальных слоев быстро возненавидели мужланскую эстетику гопников. При этом. подчеркивает Exile, в русских по-прежнему сильны "гопник-гены": даже самый квазизападный на вид молодой русский парень (или молодая русская девушка) носит в сердце классическое мировоззрение гопника: слепой шовинизм, антиамериканизм, ненависть к темнокожим и, конечно, склонность к гопническим выходкам на рейсах "Аэрофлота".

Расцвет и закат гоп-культуры

Мало найдется терминов, которые на все сто соответствуют обозначаемому объекту. "Гоп" звучит злобно, тупо и смешно, но не настолько смешно, чтобы вы осмеливались смеяться гопнику в лицо. Это слово веселит в приватной поездке – когда вы надежно забаррикадировались в своей машине, стекла подняты, дверцы заперты, нога на педали газа, а дети и жена в ужасе вопят: "Только не останавливайся на "красный"!"

В его основе, как и в основе многих других чудесных русских слов, лежит аббревиатура: "Государственное общежитие пролетариата". Добавьте к "Г.О.П." суффикс "ник" – и новый биологический вид готов. А родился он, если верить легендам, после большевистского переворота. Согласно самым надежным источникам, которыми мы располагаем (а это мнение вокалиста группы "Ленинград" Шнура), гопники приезжали в 1920-х годах в Петроград в поисках работы. По происхождению они были крестьянами или вовсе безземельной голью перекатной. Они вываливались толпами из поездов и при везении находили себе пристанище в недавно перестроенных общежитиях, где превращались в первых local ghetto gangstas Советской России.

У вида "гопник обыкновенный" даже был свой конкретный ареал обитания – Лиговский проспект, дом 10. Собственно, это гостиница, ныне называющаяся "Октябрьская", которую советские власти сделали общежитием для приезжих пролетариев, а гопники на свой лад превратили в коллективистский бандитский клуб. Поскольку они и у себя-то в деревнях были аутсайдерами, часто детьми из неполных семей, а многие уже имели на счету мелкие преступления, если не что похуже, коренное население Петрограда, а потом Ленинграда относилось к гопникам брезгливо.

Со временем, когда специфическая мода, сленг и мировоззрение гопников распространились среди низших классов населения страны, значение слова изменилось. Теперь выражение "гопник" обозначало не крутого деревенского парня из здания, где потом разместилась гостиница "Октябрьская", а любого сомнительного типа с бритой головой, в куртке из толстой кожи, дурацких кожаных ботинках и бессмертной кепке-таблетке.

В 1990-х казалось, что гопники вскоре завладеют если не всем миром, то, по крайней мере, одной шестой суши на нашей планете. Гопники правили бал во всех прославленных 11 часовых поясах России – от холла ныне снесенной гостиницы "Интурист" всего в паре сотен метров от Красной площади до окаймленной коммерческими киосками набережной во Владивостоке и во всех географических точках между ними. Гопники – или российские мужчины, перенявшие стиль гопников, – нахлынули во все сферы жизни, от "biznes" где они играли роль шестерок и пушечного мяса, до политики, где в качестве депутатов от ЛДПР они образовали ядро сопротивления западному влиянию.

Вся нация ушла в гопники: бритые головы, суровые лица, на которых читалось: "я зону топтал!" и необыкновенный дар выбирать самую безвкусную одежду, сколько бы она ни стоила. Некоторые сменили кожаные куртки и "олимпийки" на коричневые блейзеры от Hugo Boss. Но они не могли удержаться от соблазна дополнять все это блестящими мульками: золотыми цепями на руках и шее, навороченными часами, которые, при всей их подлинности, так блестели золотом, что казались скорее грошовой вьетнамской подделкой.

Но никто тогда не осознавал, да и сегодня осознают лишь немногие, что 1990-е годы были не столько взлетом Нации Гопников, сколько Началом ее Конца.

Отчет о гоп-сафари: Люберцы и Братеево не оправдали ожиданий

В прошлый уик-энд журналисты решили устроить сафари – осуществить полевую антропологическую экспедицию и найти-таки гопников.

Среди городов Московской области ни один не может потягаться по мрачной репутации с Люберцами, рабочим предместьем на юге Москвы сразу по ту сторону МКАД. В 1990-х Люберцы слыли столицей гопников. Уголовщина была там таким же распространенным явлением, как спортивные костюмы и шелуха от семечек. Одна девушка, родившаяся и выросшая в Люберцах, а в начале 1990-х переехавшая в Москву, сказала нам: "Все парни, которых я там знала, были гопники. Если вы туда поедете, то наверняка увидите их повсюду, но точно сказать не могу – с тех пор я там не бывала". Когда мы спросили, не может ли она позвонить кому-то из друзей детства, она сообщила: "Не могу. Почти все умерли, кто от наркотиков, кого-то застрелили, кого-то прирезали. Остальные выбрались оттуда и сменили место жительства, как я. Я там больше никого не знаю".

Ранним вечером в субботу мы поехали в Люберцы на такси. На улице было жарко, жарче, чем обычно в это время года. Мы рассудили так: хотя часть гопников наверняка расслабляется у какой-нибудь впадины, где плещутся ядовитые промышленные отходы (именуемой местными "пляжем" или "озером"), мы увидим предостаточно особей на корточках у киосков и во дворах, чтобы наши антропологические чаяния сбылись. Но мы сделали неожиданное открытие. "В действительности город оказался... э-э-э... пусть кто-нибудь нас ударит по морде мокрой рыбиной за то, что мы сейчас скажем, но город оказался... э-э-э... довольно-таки приятный, в духе семейной идиллии, - сокрушаются репортеры Exile. - Тенистые улицы, много зелени, чистые тротуары, прогуливающиеся парочки и семейства".

Гулять по Люберцам было бессмысленно. Если мы хотим найти гопников, то должны и мыслить как гопники. Куда они пойдут? В парк! И не просто в парк, но в то место в парке, где вокруг киоска, изрыгающего хриплое техно 1990-х, расставлена пластмассовая садовая мебель. Это, говоря на языке гопников, "кафе". Гм...

Парк мы нашли. И "kafe" с пластмассовой садовой мебелью тоже. Взяли пива. Сели. И провалиться нам сквозь землю, если мы увидели вокруг себя хоть одного гопника за все время, пока там прохлаждались. Собственно, kafe было весьма цивилизованное: техно не гремело, пиво было холодное, посетители не совались в чужие дела – причем среди них даже была парочка инди-готов. Сначала мы стали жаловаться во весь голос, печалясь, что остались без материала. Но затем разочарование начало перерастать в тревогу. Что случилось с гопниками? Может, они все куда-то уехали на выходные? Или погода для них слишком жаркая? Или они покинули Люберцы ради более злачных мест?

Мы решили уйти из цивилизованного "kafe" и пройтись по парку, среди унылой коллекции ржавых детских аттракционов советских времен, которым не хватало только таблички: "Если вы желаете сделать аборт, хотя все сроки прошли, посадите ребенка в кресло на этом аттракционе, отойдите подальше, дайте нам пять рублей, и мы сделаем все остальное". В парке мы приметили компанию обнаженных до пояса мужчин, которые куролесили у турника. Но, подойдя поближе, осознали, что это вовсе не гопники, а кавказцы. Прошатавшись несколько часов по Люберцам, мы наконец сдались. Если уж тут гопников нету.

Тогда мы выбрали один из самых зловещих районов Москвы, Братеево, само имя которого синонимично понятию "гопник". Это один из отдаленных районов, где каждый квадратный дюйм земли уставлен 17-этажными белыми панельными домами – огромными, кошмарными, сложенными из грязно-белых бетонных плит. Когда подъезжаешь к Братеево по МКАД, кажется, что панельные дома натыканы там так тесно и хаотично, что непонятно, как вообще между ними можно протиснуться – наверняка солнце здесь не светит и вся растительность зачахла. Но, увы, не все золото, что блестит.

И вновь, вооружившись пивом и направившись в самое говнище, мы обнаружили себя лицом к лицу с кем-то намного похуже, чем бригады сидящих на корточках гопников – среди полчищ людей, которых с гопниками ничто не объединяло. И вновь семьи, детские коляски, хорошие машины, подростки, одетые по новой моде – этакие готы попсового розлива, красивые девушки, выгуливающие собачек. "На деле Братеево стало столь космополитичным, что, хотя мы нарочно громко говорили по-английски, на нас никто и внимания не обратил. Нас проигнорировали даже бродячие собаки. Осталось заглянуть лишь в местную бильярдную. Если где и искать гопников – хоть один осколок старины – то только там. Что ж, угадайте с трех раз, кого мы там не нашли", - делятся разочарованием отважные репортеры.

Анатомия гопника

Кепка-таблетка – ключевой элемент наряда гопника. Кожаные – для тяжких убийств, полоски – для всяких пустяков типа изнасилования на даче.

Уши – обычно оттопыриваются сильнее, чем у обычного гомо сапиенс, благодаря дракам, а также непременной стрижке под ноль.

Шашлык – гопники (как и все русские) считают, что мясо всего вкуснее, когда оно зажарено на палке над огнем.

Спортивные штаны и доселе остаются наиболее эргодинамичными для сидения на корточках.

Обувь – гопники предпочитают а) остроносые кожаные ботинки или б) тапочки, но по мере культурной ассимиляции иногда надевают кроссовки.

Стакан – всем известно, что водка всего вкуснее, когда ее подают теплой в пластиковых стаканчиках. Очень важно, чтобы на ее поверхности плавало несколько мошек.

Куртка – будь у него на бампере наклейка, там было бы написано "Не думайте, кожаная куртка у меня есть".

Лоб – выпуклые лобные доли унаследованы от далеких предков – людей.