Генеральная схема разногласий

«Газпром» не дает дополнительные объемы газа электростанциям северо-запада

Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2020 года завязла в согласованиях с «Газпромом». Как сообщил вчера Интерфакс со ссылкой на замминистра промышленности и энергетики Андрея Дементьева, ведомство будет готово внести в правительство доработанный вариант документа лишь к середине сентября. «Работу с регионами завершим, скорее всего, на следующей неделе. С «Газпромом» -- к 15 сентября», -- сообщил чиновник. Именно разногласия с газовым монополистом относительно дополнительных поставок топлива на объекты, предусмотренные схемой, стали причиной затяжки подготовительных работ. Как известно, в апреле Михаил Фрадков поручил Минпромэнерго доделать схему, провести необходимые консультации с газовиками и вернуть ее на рассмотрение в Белый дом к началу сентября.

Прежняя версия генеральной схемы размещения энергообъектов вызывала критику прежде всего потому, что ее разработчики из РАО «ЕЭС России» и Минпромэнерго не учитывали планов крупного российского бизнеса по строительству энергоемких предприятий, а также, что самое главное, интересов поставщиков топлива -- «Газпрома» и Сибирской угольной энергокомпании, которая, как декларируется, должна вскоре работать совместно с газовым монополистом. Консультации с металлургами за лето проведены были заочно: Минпромэнерго, по словам г-на Дементьева, провело переговоры с губернаторами, а те, по информации «Времени новостей», -- с бизнесменами. С «Газпромом» же переговоры велись в рамках рабочей группы РАО и концерна, занимающейся определением условий и объемов долгосрочных поставок газа на электростанции.

«К настоящему моменту остаются несогласованными объемы поставок примерно на 14 электростанций, из них серьезные разногласия только по пяти», -- говорит г-н Дементьев, отмечая, что в основном это станции в северо-западном регионе. Как пояснил «Времени новостей» представитель министерства, под «серьезными разногласиями» подразумевается проблема с поставками газа, связанная с недостатком транспортных мощностей. Названия станций официально не раскрываются, но несложно вычислить, что «Газпром» отказывается снабжать Калининградскую и Северо-Западную ТЭЦ, которые нацелены на экспорт электроэнергии в страны, куда «Газпром» экспортирует газ, а также Киришскую (Ленинградская область) и Конаковскую (Тверская область) ГРЭС. Кроме того, в список, вероятно, входит Костромская ГРЭС, которая также получает газ из магистрального газопровода Ухта--Грязовец (по нему газ идет в энергодефицитный северо-западный регион).

Источник «Времени новостей» в «Газпроме» говорит, что число станций было гораздо больше -- 25. Однако в процессе переговоров газовикам удалось убедить представителей РАО заложить в генеральную схему перевод части из них на уголь. Таким образом, новая идея менеджмента «Газпрома» об интенсивном развитии угольной генерации и снижении доли газа в топливном балансе страны начала работать.

По остальным станциям (в том числе и по пяти имеющим категорический отказ «Газпрома») решение об использовании топлива пока не принято. Как объяснил г-н Дементьев, если согласие найдено не будет, в документе по конкретным станциям будут зафиксированы два варианта: с наличием желаемых энергетиками объемов газа и без их наличия. «Во втором случае приводится то, чем газ можно заменить и сколько это будет стоить», -- сказал замминистра. Иными словами, выступить арбитром между запросами энергетиков и намерениями «Газпрома» будет предложено правительству. А уж если и в Белом доме не найдут возможности примирить эти позиции, вопрос отправится на уровень президента, как это регулярно практикуется в процессе разрешения нефтегазоэнергетических споров в России. Либо будет отложен на неопределенный срок.

В «Газпроме» и РАО «ЕЭС России» от комментариев отказываются. Однако помимо инфраструктурных ограничений, которые, безусловно, имеются на северо-западе, в разногласиях явно просматривается столкновение коммерческих интересов. Во-первых, на часть активов, для которых «газа нет», «Газпром» претендовал и претендует в рамках распродажи генерирующих мощностей РАО. Во-вторых, часть новых энергоблоков, по мнению газового монополиста, избыточна для удовлетворения спроса внутри России и, следовательно, угрожает экспортным позициям «Газпрома» в Финляндии и Прибалтике, куда может поставляться российская электроэнергия, вытесняя с зарубежных рынков дорогой российский газ.

После энергоаварий в Москве в мае 2005 года и в Питере в прошлом году в правительстве было негласно решено, что столичная и северо-западная энергосистемы должны иметь статус стратегических. Поэтому в рамках реформирования электроэнергетики вопрос о том, кто будет контролировать электростанции московского региона, Санкт-Петербурга и Ленинградской области, по большому счету не стоял. В итоге «Газпром» уже получил контроль над «Мосэнерго» и, как ожидается, скоро войдет в состав акционеров ТГК-1 (объединяет электростанции Санкт-Петербурга и Ленинградской, Карельской и Мурманской областей).

Однако энергосистемы Москвы и Питера дефицитные, а потому надежность энергоснабжения зависит от крупных электростанций, расположенных в прилегающих областях. Прежде всего речь идет о ГРЭС, входящих в состав ОГК-1, ОГК-3, ОГК-5 и ОГК-6 (Каширская, Костромская, Конаковская, Киришская и Череповецкая), а также о Северо-Западной ТЭЦ. Но газовому монополисту не удалось купить ни ОГК-3, ни ОГК-5: договориться о прямой продаже с РАО он не смог, а участвовать в торгах по традиции не стал. В итоге контрольный пакет ОГК-3 купил «Норильский никель», а блокпакет ОГК-5 -- итальянская Enel. Переговоры между «Газпромом» и РАО по остальным электростанциям, похоже, начнутся в сентябре, и главным аргументом, надо полагать, будут поставки газа на них.

Алексей ГРИВАЧ, Николай ГОРЕЛОВ