Оказывается, идиома «время – деньги» неприменима для Китая. Деньги в Китае – нечто другое, но по значимости не меньшее. Профессор Владимир Малявин, погружающий читателя в «старый добрый менеджмент» Поднебесной, знает не понаслышке, что «деньги в китайском обществе – главное выражение и мерило любви и чувства солидарности». Не только на работе, но и в семье: например, на Новый год детям дарят только красные конверты с деньгами.

Объясняя, почему для китайцев «деньги без жизни – ничто, но и жизнь без денег лишена ценности», Малявин пишет: «Менталитету китайцев свойственен некий всеобъятный и в своем роде очень устойчивый баланс денежной экономики, трудового процесса и переживания жизни как таковых». В качестве примера можно привести мнение гонконгского предпринимателя Чжун Боюна, совладельца компании по доставке экспресс-почты DHL, считающего, что «на жизнь можно смотреть как на бизнес: в ней есть клиенты, продукция и услуги; в ней имеются стандарты качества продукции, и в ней есть прибыли и убытки... Каждый из нас является действующим агентом, который имеет общественные контракты для того, чтобы предоставлять услуги всем людям, с которыми мы входим в отношения, и самим пользоваться их услугами».

Баланс в бизнесе и жизни призван поддерживать хозяин/руководитель – по-китайски лаобань, обладающий «всей полнотой информации о положении предприятия, что позволяет ему поддерживать подобающую дистанцию с работниками». Малявин пишет, что от руководителя в Китае «требуется доскональное знание положения дел и особенно отношений в коллективе – только так он может оправдать звание босса, да и попросту сохранить авторитет». В книге приводится и типичное заявление удачливого китайского бизнесмена: «Я один заключал сделки с иностранными партнерами. И я же вел дела с местными предпринимателями. Я сам делал закупки. Я также занимался техническими вопросами производства...»

Когда эти отдельные «я» встречаются друг с другом, возникает «тонкая паутина деловых связей», опутывающая мир. «Важная особенность китайского делового уклада, – считает Малявин, – общая аморфность отдельных конгломератов компаний и всей бизнес-паутины делового сообщества при наличии твердой патерналистской власти хозяина в каждой семейной или в лучшем случае преимущественно семейной фирме». Именно поэтому, по его мнению, трудно составлять кредитные рейтинги для китайских корпораций; а «агентства и консалтинговые фирмы, как правило, не могут сказать ничего конкретного ни о происхождении китайского капитала, ни, главное, о методике принятия решения в китайских компаниях».

Новинки книжных развалов: Китайская паутина