"Позицию России мы не разделяем"

«Думать об угрозах, формировать и информировать национальные кадры руководителей во всех секторах в оборонительном духе, совместно углублять познания крупных стратегических проблем» -- таковы основные задачи французского Института высших исследований национальной обороны (ИВИНО -- IHEDN). Это административное государственное учреждение создано в 1936 году и сегодня находится под управлением премьер-министра Франции. Институт участвует в создании подобных организаций в Персидском заливе, на Дальнем Востоке, в Африке и Латинской Америке.

На прошлой неделе делегация ИВИНО побывала в России -- в Москве проходит очередная сессия ИВИНО. Состоялись встречи с заместителем министра иностранных дел Сергеем Кисляком, руководством Российского космического агентства, экспертами в сфере космоса. Один день французы провели в Самаре, где посетили предприятия, работающие в области космоса. Своими впечатлениями в беседе с военным обозревателем «Времени новостей» Николаем ПОРОСКОВЫМ поделился директор института генерал авиационного корпуса Лоран ЛАБЭЙ. В прошлом он пилот-истребитель, служил в легендарном полку "Нормандия--Неман" и питает особые чувства к России.

-- Г-н Лабэй, почему в названии института есть словосочетание «высших исследований»? Разве в области обороны есть исследования средние или малозначимые?

-- Слушателям нашего института в среднем от 35 до 50 лет. Если это военные, то полковники, которые скоро станут генералами. Если государственные чиновники, то высшего звена. Если речь идет о частном секторе, то это ключевые лица предприятий. Среди слушателей также лица, формирующие общественное мнение: журналисты, депутаты, руководящие работники ассоциаций и профсоюзов, священники. Список слушателей утверждается премьер-министром и публикуется в «Официальном вестнике Французской Республики». Этим людям нужны исследования именно высшего порядка, а не начальные знания. Они стараются углубить свои знания в области крупных проблем сферы обороны. Принимаем мы и представителей стран Европы. И среди сотни слушателей, которые участвуют в сессии в Москве, десять -- граждане Евросоюза. Мы готовы принять представителей стран, имеющих привилегированное отношение с Францией.

Наш институт играет особую роль в обустройстве французского государства -- мы занимаемся проблемами не только военной безопасности, но и культурной, экономической, безопасности окружающей среды. Все эти проблемы обсуждаются под эгидой нашего премьер-министра. Цель нашей работы -- создать подлинный дух обороны. Среди элит Франции, Евросоюза мы хотели бы создать атмосферу дружеских отношений

-- В отношениях России с НАТО, Европой, и в частности с Францией, сегодня наиболее остро стоят две проблемы. Первая -- размещение элементов национальной противоракетной обороны США. Кстати, Францию не спросили, стоит ли размещать противоракеты в Польше и радар в Чехии. Вторая -- выход России из Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Хотелось бы знать позицию института по этим проблемам, поскольку, как мне кажется, аргументы России настолько убедительны, что следовало бы принять именно ее позицию.

-- Вопрос ДОВСЕ имеет жгучую актуальность. У Франции есть твердое убеждение, что этот договор надо оставить в силе, как и другие международные договоренности, касающиеся нераспространения. Это элемент стабильности. И хотя некоторые страны ДОВСЕ не ратифицировали, мы считаем, что он хорошо работал. Проблема ДОВСЕ широкая, включающая в себя фланговые ограничения, ситуацию на Кавказе. Выход России из этого договора, по-моему, связан не только с самим документом, но и с другой международной проблематикой. Позицию России мы не разделяем.

По поводу ПРО: мы хотим, чтобы Евросоюз приобрел все средства, необходимые для своей безопасности. Президент Николя Саркози, когда поздравлял французскую армию с Новым годом, сказал о необходимости настаивать на воле Франции, особенно с 1 июля 2008 года, когда она будет занимать кресло председателя Евросоюза. А первым приоритетом президент назвал необходимость разработки европейской политики в области безопасности и обороны. Эта глобальная политика не исключает НАТО -- чисто военной организации, которая обеспечивает коллективную безопасность. А цель политики европейской безопасности -- предоставить Евросоюзу автономию в разрешении кризисов с учетом его интересов. В пример приведу европейские силы в Чаде. Кстати, эта операция открыта и для других стран, включая Россию. У нас есть пожелание: чтобы диалог России и США, Франции и России, США и Франции развивался, чтобы был диалог между всеми заинтересованными сторонами. Франко-российский диалог уже существует -- по решению президентов Путина и Саркози, принятому ими во время прошлогоднего саммита "большой восьмерки".

-- С какой целью вы приехали в Россию на целую неделю?

-- Помимо чисто оборонных проблем в повестку, как правило, добавляется тема, которая определяется нашим премьер-министром. В этом году это космос, а именно -- является ли он предметом стратегического спора. Помимо двух старых космических держав, России и США, доступ в космос получили Индия и Китай. Конечно, значимый участник в этой сфере и Европа, в частности Франция. Мы накопили серьезные ноу-хау, в том числе в области запусков ракет-носителей и космических аппаратов. Но финансирование всей этой работы государством в последние годы сокращается, как и в сфере военного космоса. Это нас беспокоит, мы по этому поводу размышляем, проводим исследования с привлечением известных личностей, чтобы затем результаты представить властям. Пунктом в этих исследованиях стоит и Россия, имеющая признанный международный авторитет в космической отрасли. Сотрудничество с Россией очень важно для Франции. Предстоят запуски наших спутников с помощью российских ракет-носителей с площадки Куру во Французской Гвиане.

-- Ваши слушатели начиная с 1995 года обучаются ведению стратегической и экономической разведки. Против кого она направлена?

-- Она не направлена против кого-либо, речь идет о том, что мы должны защитить себя экономически от конкурентов, а они есть во всех странах. Речь о защите каких-то деловых документов, результатов научной работы, о проблемах, связанных с управлением информацией, стратегическим сырьем и так далее. Мы не говорим о военной разведке -- устраиваем семинары для руководителей фирм, топ-менеджеров. Эти семинары проводятся во взаимодействии с четырьмя французскими службами: Центральным управлением по безопасности информационных систем, Главным управлением внешней безопасности, Управлением наблюдения за территорией и Управлением защиты и безопасности министерства обороны. Чтобы принимать участие в этих семинарах, необходимо иметь французское гражданство. Нам такие сведения особенно необходимы, поскольку, думаю, французы в этой сфере более доверчивы и наивны, нежели те же англосаксы.

-- Есть ли перспективы реинтеграции Франции в НАТО? Не повредит ли это российско-французским отношениям?

-- Тема реинтеграции в НАТО нас совершенно не волнует по целому ряду причин. Первая -- Франция никогда не покидала Североатлантический альянс. Мы покинули лишь военную организацию НАТО, которая нас отдаляла от ряда решений своего главного штаба, даже исключала. Тем не менее мы не переставали участвовать во всех операциях и учениях, обеспечивали оперативную совместимость. Мы не участвовали в реализации некоторых решений штаба НАТО, но всегда вносили очень значимые финансовые взносы. Так что все довольно просто: речь идет о ряде соображений, носящих чисто политический характер. К тому же для нас незыблема статья 5 Североатлантического договора (о взаимной военной помощи в случае серьезного кризиса. -- Ред.). Такое положение не может отрицательно повлиять на российско-французские отношения.

-- Но если Франция собирается выполнять ст. 5, значит, она фактически не выходила из военной организации НАТО?

-- Да, конечно. Хотя некоторая неясность тут присутствует.

-- Какова позиция Франции по вопросу Косово? Что ваша страна будет делать, если в этом регионе возникнет военный конфликт?

-- Франция вместе с Россией уже несколько лет участвует в работе контактной группы по Косово. Мы одобрили назначение Марти Ахтисаари специальным посланником генерального секретаря ООН по руководству процессом определения будущего статуса Косово. Он разработал проект решения ООН по Косово, и мы одобрили его заключение. Мы, как и Россия, считаем, что надо вести переговоры и добиваться совместного решения албанцев и сербов. После целого года усилий по сближению их позиций стало ясно, что диалог невозможен. И мы с чувством досады понимаем, что альтернативы нет, и вынуждены согласиться на независимость Косово. Это единственный выход из положения, чтобы исключить длительный кризис. Хочу напомнить, что в Косово есть французские войска, в частности в Митровице.

Ситуация в Косово не может являться прецедентом. У этого региона особое положение, в том числе и покровительство ООН. И это является доказательством того, что Косово не может служить прецедентом. Косово не входит в общую проблематику за пределами Балкан. И в интересах России согласиться с этой идеей.