Наш бедный, бедный Гарри

На экранах Москвы пятая серия приключений юного волшебника

Бедный маленький человек Гарри Поттер снова вышел на мировые экраны, чтобы опять сразиться со злом, выдержать нелегкие испытания и в очередной раз остаться с разбитым сердцем. В мире его приняли на ура, а вот в Америке -- куда прохладнее. Что скажут российские зрители? Но что бы ни сказали, пойти придется -- потому что нет ничего более завораживающего современного зрителя, чем продолжение. И внимание, самая главная информация: картина идет чуть больше двух часов и является самой короткой из всей поттерианы.

После успеха третьей серии, снятой Альфонсом Куароном, и четвертого фильма, режиссером которого стал Майк Ньюэлл, все взгляды устремились к новичку в полнометражном кино Дэвиду Йейтсу, который заранее готовился снять фильм еще более мрачный и страшный. Продюсерам эта идея, видимо, понравилась, во всяком случае, контракт на шестой фильм с этим режиссером уже заключен.

Однако, на мой взгляд, пятая серия неожиданно оказалась не столько мрачной, сколько скучной, -- как будто ее сняли просто из дежурной необходимости длить сюжет между двумя кульминациями. Возможно, занимательность фильма после первых трех выпусков обратно пропорциональна толщине романа -- чем роман толще, тем фильм скучнее. Хотя, казалось бы, событий довольно много, и много визуальных эффектов -- тут и великан, и кикимор-гном, и кентавры, и еще какая-то смесь летучих мышей с лошадьми. И наконец, обещанные пубертатные страдания и первый поцелуй.

На поцелуй, кстати, даже не рассчитывайте -- из всех возможных способов его снять выбран самый неинтересный: Поттер и его китаянка просто соединяют уста, как в самой банальной голливудской мелодраме. И только порядочное расстояние между влюбленными, которое лукаво демонстрирует камера, свидетельствует о целомудрии чувств несовершеннолетних героев. Вообще же, пока Гарри и его друзья были детьми, они были как-то поживее и позабавнее. Теперь, в подростковом возрасте, они все больше напоминают тюзовских пионеров из веселых советских комедий про школу: говорят неестественными голосами политкорректные слова типа «вы все молодцы», «всем спасибо за работу». Хорошо еще не «рады стараться».

Хуже всех, понятно, Гарри -- Дэниелу Редклиффу не дал Господь актерского таланта, но зато сценарист обрек его на череду крупных планов с плаксиво-страдальческим выражением лица. Этот юный ипохондрик только и делает, что переживает одиночество, страх, разочарование и насмешки судьбы. Впрочем, все эти чувства названы в тексте, а на лице героя скорее нарисована досада, и как сказала бы Гермиона про Рона, эмоциональный диапазон у него меньше, чем у зубочистки, но Рон куда богаче чувствами, чем его бедный друг Гарри.

Кажется, что и режиссеру, и сценаристу вся эта подростковая возня изрядно наскучила (кстати, возможно, поэтому и Джоан Роулинг собиралась убить главного героя в седьмой книге, но читатели ей этого сделать не дали, так что влачить существование бедный Гарри скорее всего будет и дальше), авторы оттягиваются только в сценах со взрослыми. Тут и драйв появляется, и юмор, и динамика. Например, с новой героиней Долорес Амбридж, инспектрисой из министерства, которую сыграла Имельда Стонтон, все носятся как с новой игрушкой. Ее розово-лиловые костюмчики, ее коты на фарфоровых блюдцах, ее туфельки, ее узкие глазки, ее поджатые губки, и вообще вся повадка этакой змеи в шоколаде из Наробраза -- это прелесть что такое. Маленькая роль злодейки Беллатриссы тоже явно была среди фаворитов. Хелена Бонем Картер с удовольствием сыграла эту помешанную ведьму, раскрасив себя наподобие американского индейца. Впрочем, комедийные и веселые сценки попадаются и в школьной жизни, в первую очередь в дуэтах Рона и Гермионы. Очень удачным получился персонаж чуть дурковатой одноклассницы-блондинки, вечно теряющей свои ботинки и приручающей коней-призраков, -- это тоже отдельный номер, в сущности, никакого отношения к Гарри не имеющий.

Что же касается страшных сцен, драк, волшебных поединков и прочих иллюзионистских эффектов, то их много, больше обычного. Но то ли глаз привык и замылился, то ли не хватает того самого эмоционального диапазона, но когда один положительный герой (уж не буду раскрывать сюжет, хотя и так все заинтересованные должны были его знать) улетучивается струйкой дыма, это вызывает не жалость и не ужас, а недоумение -- как это он так внезапно «испарился»?

Но самое слабое место -- это мотивация и объяснения. Поскольку в книге событий куда больше, чем влезает в два часа экранного времени, многие связки просто опущены, и от этого поведение героев перестает быть понятным. И нет никаких внутренних причин для метаний героев по всей Англии, и как они оказываются все время все в одном месте, тоже неясно. И уж куда как бедно выглядит мотивация самого Гарри, временно победившего в схватке с Волан-де-Мортом, -- дескать, все дело в любви и дружбе, которые у него есть, а у злодея их нет. Оно, конечно, так, но нельзя же прямо вот словами, без каких-либо ухищрений.

Лучшее из того, что получилось у режиссера Девида Йейтса, начало фильма, где сиротливый Гарри сидит на качелях, а к нему задирается его кузен со своей дворовой компанией, а потом они оба бегут от грозы, скрываются в бетонном тоннеле под мостом, куда заливает вода, и тут на них нападают дементоры. Очевидно, что страшные сцены в бытовой обстановке удаются постановщику лучше, чем среди волшебных готических башен Хогвартса.

Алена СОЛНЦЕВА