Оригинал материала
Стрельба по монахам
Россия и Китай защитили Бирму от санкций
Обстановка в Мьянме (Бирма) накаляется. Правительственные войска открыли огонь по демонстрантам в Янгоне. Погибли как минимум девять человек. Среди них и японский телеоператор. Десятки человек ранены. Правда, власти утверждают, что приводимые западными СМИ данные преувеличены.Силовая акция неожиданностью не стала. Перед стрельбой военные приказали в микрофоны манифестантам покинуть улицы и сделали предупредительные выстрелы в воздух. Но толпа протестующих против военной хунты, насчитывавшая около 10 тыс. (по другим данным -- 70 тыс.) человек, продолжала требовать восстановления в Мьянме демократического режима. В стражей порядка летели камни и бутылки.
Янгон бурлит с начала недели, но первые дни правительство не применяло силу, уважая неприкосновенность возглавивших оппозицию буддистских монахов. Формально все началось из-за резкого повышения внутренних цен на газ. Оппозицию поддержали США, Великобритания и Франция, ныне председательствующая в Совбезе ООН. Но введение санкций против режима Мьянмы заблокировал Китай. Его постпред при ООН Ван Гуанья счел неуместным вмешательство во внутренние дела Мьянмы.
С китайцами солидарен и МИД России. Москва назвала «контрпродуктивными любые попытки использования данных событий с целью оказания давления извне или вмешательства во внутренние дела этого суверенного государства». Россия призвала все стороны конфликта «проявлять максимальную сдержанность и искать пути возвращения ситуации в нормальное русло».
Российский специалист по проблемам региона, заведующий отделом стран Юго-Восточной Азии Института востоковедения РАН Дмитрий Мосяков пояснил «Времени новостей» выдержанность позиций России и Китая пониманием «неоднозначности ситуации»: «При принятии решений в отношении Мьянмы чрезвычайно важно учесть, сохранит ли эта многонациональная страна свое единство, можно ли избежать гражданской войны». Эксперт признал, что одна из причин событий -- «неэффективность бирманского режима». Однако он отметил и «радикальность местной прозападной оппозиции, не склонной к компромиссу с военными -- выходцами из бедных слоев крестьянства». По мнению нашего собеседника, в силу такой специфики нельзя сравнивать этот конфликт с «оранжевой и другими цветными революциями», хотя некоторые западные эксперты и позволяют себе такие сравнения.