Милиция РФ. Отдел пыток

Дело Ольги Масловой: судьи в Страсбурге были поражены огромным количеством доказательств вины сотрудников милиции, на которые российский суд не обратил никакого внимания

«Маслова и Налбандов против России» — второе громкое нижегородское дело в Европейском суде по правам человека. 24 января было вынесено решение о компенсации нематериального ущерба. Цена вопроса — 80 тысяч евро. Как это обычно бывает,...

«Маслова и Налбандов против России» — второе громкое нижегородское дело в Европейском суде по правам человека. 24 января было вынесено решение о компенсации нематериального ущерба. Цена вопроса — 80 тысяч евро.

Как это обычно бывает, формат «против России» дело получило после того, как в российских судебных инстанциях разного уровня доказать факт изнасилования и пыток в одном из нижегородских РУВД не удалось. Ольга Маслова и Федор Налбандов обвиняют троих следователей прокуратуры Нижегородского района и оперуполномоченного районного УВД.

В ноябре 1999 года 19-летняя Ольга Маслова была вызвана в одно из РУВД Нижнего Новгорода для дачи показаний в качестве свидетеля по делу об убийстве. Подозреваемым по делу проходил некто Бочаров (знакомый девушки), который сказал следователям, что передал Ольге некоторые вещи убитого. Оперуполномоченные организовали «очную ставку» с Бочаровым, который подтвердил свои показания. Кстати, впоследствии обвинения с Бочарова были сняты — было установлено, что показания Бочаров давал под пытками. Через несколько часов Маслова тоже сломается.

А на следующий день придет в районную прокуратуру писать заявление о том, как на протяжении девяти часов из нее эти показания «выбивали»: сначала — психологически, потом — физически, самыми изощренными способами. Помимо изнасилования и побоев, были еще и ток, и наручники, и противогаз с перекрытым воздухом. Над другом Масловой, Федором Налбандовым, который приехал вместе с ее мамой в отделение, тоже успели поиздеваться.

Дежурный РУВД не горел желанием принять заявление о преступлении, совершенном коллегами. Помог в буквальном смысле проходивший мимо Леонид Денисов, исполняющий обязанности городского прокурора. Уголовное дело было возбуждено в тот же день.

Дальше было предварительное следствие с достаточным количеством доказательств. Среди вещдоков были и использованные презервативы, которые выбрасывали в окошко. Так они там и лежали: один нашли на крыше гаража, а второй зацепился за карниз кабинетного окошка. Были обнаружены бумажные салфетки, которыми аккуратные насильники вытирали стол, использованный для утех.

5 июля 2000 года дело было направлено в Нижегородский районный суд. 16 августа суд возвратил дело для проведения дополнительного расследования. В январе 2001 года оно было прекращено прокуратурой Нижегородской области «за недоказанностью вины обвиняемых». И вот на этом была бы поставлена точка. Честный прокурор Денисов выполнил свои функции, но добиваться справедливости уже не входило в его профессиональные обязанности. Тем более выяснилось, что у двух насильников хорошие тылы в виде пап и мам — судей областного суда.

Отец одного из них многие годы был деканом юридического факультета Государственного университета им. Н.И. Лобачевского. Мать была судьей областного суда и членом коллегии суда по уголовным преступлениям. Ушла в отставку около полутора лет назад. Родители другого до сих пор являются судьями областного суда и членами коллегии суда по гражданским делам.

С момента совершения преступления до момента принятия решения Европейским судом о выплате компенсаций пострадавшим прошло почти девять лет. Восемь лет дело вел Нижегородский комитет против пыток. Маслову приходилось прятать под вымышленными фамилиями из соображений безопасности. А порой и переселять в другие регионы России.

В это время бывшие обвиняемые сменили мундир прокуроров на теплые места в адвокатских конторах. Они до сих пор на свободе и радуются жизни. После того как стало понятно, что дело будет рассмотрено Европейским судом, радетели фигурантов, которые легко могли превратиться в обвиняемых, стали «уговаривать» Ольгу «забрать заявление». Ей пытались предлагать «отступные», лишь бы замять дело.

В общем итоге, несмотря на полные доказательства, собранные прокуратурой Нижнего Новгорода в ходе предварительного расследования, дело о пытках и групповом изнасиловании девушки сотрудниками милиции и прокуратуры прекращалось и возобновлялось девять раз. Нижегородский комитет против пыток провел собственное расследование. Его же сотрудники подготовили жалобу, которая была передана в Европейский суд в 2002 году. Сотрудники комитета оказывали помощь жертвам милицейского и прокурорского произвола бесплатно. Комитет также не претендовал на получение от Европейского суда каких-либо дивидендов.

Правозащитники заставляли возобновлять дело каждый раз после его приостановления «за недоказанностью». Они подавали жалобы на судебные постановления о прекращении производства по делу Масловой, которые не удовлетворялись. Например, судья Шпак уклонился от разрешения дела, по существу, под издевательским предлогом, что «генетическая экспертиза дает вероятность результата 99,999999, а не 100 процентов». А посему должен быть применен принцип презумпции невиновности.

Порой комитету удавалось добиться наложения на прокуратуру требований по устранению отдельных упущений в ходе расследования. Порой удавалось отправить то же самое дело на новое разбирательство. Хотя возвращалось оно в тот же Нижегородский суд, но к новому составу судей… От этого ничего не менялось. 13 декабря 2007 года было проведено очередное судебное заседание об отмене постановления, вынесенного заместителем прокурора Нижегородской области Беловым 22 августа 2005 года. Решение не вынесено до сих пор.

Судьи Европейского суда отметили, что при рассмотрении жалобы Масловой и Налбандова против России они были поражены огромным количеством доказательств абсолютной вины преступников. Да, обязанностью государства в такой ситуации является признание, что его представители являются преступниками. Когда потерпевшие подавали жалобу, они в наименьшей степени думали о дискредитации родного государства в глазах мирового сообщества. Суд отметил, что правительство страны-ответчика в процессе переговоров с судом не признало ответственность своих «слуг закона» и предоставило суду свое описание событий, полное ошибок, лжи и фальши. На основании предоставленных суду доказательств было принято решение считать версию событий, предоставленную потерпевшими и Комитетом против пыток, установленным фактом.

24 января 2008 года Европейский суд по правам человека вынес окончательное решение по делу «Маслова и Налбандов — против России». Единогласно признал нарушение Рос¬сийской Федерацией статьи 3 Европейской конвенции в отношении Ольги Масловой в части запрета пыток, статьи 3 конвенции в части запрета бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в отношении Федора Налбандова, а также статьи 3 конвенции в части отсутствия эффективного расследования в отношении обоих заявителей.

Суд присудил 70 000 евро Ольге Масловой и 10 000 евро Федору Налбандову в качестве компенсации нематериального ущерба.