В Московском Патриархате благодарят академиков за инициирование широкой дискуссии о роли Церкви в современной России

Письмо десяти академиков с критикой общественной активности Церкви позволило представителям последней громко заявить о своей позиции по ряду принципиальных вопросов, считает заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата (ОВЦС МП) протоиерей Всеволод Чаплин.

"Мы в очередной раз сказали, что Церковь - это миллионы граждан России, людей разных возрастов, профессий и "сословий". Людей молящихся, читающих, думающих, действующих. Никто не может лишить их права поступать согласно своему мировоззрению и утверждать его в жизни общества", - заявил сегодня Всеволод Чаплин агентству "Интерфакс".

Он выразил благодарность авторам "письма десяти" за то, что они создали повод для развернувшейся в СМИ мировоззренческой дискуссии, подчеркнув, что, как правило, "нечасто наши газеты и радиостанции говорят о глубинных вопросах религии и этики".

"А сейчас, летом, когда не так активно взбивается политическая и экономическая пена, вопрос о месте религии в жизни общества, о ее отношениях с наукой стал во многих СМИ одним из главных", - отметил священник.

Создавшаяся дискуссия, по его словам, позволила православным - как священнослужителям, так и мирянам - во всеуслышанье напомнить, в частности, что "никакое мировоззрение, включая материализм, не может быть названо "единственно научным".

"Наука и мировоззрение - разные вещи, и это признают лучшие умы мира, даже такие критические, как господин Глазычев (Вячеслав Глазычев, член Общественной палаты РФ, также выступивший против "вмешательства Церкви в государственные дела". – Прим. ред.). Твердых фактов в естественных науках для полноценного мировоззрения не хватает и не может хватить. Науки же гуманитарные - это область споров, гипотез, конфликтующих теорий, но не единой "научной истины" и уже тем более не единого мировоззрения", - подчеркнул замглавы ОВЦС МП.

В связи с этим, по его словам, Конституция России "права, когда говорит о недопустимости установления обязательной или государственной религии или идеологии. В том числе, естественно и материализма, позитивизма, агностицизма, атеизма. В том числе в высшей и средней школе".

Кроме того, в ходе дискуссии Русской православной церкви, как отметил ее представитель, удалось ясно сказать, что она "не стремится стать частью государственного аппарата, органом власти".

"Светскость государства и заключается единственно в том, что религиозные управленческие структуры не осуществляют государственных полномочий, не участвуют в партийной и предвыборной деятельности, а государство не вмешивается в вероисповедный выбор человека и во внутреннюю жизнь религиозных объединений", - заявил Всеволод Чаплин, подчеркнув, что в этом состоит смысл толкования принципа светскости в статье 4 закона "О свободе совести и о религиозных объединениях".

Священник напомнил, что "армейские и тюремные капелланы, теология в государственных вузах, признание дипломов и научных степеней теологов, преподавание религиозной культуры в общедоступной школе на добровольной основе - все это может быть в светских государствах, все это распространено в мире и не вызывает конфликтов, все это де-факто, а во многом и де-юре существует и в России", и выразил надежду, что это будет существовать и впредь, "поскольку этого хотят многие люди".

Диалог же Церкви с обществом, в том числе и с учеными, по мнению Всеволода Чаплина, должен развиваться, и участвовать в нем должны "самые разные люди".

"Ведь без размышления о таких важных вещах, как основания права, этики и социального устройства, как мировоззренческий фактор жизни общества, наши политики и наш народ будут до конца истории похожи на слепых котят, доверчиво слушающихся любого поводыря", - считает представитель Московского Патриархата.