Рыльцем не вышла

«Пенелопа» на московских экранах

В первые же минуты после вступительных титров полнометражного дебюта Марка Палански за кадром звучит девичий голос: «Мои родители не знали нужды...» И верно, родители юной Пенелопы Уилхерн (Кристина Риччи), впрочем, как многие другие предыдущие поколения Уилхернов, жили припеваючи. Но как-то раз один из представителей аристократического рода положил глаз на неподобающую ему по статусу барышню, но родственники быстро дали ему понять, что к чему. А барышня возьми да и наложи на себя руки. И с этого момента раскидистое генеалогическое древо начал подтачивать червяк проклятия: первая же родившаяся в семье Уилхернов девочка должна была серьезно поплатиться за грехи предков. Долгие поколения в семействе рождались исключительно мальчики, и о проклятии стали подзабывать. Но у миссис Уилхерн (Катрин О'Хара) родилась Пенелопа. И оказалось, что все всерьез. Очаровательная во всех отношениях девочка родилась со свиным пятачком вместо носа, и благополучная жизнь пошла наперекосяк. Отцу Пенелопы (Ричард Грант) пришлось на веки вечные отказаться по утрам от любимого бекона в пользу отвратительной овсянки, саму девочку объявили умершей, якобы кремировали и на веки вечные посадили под замок, и только невозмутимый дворецкий Джейк (Майкл Фист), играя с малышкой, то и дело срывался на шуточки про ростбиф. А приглашенный хирург с места в карьер отмел вариант пластической операции, потому что (и это, видимо, тоже подразумевалось проклятием) сонная артерия у малышки проходит аккурат через пятачок. Шли годы, Пенелопа росла взаперти в роскошном особняке, и единственным ее развлечением оставались беседы сквозь полупрозрачное стекло с многочисленными женихами, у которых Уилхерны брали подписку о неразглашении. Пенелопу непременно надо было выдать замуж, ибо развеять злые чары может только одно: если кто-нибудь равный Уилхернам по знатности когда-нибудь согласится взять бедняжку в жены. Надежды на это, впрочем, остается все меньше и меньше: как только дело доходило до смотрин, претенденты предпочитали с воплями выбрасываться из окна. Но тут на горизонте появился некто Джонни (Джеймс Макэвой), картежник и выпивоха, который из окна не выпрыгнул. А наоборот, пришел на следующий день. И на следующий тоже...

Во что до самого конца не верится, так это в то, что в основе «Пенелопы» не лежит какая-то очень хорошая, но почему-то до сих пор не переведенная у нас англосаксонская детская книжка, вроде сказок Роальда Даля или Лемони Сникета. Но нет -- в финальных титрах никаких ссылок на первоисточник нет, поэтому приходится признать, что всю эту историю от начала до конца придумал один-единственный сценарист Лесли Кэйвени, до сих пор известный исключительно телевизионными работами. Честь ему и хвала. Более симпатичной, трогательной и одновременно язвительной сказки для всех возрастов на экране не появлялось давно. Источники вдохновения Кэйвени очевидны -- это ранний Тим Бартон и его фильмы о романтических изгоях (по аналогии с «Эдвардом Руки-Ножницы» фильм можно было бы назвать «Пенелопа -- Нос-Пятачок», да и в судьбах Пенелопы и Человека-Пингвина из «Возвращения Бэтмена» можно найти немало общего); черные комедии об эксцентричных ячейках общества (Риччи в свое время блистательно сыграла Уэнсди в безупречном по сию пору «Семействе Аддамс»); сказки навыворот -- от «мало кем у нас виденной и любимой «Принцессы-невесты» до поголовно обожаемого «Шрека». Находится тут место и для неизменной для британской детской литературы и кино пусть адаптированной, но все равно очевидной патологии -- вроде глазированных детей из «Вили Вонки» или бородавки няни Макфи в «Моей ужасной няне»: все-таки как ни крути, а девушка со свиным рыльцем -- это не особенно-то здорово (ударение в последнем слове можно ставить как на первый, так и на последний слог). Но при всем при этом это абсолютно оригинальный и удивительный мир (особенно это становится понятно, когда Пенелопа по своей воле оставляет родной дом и, прикрывшись шарфом, отправляется изучать совершенно неизвестный для нее окружающий мир, где находит себе подружку в лице разбитной Энни («Блондинка в законе» Риз Уизерспун, на сей раз забывшая о своем суперзвездном статусе и упоенно играющая вторую скрипку). Хотя и здесь можно провести своеобразную параллель со второй серией «Бэйба», где говорящий поросенок оказывался в сюрреалистическом городе, но сравнение с «Бэйбом» по нашим временам -- это почти что орден.

Разумеется, будет тут и свадьба. И чары развеются в конце концов самым наилучшим образом. И сонная артерия отныне будет проходить именно там, где ей полагается. Но предугадать, как именно это произойдет, практически невозможно -- выдумка и изобретательность авторов заставит не раз и не два восторженно хлопнуть себя по лбу. «Пенелопа» -- смешной, умный и невероятно трогательный фильм, каких давно уже не делали. Так что ближе к концу автор этих строк волей-неволей вынужден был прослезиться (точно так же, как сидящие неподалеку юные представительницы готической субкультуры, пришедшие на фильм, явно соблазнившись былыми, куда более инфернальными ролями Риччи, но в итоге хлопавшие весь фильм, что первоклашки на новогоднем утреннике).

Был бы вместо носа пятачок -- похлюпал бы и им.

Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ