В Ашхабаде плюс 30

Президент Туркменистана намерен пересмотреть цену на газ

Один из главных вопросов российско-туркменского сотрудничества -- будет ли новый президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов выполнять контрактные обязательства предшественника -- в конце прошлой недели получил банальный ответ. Стоило председателю правления «Газпрома» Алексею Миллеру прибыть в Ашхабад в составе делегации российского премьер-министра Виктора Зубкова, как он получил официальное извещение о намерениях лидера Туркменистана поднять цены на газ в 2008 году.

Теперь Москве предстоит определить дальнейшую тактику переговоров, которые г-н Миллер продолжит в туркменской столице на этой неделе. По большому счету у «Газпрома» есть два пути: настаивать на выполнении действующего до конца 2009 года контракта с фиксированной ценой (100 долл.) либо предложить партнерам подписать настоящий долгосрочный договор с формулой цены, привязанной к стоимости газа на европейских рынках.

Судя по осторожной реакции главы «Газпрома» на предложение г-на Бердымухамедова, российская сторона склоняется ко второму варианту. И при этом, видимо, будет предлагать Ашхабаду заложить в новый контракт трехлетний график перехода к ценообразованию европейского формата, чтобы обеспечить мягкое движение цен на газ для Украины. Ведь ни для кого не секрет, что весь туркменский газ, закупаемый «Газпромом», поступает на украинский рынок. Поэтому намерения Ашхабада пересмотреть контракт трагически звучат вовсе не для Москвы, а для Киева. Хотя ни глава правления российского монополиста Алексей Миллер, ни премьер Виктор Зубков публично не пожелали отвечать на вопрос, что лучше для «Газпрома» и России (именно в такой последовательности) -- дешевый или дорогой туркменский газ.

Официальные межправительственные переговоры между Туркменией и Россией были в главной, но исключительно приватной части посвящены только газу -- цене, объемам и путям поставок.

«Узкий состав» -- так принято на бюрократическом языке называть встречу первых лиц, в данном случае президента Туркмении Гурбангулы Бердымухамедова и премьера России Виктора Зубкова -- прозаседал на сорок минут дольше, чем было намечено. Где-то в середине разговора к ним присоединился третий собеседник -- г-н Миллер.

Именно он в сентябре прошлого года заключил долгосрочное соглашение с Сапармуратом Ниязовым о поставках 162 млрд кубометров газа в срок с 1 октября 2006 по 31 декабря 2009 года (12 млрд в четвертом квартале прошлого года и по 50 млрд в последующие три года) по фиксированной цене 100 долл. за тысячу кубометров. Такому контракту только бы радоваться. «Газпром» тогда согласился единовременно увеличить закупочную цену более чем на 50% (с 65 до 100 долл.) при условии ее неизменности в течение всего срока контракта. Однако Туркменбаши скончался в прошлом декабре, а новый президент не давал никаких обещаний свято блюсти обязательства предшественника. Более того, он развил высокую активность в сфере газовой дипломатии (оформил договоренности с Китаем о строительстве газопровода и пообещал Европе и США внимательно рассмотреть проект поставок газа в ЕС в обход России по транскаспийскому коридору). А в ходе визита в Вашингтон и проверил на прочность отношения с «Газпромом», заявив, что переговоры с Москвой по цене идут сложно. Хотя формально они не велись (ведь официальное предложение пересмотреть действующий контракт из Ашхабада так и не поступило), намек был прост и понятен.

Поэтому намерение туркменского лидера поднять цену, по словам г-на Миллера, не стало сюрпризом. «Туркменские коллеги проинформировали нас о состоявшихся в последние месяцы международных контактах, в ходе которых представители Европейской комиссии и администрации США последовательно проводили тезис о том, что цена туркменского газа по действующим экспортным контрактам является очень низкой на фоне текущей конъюнктуры цен на природный газ в Европе, и может быть выше. Неудивительно, что в ходе нашей встречи туркменскими партнерами был поставлен вопрос о необходимости повышения закупочной цены газа как минимум на 30% (то есть до 130 долл. -- Ред.) уже в 2008 году», -- отметил глава "Газпрома".

«Действительно, цена газа в Европе остается высокой и продолжает расти. По оценкам ряда экспертов, к концу следующего года средняя цена оптовых поставок европейским потребителям по долгосрочным контрактам может существенно вырасти и составить 360 долл. за 1000 кубометров. Кстати, оценка самого «Газпрома» ненамного ниже -- 354 долл.», -- разоткровенничался г-н Миллер. Но напомнил, что туркменский газ через посредников в лице «Газпрома» и швейцарского трейдера RosUkrEnergo поступает на Украину (а вовсе не в Европу). Следует отметить, что самому концерну эта бизнес-цепочка приносит сущие копейки -- 75 центов с каждой тыс. кубометров, проданных RUE (около 30 млн долл. в год) плюс 50% чистой прибыли трейдера от перепродажи газа на украинской границе. По словам представителя посредника, за вычетом транзитных расходов компании остается 2--3 долл. с тыс. кубометров.

«Мы пока не дали окончательного ответа нашим туркменским коллегам и взяли паузу в переговорах, -- сообщил г-н Миллер. -- Дело в том, что традиционно основным рынком для туркменского газа является Украина. При этом потребности Украины в импортном газе даже выше, чем объемы поставок туркменского газа по контракту с «Газпромом», а цены в разы ниже, чем в Европе. Всем очевидно, что адаптация украинской экономики к европейскому уровню цен требует времени. Нам нужно оценить последствия роста цены туркменского газа. На следующей неделе переговоры продолжатся».

«Последствия роста» между тем очевидны. В начале 2006 года между «Газпромом», «Нафтогазом Украины» и RosUkrEnergo было подписано соглашение о газовом сотрудничестве и пятилетний контракт на поставку среднеазиатского газа. Схема позволила обеспечить Украину импортным газом по ценам значительно ниже европейских. Соглашение предусматривало, что стоимость газа для украинских потребителей будет расти в случае изменения условий хозяйствования (то есть пересмотра закупочных цен или транзитных ставок). Тем не менее некоторое время назад глава «Газпрома» предложил своему переговорщику от Киева -- министру топлива и энергетики Юрию Бойко -- перейти на новую схему: с 2011 года газ на Украину поставляется по европейской формуле цены за вычетом транзитных расходов, на 2008--2010 годы принимается четкий график роста цены до уровня равнодоходности с экспортом в Западную Европу. Г-н Бойко согласился только на первую часть предложения, а на ближайшие три года хотел оставить действующую схему. После этого встал вопрос о гарантиях выполнения контракта со стороны Туркмении.

И вот круг замкнулся -- Ашхабад предлагает поднять цену. Что характерно, речь идет о цифре 130 долл., которая при неизменности транзитных ставок даст 160 долл. на российско-украинской границе. Как известно, именно такую цену приемлемой для Киева называли президент Виктор Ющенко и премьер-министр Виктор Янукович, а на прошлой неделе она была зафиксирована в параметрах украинского бюджета на 2008 год. Поэтому на переговорах в минувшую пятницу Зубкову и Миллеру не было особого смысла «упираться» в «фиксированную» цену на газ. Более того, предложение президента Бердымухамедова открывает широкое поле для убеждения украинских коллег вернуться к обсуждению графика роста цены на российских условиях. В зависимости от реакции Москва и Ашхабад будут принимать окончательное решение.

Другой проблемный газовый вопрос -- строительство Прикаспийского газопровода (в мае этого года соглашение о намерениях подписали президенты Туркмении, Казахстана и России) Бердымухамедов и Зубков комментировали с завидным оптимизмом, но без всякой конкретики. «В ближайшее время мы готовы начать быстрое строительство!» -- в частности, заметил российский премьер и был поддержан президентом Туркмении. Дипломаты, правда, ссылаются на «чрезвычайно сложные внутригосударственные процедуры, не позволяющие запустить проект». А специалисты в области энергетики пока не могут оценить даже мощность будущей трубы. К примеру, министр промышленности и энергетики России Виктор Христенко в свое время говорил, что Прикаспийский газопровод к 2009--2010 году может пропускать 10 млрд кубометров в год и позже выйти на 30 млрд. По его словам, благодаря строительству нового газопровода и модернизации старого Средняя Азия--Центр (увеличение пропускной мощности на 20 млрд кубометров) общие поставки среднеазиатского газа на границу России могут составить до 90 млрд кубометров. Но для этого необходимы гарантии загрузки -- доказанные запасы газа в западной части Туркменистана и инвестиции в разработку месторождений на шельфе Каспия. Пока же нет ни достоверной информации о величине резервов, ни правового поля для освоения ресурсов в туркменском секторе моря, ни недропользователей.

Кроме того, несмотря на заявленную президентом Туркмении поддержку российских планов и его неоднократные слова о том, что он не станет действовать в обход России, активность американских и европейских чиновников и корпораций Москву настораживает. А состоявшийся накануне визита г-на Зубкова саммит «Нефть и газ Туркменистана-2007» лишь подогрел эти опасения. На этом форуме (см. «Время новостей» от 15 и 16 ноября) министр энергетики США Сэмюел Бодман сказал, явно намекая на энергетическую политику Кремля: «Для всех стран и для США важно наличие свободного энергетического рынка, где энергия используется по прямому потребительскому назначению, а не в политических целях». Он заявил, что Туркмении нужны «новые экспортные альтернативы» и что г-н Бердымухамедов готов рассматривать «все возможности». И в первую очередь -- строительство транскаспийского газопровода Туркмения--Азербайджан--Грузия--Турция--Европа.

Туркменистан вряд ли настолько богат, чтобы позволить себе строить газопроводы во всех направлениях. Тем более что и г-н Бодман, невзирая на желание заполучить газопровод в Европу, высказался довольно откровенно об отсутствии данных по запасам: «Однако для того, чтобы полностью реализовать реальный потенциал углеводородных запасов и добычи здесь в Туркменистане прежде всего необходимо определить объемы запасов и обеспечить свободный доступ к информации».

Г-н Бердымухамедов производит впечатление человека немного более открытого миру, в том числе Западу, чем Сапармурат Ниязов. И люди на улицах при нем, наверное, смелее стали говорить то, что думают. Во всяком случае журналистам повезло. Нас подвозили на заезженных «копейках» люди, которые бывали на заработках в Турции, вернулись домой, потому что надоело там бегать, как нелегалам, и еще потому, что дома, если поработать головой, свои 300 долл. тоже можно «намазать на хлеб». Они реально оценивают своих руководителей и их деяния для народа, когда бесплатные газ, электроэнергия (то есть свет) и соль, полубесплатные бензин и хлеб вечно существовать не смогут. Они смотрят на выстроенные китайцами дома-ракеты, покрытые сверху гранитом, а внутри керамзитовые, и смеются, потому что в своей сейсмозоне привыкли к двух-, трехэтажным строениям. Они оценили поступок г-на Бердымухамедова, вернувшего пенсионерам их пособия, отобранные перед смертью г-ном Ниязовым. Однако они прекрасно и сами знают, что предыдущий режим кончился, а с приходом преемника радикальных перемен не случилось. И пока свободный доступ к информации, в том числе о запасах углеводородов, -- американская мечта.

Вера КУЗНЕЦОВА, Ашхабад, Алексей ГРИВАЧ