«Коррупция наглая, неприкрытая»

Прокуроры наметили приоритеты работы в новом году

В Генпрокуратуре вчера состоялось традиционное заседание коллегии этого ведомства, посвященное итогам работы в ушедшем году и планам на будущее. События этого наблюдатели ждали с особым интересом. Прошлым летом прокуратура пережила серьезные потрясения -- в результате реформы уголовно-процессуального законодательства она была разделена на две фактически независимые друг от друга составляющие в виде собственно прокуратуры и Следственного комитета при прокуратуре (СКП) и, кроме того, лишилась многих прежних полномочий. Отношения между двумя прокурорскими ведомствами сложились непростые. Их представители не раз высказывали недовольство или как минимум несогласие с позицией друг друга по самым разным проблемам -- от оценок последствий реформы до правомерности возбуждения конкретных уголовных дел.

Соответственно многие не исключали, что это «выяснение отношений» в том или ином виде может продолжиться и на коллегии, тем более что ее можно было рассматривать как удобную трибуну для «донесения» своих доводов до высшего руководства страны. Но мероприятие прошло без неожиданностей, и интрига продолжила развиваться в режиме «холодной войны». Представители Генпрокуратуры и СКП внешне соблюли правила этикета, заявив, что они вместе решают «общие государственные задачи» и конкуренции между ними нет, но вместе с тем в своих выступлениях обменялись серией взаимных «шпилек». Премьер Виктор Зубков, открывавший заседание коллегии, со своей стороны лишь обозначил наличие неких вопросов, связанных с реформой прокуратуры, не став явно вмешиваться в спорную ситуацию.

Что касается официальной темы заседания -- оценки состояния законности в стране, то все выступавшие оценили ее одинаково. С одной стороны, все отметили, что преступность в стране в целом наконец-то начала впервые сокращаться. С другой -- было признано, что коррупция стала угрозой экономической и социальной стабильности страны и победить ее по-прежнему никак не удается. Правда, как именно с ней бороться, осталось не очень ясно.

Выступавшие ограничивались общими фразами о необходимости комплексной и скоординированной работы по борьбе с коррупцией, как это было много раз на всех прочих подобных мероприятиях.

Началось заседание с минуты молчания. По предложению генпрокурора Чайки его участники почтили память прокурора Саратовской области Евгения Григорьева, застреленного 13 февраля по пути с работы.

После этого слово взял премьер Виктор Зубков, отметив три главные темы. Сначала он положительно оценил работу прокуроров. «Прежде всего хочу отметить конструктивность взаимодействия Генеральной прокуратуры и правительства, -- сообщил премьер. -- Только в течение 2007 года к вам от правительства было направлено свыше 100 обращений. И все мероприятия по ним были исполнены качественно и в установленный срок».

Затем г-н Зубков остановился на отношениях Генпрокуратуры и СКП: «С созданием Следственного комитета новое развитие получила идея разделения функций расследования преступления и надзора за ними. Но при ее реализации важно сохранить баланс полномочий. Это касается не только уголовно-процессуального права, но и административно-организационных вопросов. И вы знаете, что правительство ведет здесь работу». Таким образом, очевидно, премьер обошел «опасный» вопрос, лишь констатировав, что в результате реформы объективные проблемы имеются у обоих ведомств. Упоминание «баланса полномочий», вероятно, означало некое согласие с недовольством Генпрокуратуры относительно того, что она лишилась слишком многих своих прежних прав (возбуждения уголовных дел, их закрытия, прав надзора за другими ведомствами). А «административно-организационные вопросы» можно было расценить как участие в проблемах СКП, который, по неофициальной информации, при формировании столкнулся со сложностями в финансировании и обеспечении материальной базой.

Наиболее же конкретно премьер остановился на проблеме коррупции: «За примерами далеко ходить не надо. Взять наши западные рубежи. Нет ни одних переговоров с западными странами, с которыми мы граничим, -- постоянно звучат справедливые претензии к нам по вопросам многочисленных пробок на пропускных пунктах. На одних и тех же пунктах у наших западных коллег шесть минут на пропуск одной машины, а у нас -- шесть часов. В чем дело? Взятки, коррупция наглая, неприкрытая. Аналогичная картина -- с обработкой грузов в наших портах. Там могут сутками держать контейнеры, пока не получат взятки. О каком развитии бизнеса может идти речь, если такие порядки!» Решить вопрос г-н Зубков предложил с помощью ужесточения контроля за самими контрольными системами. Но кто будет «контролировать контролеров», осталось неясно.

Выступивший затем г-н Чайка отметил сначала ряд наметившихся положительных тенденций. «Впервые за последние пять лет количество зарегистрированных преступлений не просто замедлило темпы роста, а снизилось на 7%, -- сказал он. -- При этом уменьшилось количество насильственных преступлений, в том числе убийств (на 19%), умышленного причинения тяжкого вреда здоровью». Однако, как отметил г-н Чайка, и проблем много -- остается низкой раскрываемость преступлений, плохо работают сами правоохранители. «Анализ практики осуществления оперативно-розыскной деятельности уполномоченными органами показывает, что нарушения законодательства в этой работе являются типичными и широко распространенными. Из изученных 400 тыс. дел оперативного учета надзирающими прокурорами выявлены нарушения по каждому четвертому. Дела заводятся с нарушением сроков, планы мероприятий носят формальный характер, документы оформляются несвоевременно, работа по сбору и анализу информации неэффективна, результаты органам следствия представляются с нарушением установленного порядка. Надлежащий контроль со стороны руководителей отсутствует».

Что касается взаимоотношений с СКП, то хотя г-н Чайка и заявил об отсутствии конкуренции с ним, но скрытой критики в адрес этого ведомства прозвучало достаточно. «До создания СКП РФ в течение первых восьми месяцев прошлого года произошли серьезные сдвиги в следственной работе: на 37% снизилось количество прекращенных дел, на 23% -- расследованных с нарушением срока, на 25% -- возвращенных для дополнительного расследования, на 22% уменьшился остаток неоконченных дел, -- сказал генпрокурор. -- Вместе с тем существует ряд определенных моментов, которые вызывают у нас тревогу. Прежде всего тот факт, что возбуждается мало уголовных дел по результатам общенадзорных прокурорских проверок. Из почти 11 тыс. материалов таких проверок, абсолютное большинство из которых направляется в СКП для возбуждения уголовного дела, к сожалению, возбуждены они только в 2700 случаях. Для сравнения: в 2006 году по общенадзорным материалам было возбуждено почти 24 тыс. уголовных дел, в первом полугодии прошлого года -- более 15 тыс.». При этом г-н Чайка отметил, что проверки эти «глубокие и кропотливые», а речь в них идет о сложных экономических и коррупционных преступлениях, «посягающих на безопасность государства». «Нас волнует вопрос качества следствия, -- продолжал г-н Чайка. -- В связи с некачественным расследованием для производства дополнительного расследования за пять месяцев прокурорами было возвращено свыше 1600 уголовных дел. Это больше, чем за весь 2006 год».

Кроме того, генпрокурор дал отпор СКП и по вопросу своего законопроекта о передаче прав по расследованию преступлений небольшой и средней тяжести от следователей дознавателям: «Мне непонятна дискуссия, развернутая прежде всего в печати, нужно реформировать дознание или не нужно. Дискуссий здесь быть не может. Надо выполнять поручение президента России и решение Всероссийского координационного совещания, которое мы все одобрили». Пикантность этого заявления заключалась в том, что на самом деле пресса против этого законопроекта не выступала. В его целесообразности на одном из совещаний открыто недавно усомнился как раз глава СКП Александр Бастрыкин.

Сам же г-н Бастрыкин в своем выступлении, наоборот, отметил, что его ведомство успешно работает и особых проблем у него нет, а критику со стороны генпрокурора оставил без внимания.

Виктор ПАУКОВ