Взрыв в Тольятти могли организовать чеченцы, контролирующие часть автобизнеса в городе

Самарская область, и, в частности, Тольятти, где в среду утром был взорван автобус с пассажирами, среди спецслужб давно имеет репутацию региона, откуда боевикам в Чечне регулярно поступали деньги.

Напомним, источник в следственных органах Приволжского федерального округа озвучил одну из версий взрыва: следствие предполагает, что, возможно, он стал отголоском передела транспортного рынка среди компаний-перевозчиков Тольятти. Параллельной версией следователи считают "чеченский след". При их объединении возникает довольно правдоподобная новая версия.

В эфире "Эхо Москвы" один из жителей Тольятти высказал предположение, в соответствии с которым взрыв в автобусе могли осуществить чеченцы, контролирующие часть автобизнеса в городе.

В Тольятти расположен крупнейший в России производитель автомобилей АвтоВАЗ. Считается, что организованные преступные группировки, многие из которых вовлечены в торговлю автозапчастями, не раз устраивали войны между собою, что приводило ко многим жертвам.

О том, какой бизнес имеет в регионе чеченская диаспора, еще в 1999 году в интервью журналу "Профиль" рассказывал президент ассоциации ветеранов группы "Альфа" Сергей Гончаров.

"Ни для кого не секрет, что весьма значительную часть денег террористы получают от представителей чеченской диаспоры в России. На сей счет в мире есть распространенная практика - своего рода профилактические беседы. С очень простым содержанием: ваш бизнес, ваши доходы находятся в прямой зависимости от ситуации в стране. Будут взрывы, будут вторжения боевиков куда угодно - бизнес прикрывается, счета арестовываются", - рассказывал Гончаров.

С начала 90-х годов осевшие выходцы из Чечни создали в Самаре и Тольятти ряд коммерческих структур, бизнес которых поддерживался чеченскими же криминальными группировками. К моменту начала войны в Дагестане в 1999 году диаспора контролировала около ста фирм.

Что касается чеченского бизнеса, то на территории Самарской области с самого начала четко выстроились три его ветви. Больше всего уроженцы Чечни получали от торговли вазовскими машинами. В этой сфере, по оперативным данным, действовало около пяти чеченских организованных преступных группировок. В Тольятти чеченцы добились предоставления им места на отгрузочной площадке ВАЗа, а затем, вступив в контакт с влиятельной татарской преступной группировкой, начали участвовать в таком бизнесе, как торговля запчастями.

Официально все эти операции осуществлялись через ряд внешне не относившихся к чеченцам респектабельных дилерских фирм. Денег у тольяттинской чеченской ОПГ хватало: когда началась война в Чечне, отчисления на нее из Тольятти, по оперативным данным, доходили до миллиона долларов ежемесячно, писал "Профиль".

Другой статьей дохода чеченских ОПГ была нефть - до 1995 года именно кавказские криминальные группы контролировали поставки нефтепродуктов с расположенных в Самарской области НПЗ в ближнее и дальнее зарубежье, в том числе в Швейцарию.

Кроме этого, чеченцы активно занимались мелким и средним бизнесом, открывали торговые дома, магазины, рестораны. Весь этот механизм работал легально и даже платил налоги.

В середине 90-х лидер тольяттинских чеченцев Шамад Бисултанов попал в странную автокатастрофу, напоминает "Профиль". С этого момента дела чеченцев в Самаре и Тольятти пошли на спад. Ряд тольяттинских фирм диаспоры был просто закрыт, на нефтяном рынке чеченцев потеснили славянские преступные группировки. Тем не менее окончательно свои позиции чеченцы не утратили. Более того, один из бывших полевых командиров, некто Саид Центроев, приехав из Чечни в Самару, возглавил одну из самых жестоких и боеспособных криминальных бригад, которая за короткий срок практически полностью перевела под свой контроль один из крупнейших вазовских фирменных автоцентров.