Оригинал материала
Сладкая парочка
Нефть в торговой войне России и Белоруссии сменил сахар
Остатки и без того призрачных надежд на союзное государство России и Белоруссии после острейшего нефтегазового конфликта вскоре может похоронить очередная торговая война, на этот раз сахарная. Глава Минсельхоза России Алексей Гордеев и вице-премьер Белоруссии Иван Бамбиза в среду начали обсуждение проблемы поставок сахара в Россию. В конце дня поступили сообщения, что сторонам удалось согласовать условия поставок -- в 2007 году Минску разрешат поставить 180 тыс. тонн сахара (в два с половиной раза меньше, чем сейчас), а в 2008-м -- 100 тыс. тонн. В ответ Россия готова снять все ограничения на границе. Но едва ли эти условия понравятся Минску больше, чем недавнее соглашение о поставках нефти, за которое Александр Лукашенко подверг Москву резкой критике.Россия обвиняет Белоруссию в том, что под видом свекловичного сахара Белоруссия экспортирует в нашу страну тростниковый, закупаемый ею, по всей видимости, на Кубе. Тростниковый сахар сам по себе ничем не провинился: по вкусовым свойствам свекловичный ему, пожалуй, даже уступает. К тому же тростниковый сахар в полтора раза дешевле своего свекловичного собрата. Проблема лишь в том, что режим беспошлинного ввоза распространяется в России лишь на свекловичный сахар, а за тростниковый сахар-сырец экспортеры должны уплачивать пошлину.
Долгое время известный всем факт, что Белоруссия поставляет России под видом свекловичного сахара тростниковый, никого не смущал. Ровно до начала острой фазы энергетического кризиса в отношениях Москвы и Минска. Теперь же, выдвинув против белорусских экспортеров обвинения в таможенных махинациях и нарушении режима торговли, Россия потребовала компенсировать ущерб, нанесенный российскому бюджету, и сократить поставки.
Несмотря на проверки товарных составов, следующих из Белоруссии, российской стороне формально доказать «тростниковость» сахара так и не удалось. Тогда Россия прибегла к "арифметическому оружию". Если внутреннее потребление сахара в Белоруссии составляет ежегодно около 350 тыс. тонн, а собственное производство немногим превышает 400 тыс., то откуда взялись поставки в России размере 420--480 тыс. тонн, задаются риторическим вопросом в Москве. Если даже предположить, что в Белоруссии не было съедено ни одного килограмма собственного свекловичного сахара, то поставки в Россию сахара из сырца как минимум составили 45 тыс. тонн.
Позиция российского министра сельского хозяйства Алексея Гордеева варьировалась от требования полностью закрыть поставки до сохранения минимальных объемов -- не более 50 тыс. тонн в год. По словам источника из Минсельхоза, Белоруссия предлагала механизм самоограничений, однако российская сторона заявила, что такой механизм может использоваться при нормальных отношениях между странами, а Россия не уверена в исполнении обязательств белорусской стороной.
В качестве альтернативы рассматривалось введение квот, но этот механизм российская сторона считает менее прозрачным, поскольку квотирование зачастую сопровождается коррупционными рисками. Механизм самоограничений, как признают российские переговорщики, лучше, но Россия пока демонстративно хочет показать, что не доверяет правительству Белоруссии в части исполнения им своих обязательств.
Белоруссия со своей стороны пыталась сохранить максимальные объемы экспорта сахара, который беспошлинно ввозится в Россию. Минск добивался возможности поставлять в Россию 400--450 тыс. тонн сахара с ежегодным увеличением на 5% и открытием дополнительных таможенных постов для провоза этого товара (с прошлого года сахар разрешено провозить лишь через один таможенный пост). Москва же считала, что квоту следует сократить как минимум в четыре раза, и почти добилась своего.
Белоруссии в сахарном конфликте есть что терять. На переработку сахара-сырца в стране «заточена» целая отрасль; поставки сахара в Россию приносят казне Белоруссии, по оценочным данным, около 160 млн долл. в год.
«Если потребуется пойти на какие-то договоренности в части того, что стороны согласованно определят объемы собственного производства сахара для реализации на внутреннем рынке двух сторон, то мы на это готовы пойти», -- заявил накануне переговоров белорусский вице-премьер Андрей Кобяков. Причина конфликта, по версии белорусского чиновника, в том, что в обоих государствах возросли объемы производства этого продукта, рынок становится тесным и импорт сахара в обе страны скоро фактически прекратится.