В ежегодном американском сборнике главных цитат, модных словечек и новоизобретенных терминов есть обязательный раздел: первые фразы 20 бестселлеров года

«Огонек» решил изучить рейтинги продаж в московских книжных магазинах и представляет вам свой набор вступительных фраз в наиболее раскрученных русских романах-2007. Каждая из них — своеобразный диагноз эпохе. Выяснилось, что сквозные темы 2007 года — железная или асфальтовая дорога, неотвратимое движение поезда или грузовика, грязь, а также не то рассвет, не то закат — на фоне постоянно разговаривающего телевизора и стойкого непонимания, что все мы тут делаем.

С чего началась эта история — никто не знает.
ВЛАДИМИР ШИБАЕВ. «ПРОЩАЙ, АТЛАНТИДА!»

Кроваво-красное солнце зависло низко над горизонтом, но было непонятно — восходит оно или клонится к закату.
ВЯЧЕСЛАВ ИВАНОВ. «КТО УБЬЕТ КАИНА».

Пустыня, окружавшая город с трех сторон, звенела тишиной, с дальнего ее края поднимался диск, красный и огромный.
ДЕНИС ЛИТОШИК. «СТРОИТЕЛЬ».

Утренняя заря окрасила остывший за ночь асфальт широкой улицы в грязновато-красный оттенок.
АНДРЕЙ ЖИТКОВ. «СУПЕРМАРКЕТ».

Оттаявший под солнцем город застывал к ночи.
НАТАЛЬЯ КУРЧАТОВА, КСЕНИЯ ВЕНГЛИНСКАЯ. «ЛЕТО ПО ДАНИИЛУ АНДРЕЕВИЧУ».

Запах железной дороги, витавший над потрескавшимся асфальтом, приятно и многообещающе будоражил.
ПАВЕЛ САНАЕВ. «НУЛЕВОЙ КИЛОМЕТР».

С утра шли по затопленной паводком низине, по брюхо проваливаясь в торфяные ямы.
АРИФ АЛИЕВ. «1612».

Автор выражает глубокую благодарность генерал-лейтенанту А Г Ч. за помощь в создании романа.
МАРИНА ЮДЕНИЧ. «НЕФТЬ».

Поезд накатывал из глубины быстро, тяжко, беззвучно, приближался, приближался, ПРИБЛИЖАЛСЯ и почему-то никак не мог приблизиться — жуть, невыносимая, удушливая, была в этом движении.
АЛЕКСЕЙ ЕВДОКИМОВ. «ТИК».

— За последние несколько дней я получила множество посланий от наших телезрителей, донельзя возмущенных беспрецедентным телеэфиром, состоявшимся на прошлой неделе.
ВЛАДИМИР СОЛОВЬЕВ. «АПОКАЛИПСИС ОТ ВЛАДИМИРА».

Он проснулся от резкого, скрипучего голоса проводницы, которая призывала просыпаться и сообщать, кто будет пить чай.
ИГОРЬ СИМОНОВ. «ПРИГОВОРЕННЫЕ».

— Проснись, говорю, почти приехали! — голос Миши, моего дяди, вывел меня из состояния оцепенения.
ЭДУАРД БАГИРОВ. «ГАСТАРБАЙТЕР».

Из желтого трейлера — этого мини-домика на колесах — послышалось звяканье перекладываемой посуды.
АНТОН ВОЙНИЧ. «РИЭЛТОР».

Денег не было ни на что, даже на сигареты.
ИГОРЬ САХНОВСКИЙ. «ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ЗНАЛ ВСЕ».

— Костя, а ты что тут делаешь?
АНТОН КРАСНОВ. «МОСКВА — ПЕКИН».

— Ты чего такой помятый, с похмелья, что ли?
АЛЕКСЕЙ КОЛЫШЕВСКИЙ. «ОТКАТЧИКИ».

Они стояли друг против друга с саблями в руках.
ДМИТРИЙ МИРОПОЛЬСКИЙ. «1814».

Сергей Кононов с ужасом смотрел, как сереет на глазах лицо Ивана.
АЛЕКСЕЙ КОЗУЛЯЕВ. «ПРОКЛЯТИЕ ДОМА РЕЙТИНГОВ».

Неужели были те времена, когда не существовало ни тебя, ни меня, ни даже телевизора?
СЕРГЕЙ МИНАЕВ. MEDIA SAPIENS.

Я свободен и счастлив, я высокопоставлен.
МАКСИМ КОНОНЕНКО. «ДЕНЬ ОТЛИЧНИКА».

— Моржо! — с чувством сказала Диана. — Иди в жо!
АЛЕКСЕЙ ИВАНОВ. «БЛУДА И МУДО».

Цитаты собирали АНДРЕЙ ГАМАЛОВ, МАКСИМ ЧЕРТАНОВ

Иллюстрация KOMISSAR

Дорога, грязь, рассвет