Ельцин – львиное сердце

Недавно мы в очередной раз отметили День России, а два месяца назад простились с ее первым президентом. Оценка его личности, роли в формировании новой России уже не один год является предметом многочисленных дискуссий в России и за рубежом.

К сожалению, не все свидетельства зарубежных политиков, общественных деятелей и журналистов доходят до России. Так, практически неизвестны у нас оценки личности Бориса Ельцина, сданные венесуэльским публицистом Роберто Джусти.

Журналист осенью 1990 года приехал в Советский Союз по заданию национального информационного агентства «Венпрес» для освещения социально-политических процессов в нашей стране на излете Перестройки. Итогом поездки, в ходе которой автор, наряду с двумя столицами, побывал во многих «горячих точках», стала книга объемом свыше 250 страниц, изданная десять лет назад в Каракасе. Работа полна интересных наблюдений за «большими» процессами и зарисовок жизни и быта простых людей.

Даже не читая объемистый труд, из одного только выразительного заголовка – «Ельцин – львиное сердце» – можно понять авторскую позицию, проникнутую особой симпатией к главному герою повествования. Название ясно отражает оценку автором масштабов личности и той роли, которую сыграл Борис Николаевич в кардинальном переходе из одной социальной системы в другую.

Книге предпослан эпиграф в виде фрагмента из инаугурационной речи, как подчеркивает автор, «в качестве первого демократически избранного президента в истории России». Вот этот фрагмент: «Дни молчания остались позади и никогда не возвратятся. Россия преодолеет кризис. Мы не утеряли привычку и желание работать. Мы построим государство с правами человека. Великая Россия встает с колен. Россия возродится».

В синтетическом виде выдающиеся заслуги Бориса Ельцина в интерпретации автора книги сводятся к следующему: «Ельцин развернул борьбу с коррупцией мафии, ханжеством Горбачева, довольствовавшегося формальными изменениями, с тотальным засильем партии, проникший во все поры повседневной жизни и жизни индивидуума. Он также ратовал за самостоятельность республик и уважение к самоопределению народов, выступал за подлинную гласность, равенство возможностей, капитализм, богатство… Ельцин гремел в любом уголке Союза, и его проповедь подтачивала заскорузлую кору системы. Многочисленные толпы ревели, и дрожал синедрион коммунистической верхушки».

Размышляя о трудностях, с которыми столкнулась молодая российская демократия накануне выборов 1996 года, автор объясняет резоны, по которым не совсем здоровый президент должен был выдвинуться на второй срок. Он подчеркивает: «Болезнь Ельцина была болезнью демократического выбора. Большинство, избравшее его президентом, понимало, что любой другой персонаж с президентскими возможностями положил бы конец демократическому эксперименту». И продолжает: «Поэтому старый усталый медведь делает необходимое. Россияне не только простили ему его непоследовательность, но и потребовали от него усилий, которые в тот момент казались выше его сил». Затем высказывает предположение, полностью оправдавшееся впоследствии: «Пока сердце Ельцина не подведет, сохранится возможность движения по извилистому пути реформ».

Весьма впечатляет глава книги, в которой подробно описаны перипетии августа 1991 года. И здесь внимание журналиста приковано к персоне Бориса Ельцина. Автор скрупулезно прослеживает шаги, предпринятые российским президентом после получения известия о попытке заговорщиков сорвать демократический процесс. Игнорируя нависшую опасность, в сопровождении горстки личной охраны он в считанные мгновения примчался с дачи к зданию парламента. Его появление на танке у Белого Дома расценивалось как героический жест и великая надежда в момент, когда, казалось, все было обречено. Автор объясняет своим соотечественникам, что эту впечатляющую картину могли увидеть на телевизионных экранах лишь немногие обладатели «тарелок», принимающих американский канал CNN. Жители же столицы и других городов узнали об этом событии, ставшем историческим, из передач весьма популярной радиостанции Эхо Москвы, вещавшей круглосуточно. Это стало своеобразным сигналом для граждан, вскоре собравшихся у стен тогдашней цитадели демократии для ее защиты.

Значительное место в книге уделяется противостоянию Бориса Ельцина и Михаила Горбачева. Один из ключевых этапов конфронтации между этими двумя деятелями, по мнению автора, пришелся на момент избрания и инаугурации Бориса Ельцина в качестве всенародно избранного президента новой России. Автор подчеркивает: «Как великолепный знаток русского провиденциализма, Ельцин подчеркнул в своей речи, что президент – это не Бог, не новый монарх, не чудотворец. Он не святой Борис, не Великий Борис и тем более не «товарищ президент». Он только лишь лидер, чья мощь зиждется на мандате народа, что стало очевидным 12 июня, когда 105 миллионов избирателей подавляющим большинством голосов, не потребовавшим второго тура, установили начало демократической, парламентской и капиталистической эры. Борис Ельцин получил в наследство хозяйство, отягощенное огромными трудностями. Масштабы и достижения его власти зависели от решительности и отваги, с которой он сумеет противостоять непопулярному врагу, все еще обладающему оружием… Эти выборы, тем не менее, имели далеко идущие последствия. Помимо появления демократического президента и отказа от старого коммунистического мира, они означали великий скачок к открытому и полностью интегрированному с внешним миром обществу». И продолжает: « Поражение коммунистической партии на июльских выборах вызвало перегруппировку как в «правых» кругах, так и в рамках коалиции, именовавшейся демократической. Для первых это стало фактом, подтвержденным последующими унизительными голосованиями: путь демократических выборов блокировал любые попытки реставрировать прежние порядки».

Завершающий акт противостояния с Горбачевым начался 12 декабря 1991 года, когда российский парламент одобрил Беловежские соглашения. Выступая на том заседании, Ельцин заявил, «славянские республики не констатировали смерть Союза. Напротив, своей инициативой они предотвратили трагический курс дезинтеграции, призвали к созданию нового организма, который гарантировал бы сохранению единого экономического пространства». Горбачев, продолжает автор, «выразил сомнения относительно эффективности механизма, подобного СНГ, в который он не вписывался». В подтверждение приводятся слова экс-Генерального секретаря: «Если Союз будет заменен аморфным государством, то в нем не будет место для меня».

Автор продолжает: «17 декабря Горбачев и Ельцин совместно объявляют, что СССР перестанет существовать до конца года. Спустя два дня к России перешла вся полнота власти, в том числе на осуществление внешних связей».

25 декабря 1991 года Горбачев объявляет об отставке и вскоре покидает Кремль «уже в качестве простого гражданина Российской Федерации». Именно этим очевидец тех драматических событий завершает свое произведение, проникнутое глубокой симпатией к первому президенту России.

Нельзя не удивиться тому, с каким мастерством и точностью в книге выписаны сложные характеры действующих лиц, как квалифицированно разобрался в тех событиях иностранец, не владевший русским языком, и, тем не менее, сумевший переварить огромный массив информации.

Можно продолжить цитирование отрывков из книги венесуэльского журналиста. Но приведенных нами достаточно для того, чтобы читатель мог убедиться в том, что со страниц книги встает образ бесстрашного и благородного рыцаря, посвятившего жизнь служению народу, кардинальным преобразованиям, созданию сильной, а отнюдь не ослабленной, как сейчас принято говорить в связи с 1990-ми годами, России. Преобразованиями, которыми до сих восхищаются в разных уголках планеты.

Важно подчеркнуть, что эти оценки роли Бориса Ельцины появились не после его кончины, когда об усопшем полагается говорить «хорошо или ничего», а тогда, когда он являлся ведущим игроком на нашей политической сцене и нередко становился объектом жесткой критики.

См. также:

• Виталий Лейбин. Борис Ельцин и свобода осмысленного высказывания
• Дмитрий Ермольцев. Кукольный спектакль на похоронах президента
• Сергей Маркедонов. Российский проект Бориса Ельцина
• Мэри Маколи. "Это был один из самых важных моментов моей жизни"
• Леонид Рузов. Приоткрытая дверь
• Александр Каменский. Он ушел...